Юлия Созонова – Лямур-тужур и Пёс (страница 22)

Он меня вообще слушает или как?!

Скептический хмык и лёгкое пожатие плеч наводили на мысль, что говорила я вслух. А судя по тому, что я всё ещё висела вниз головой, ответный посыл был прост: моё мнение Архипова интересует в самую последнюю очередь. И я даже не знаю, как на такое самоуправство реагировать: то ли порадоваться и расцеловать своего спасителя, то ли устроить ему же скандал.

Или и то и другое одновременно?

Я честно задумалась над этим. Аж целую минуту потратила, пытаясь понять, какой вариант развития событий мне нравится больше. Но сдалась, признавая вопрос риторическим. И слишком сложным, для гудящей от музыки и алкоголя головы. Поэтому, решительно плюнув на него, я хлопнула парня по заднице, требовательно заявив:

- Архипов! А ну, верни меня на грешную землю! Я сама отлично могу передвигаться!

- Я заметил, - буркнул Степан, поудобнее меня перехватив. И в отместку шлёпнул по заднице, даже не думая менять скорость и направления движения. Я аж задохнулась от возмущения…

Тут же приложившись к чужой пятой точке ещё раз. Исключительно из вредности и для дополнительной мотивации, ага. А не потому, что меня так и тянуло приобщиться к прекрасному в лице (и заднице!) моего добровольного носильщика, глупо хихикая в процессе.

Интересно, если я щас ляпну анекдот про «изнасилуй мои чемоданы», Архипов сильно зверствовать будет, а?

- Самойлова, - недвусмысленное предупреждение в голосе Степана не понял бы только ленивый. И, тяжело вздохнув, я решила действовать по принципу всех дам из бульварных любовных романчиков. В смысле, расслабиться и получить удовольствие.

Тем более, что женскому самолюбию такие тиранские замашки со стороны соседа самым страшным образом льстили. Ну, до определённого момента, конечно же. Пока он не начинал вести себя самым непозв… Непользи… Непзво…

Тьфу ты! Не-поз-во-ли-тель-ным образом, во! Чёрт бы побрал эти коктейли!

Пока я сражалась с заплетающимся языком и не самыми приличными мыслями, сосед добрался до танцпола, уверенно тараня толпу с настойчивостью и непрошибаемостью танка. Ловко лавируя среди пищавших от восторга баб, осаждающих помост с танцорами. Где, алкоголь, жара и горячие мальчики делали своё чёрное дело.

Разгорячённые стриптизом женщины только что не разбирали стриптизёров на сувениры. И то, только потому, что те вовремя успевали смыться за широкие спины секьюрити. Суровые мужчины с тяжёлым взглядом и нехилым телосложением загораживали собой проход за сцену, штурмовать который никто не решался.

Дамы ещё не окосели от коктейлей и не до конца распробовали бар. Поэтому определённая доля разума в их головушках ещё присутствовала, хотя и не надолго.

Я, глядя на эту вакханалию, только диву давалась. До тех пор, пока одна из раскрашенных девиц, натуральной блондинистой расцветки, не положила глаз на моего соседа. Прям впилась в него взглядом голодного крокодила, самым натуральным образом капая слюной на собственные каблуки. И видя такую наглость, я не удержалась и показала ей средний палец.

Не-ет, красотка! Этот хомо сапиенс мой и делиться им я не собираюсь, абсолютно!

- О-о-о… Ик! Самойлова-а-а! – чуть не свалившись от неожиданности, я попыталась понять, откуда этот вопль. Упёрлась ладонями в поясницу напрягшемуся от этих невинных прикосновений Архипову и огляделась по сторонам.

Дабы нос к носу столкнуться с собственным любимым, непосредственным (во всех смыслах этого слова!) начальством. Пьяным в зюзю, в доску, в порося на дереве. И самое ужасное, что Звягинцева сияла как начищенный пятак и была счастлива до тошноты и лёгкого чувства ненависти к этому позитиву на ножках и магниту для неприятностей.

Хотя бы за то, что она во-первых, выглядела до безобразия довольной. А во-вторых, потому что её деликатно несли на руках, позволяя использовать своего «носильщика» как пальму, цепко вцепившись в него руками и ногами.

Ну блин, где справедливость в этом мире? Почему одним можно быть принцессой, а другим только кулем с картошкой, а?!

- То… ик! Властного пластелина корчат, да? – искренне посочувствовала мне Косяк и вздохнула, обхватив руками за шею Романа. Стойко терпевшего эту ненавязчивую попытку придушить себя любимого.

- И не говори… - вздохнула, снова повиснув вниз головой. Сощурилась, разглядывая джинсы Степана и, вовсю потакая собственным тёмным желаниям, ущипнула его за задницу. – Эй, Пластелин ты мой, Властный и Тёмный… Чё стоим, кого ждём?

- Самойлова… - этот зловещий шёпот вызвал новую волну мурашек, щекочуще промчавшихся вдоль позвоночника. Я, блин, от удовольствия зажмурилась, пережидая эти странные и до жути приятные ощущения.

И как-то упустила тот момент, когда мой первый и, пока что, единственный настоящий клиент наклонился к уху соседа и что-то прошептал ему, сочувственно похлопав по плечу. Архипов в ответ только душераздирающе вздохнул, разведя руками и успев поймать меня до того, как я сползла со своего насеста на пол.

После чего уверенно потащил меня в сторону выхода. Ну я так думаю, что в ту сторону. Понять, где мы и что вокруг происходит, мешали двоящиеся силуэты, прыгающие туда-сюда люди и ощущение, что последняя стопка водки была чуть-чуть лишней. Что, впрочем, не помешало мне ревностно отметить, как этот гад ползучий обменивается дружескими приветствиями со всякими странными и подозрительными личностями. Официанты там всякие, танцоры, охранники, сновавшие по залу и вытаскивающие оголтелых девиц из комнат для привата…

Ну, собственно, на радостно ржущем бармене, показавшем Архипову большой палец и вышибале у входа в клуб, любезно открывшим дверь и предложившим свою посильную помощь, я и убедилась окончательно, что всё это «ж-ж-ж» не спроста. И невинно так протянула, скрестив руки на груди (вниз головой это было очень неудобно, но жажда ничто – имидж всё!):

- Архипов, а развей мои подозрения… Ну или укрепи их. Откуда тебя все эти люди знают, а?!

***

- Мда… Чужая пьяная баба – такая забавная. А своя… Пипец, дурында, - философски протянул Архипов, затаскивая мирно посапывающую на руках девушку в лифт. Кое-как извернувшись, он нажал кнопку нужного этажа и прислонился к стенке кабинки, закрывая глаза и облегчённо переводя дух. – Самойлова, ей богу… Одним кино ты от меня теперь не отделаешься. Не, после всего… Этого, ты, как честная девушка, просто обязана на мне жениться… Тьфу ты! За меня замуж выйти!

Самойлова в ответ тихо всхрапнула и сморщила нос, дёрнув ногой. Чудом не заехав ему по лицу. После чего завозилась, устраиваясь поудобнее, прижалась щекой к плечу и продолжила дрыхнуть. И плевать ей было, что времени почти четыре утра. Что он тащил её до ближайшей стоянки такси, слушая пространные рассуждения о своей наглости (допустим), распущенности (ну ладно, есть чуть-чуть) и просто непростительной привлекательности (простите, но, что?!). Что эта самая добропорядочная (по её же невнятным уверениям!) девушка нагло и беспардонно приставала к нему всю дорогу до дома, смущая бедного таксиста.

И доводя самого Архипова до мысли, что некоторые нормы уголовного права в нашей стране его не так уж и пугают. Потому что, нельзя, блин, так возбуждать парня, чтобы потом, в самый ответственный момент, заснуть у него на руках, разом обломав все надежды на красочное, вкусное продолжение!

Вот нельзя и всё тут!

Девушка согласно угукнула, забравшись руками под толстовку и тихо, довольно вздохнула, продолжая спать. Даже не представляя, как трудно было сдержаться и не встряхнуть её, не разбудить и отомстить! Со вкусом и очень, очень медленно! Так, чтобы она сама потом запросила пощады, да. Тихим, хриплым, срывающимся голосом. И…

- Мля-я-я… - тихо простонал парень, приложившись пару раз затылком об стену лифта. Когда он начал думать о собственной соседке в таком ключе, Степан сказать не мог. Точнее не так.

Парень мог бы назвать дату и час, вплоть до секунды, когда на него снизошло это озарение. Но как ни старался, так и не нашёл ответа на животрепещущий вопрос -  почему она-то? Почему из всех знакомых девиц, из всего шлейфа собственных пассий, его угораздило вцепиться в неуклюжее, неугомонное и проблемное создание, поселившееся по соседству?

То самое, что сейчас счастливо сопело в обе дырки. Не испытывая никаких угрызений совести за то, что выдернула его среди ночи в клуб. В мужской стриптиз-клуб и хрен с ним, что сам Архипов там работал барменом в своё время! Был грешен, каяться не собирался. Как и проникаться сочувствием к попавшему под горячую руку танцору.

Кто ж ему лекарь, что он буковки в школе не выучил? И не сообразил, что словосочетание «моя девушка» не подразумевает никаких третьих лиц?

Насмешливо фыркнув, Архипов вышел из лифта. Чтобы у двери собственной квартиры исполнить самый натуральный акробатический этюд, пытаясь выудить ключи из кармана толстовки. Пришлось крепче обнять Самойлову за плечи и стоять, балансируя на одной ноге, коленом второй подпирая сползающую девчонку под задницу. Только тогда ему удалось найти связку и даже с первого раза попасть в замочную скважину, поворачивая ключ.

- Ум-м-м… - протянула девушка, схватив его за шею и притягивая к себе ближе. Обдавая так и не выветрившимися алкогольными парами с ног до головы.

- Тьфу, пьянь, - тяжко вздохнув, Степан стянул с ног кроссовки и, захлопнув дверь, уверенно зашагал в сторону спальни. Решив последовать мудрому совету и подумать обо всём…