Юлия Созонова – Лямур-тужур и Пёс (страница 12)
Я тоже перевела на неё взгляд. Тут же ощутив, как щёки загорелись от досады и стыда, а желание повторить подвиг начальства и спрятаться под кушеткой стало просто нестерпимым. Потому как грудь у меня была более, чем скромной. А вот пятно на майке этой самой скромностью не отличалось, нет.
Демонстрируя всем желающим, что обладательница этой самой майки не только творческая личность, но и потрясающе талантливый рукожоп. Ну и…
Ситуёвина, блин!
Правда, посокрушаться по данному поводу мне не позволили. Трудно как-то отдаваться на волю очередного приступа самобичевания, когда этот внезапно нарисовавшийся клиент, после секундного размышления, принялся… Раздеваться?!
Я аж челюсть повторно с трудом поймала, глядя, как небрежным жестом на мой рабочий стол отправилась сначала кожанка, потом очки, а после, секунду замешкавшись, мужчина стянул через голову собственную майку. Медленно так, с чувством, с толком, с расстановкой.
Небрежным жестом отправив эту деталь гардероба к остальным своим вещам. И мягкой, плавной походкой дойдя до кушетки. Где и вытянулся во весь свой рост, демонстрируя отличное телосложение, шикарную мускулатуру и…
Многочисленные татуировки. Боже, я невольно позавидовала той счастливице, что будет обладать таким совершенством на постоянной основе. Даже попыталась представить, какой она могла бы быть, его девушка. Не получилось. И пока я гадала, с чего бы моё воображение мне так категорически отказывает, над ухом раздался страдальческий, полный невыразимой обречённости вздох:
- Вот так, да, Волчара?
- Я же сказал, - деланно пожал плечами Роман, поёрзав и устроившись поудобнее. Хитро сощурившись, он хмыкнул, глядя на обиженно надувшуюся Косяк. – Я получаю всё, что хочу, так что… Смирись, солнышко. Из этого спора ты никогда не выйдешь победителем.
- Вот же… Хмурая рожа, - буркнула Звягинцева, выбравшись из своего укрытия. И, плюхнувшись на кушетку, нагло подвинула ноги мужика, заявив. – Но в кино я с тобой всё равно не пойду!
- И почему же?
- Во-первых, у тебя хреновый вкус, - поманив меня пальцем, Ангелина ткнула куда-то под рёбра своему собеседнику и принялась болтать ногами. – Вот тут подправь ему пару линий. Так вот… О чём я? А! А во-вторых… Серьёзно, кто в наше время покупает билеты на последний ряд? Исключительно на последний ряд!
- Даже не знаю… - ехидно протянул Роман, подняв руку и давая мне лучший доступ к тату на рёбрах. – Может быть тот, кто отчаянно пытается намекнуть своей девушке, что не прочь перейти на новый уровень отношений? И потом, солнышко… Я ж могу и на первый ряд взять. Только тогда кассовый сбор будет у нас, а не у фильма. И рейтинг восемнадцать плюс!
- Ой, да максимум шестнадцать и то… Не факт, - беспечно отмахнулась Линка. И, выудив из кармана джинсов жвачку, занялась любимым делом.
Начала действовать на нервы окружающим, надувая и с громким хлопком лопая пузыри. Не замечая, как сощурился Роман, задумчиво постукивая пальцами по кушетке. чтобы после секундного размышления, обманчиво ласково поинтересоваться:
- Спорим?
Рыжая ме-е-едленно повернула голову, надувая большой пузырь. Ме-е-едленно его лопнула. И непринуждённо, мимоходом полюбопытствовала:
- Фи-и-ил? Не хочешь показать нашему стажёру все прелести ближайшего общепита-а-а?
- Эй, я ещё не закончила! Фил, поставь, где взял! Фи-и-ил!
Вялые попытки сопротивления закончились, так толком и не начавшись. Фил, чтоб ему тибетские монахи обструкцию устроили, когда надо был собран, быстр и совершенно непредсказуем. Я и слова против возразить не успела, а меня уже закинули на плечо и торжественно вынесли из собственного кабинета под одобрительный свист и бурные аплодисменты.
Мой мнение по данному вопросу никто не спрашивал. И всё, что мне оставалось, это сердито молчать, скрестив руки на груди и созерцая чью-то тощую задницу, обтянутую светлой джинсой перед глазами. Всё равно ставить на ноги меня никто не собирался, а проверять теорию соседа о собственной твердолобости не очень-то и хотелось…
А вообще, чего это я про Архипова вспомнила?
Вопрос был из разряда «задачки со звёздочкой». Потому как об этом моральном инвалиде, не имеющем никакого представления о совести, раскаянье и стыде, я не вспоминала со вчерашнего дня. Да так старательно, что проинспектировала его профиль в «Instagram» и страничку «Вконтакте». Поплевалась вслух от восторженных девиц в комментариях к фоткам, позалипала на байки.
И на парней на байках. Рядом с байками. Просто парней и… Ладно, на одного конкретного парня, весело ухмылявшегося в компании подозрительно знакомого блондина. После чего оставшуюся половину вечера занималось святой для каждого творческого человека прокрастинацией. Ведь в моих профилях даже отдалённо не было такой активности и таких шикарных фотографий, да. Эскизы, ещё эскизы, ещё сто пятьсот эскизов…
Художник, это, блин, диагноз. Даже если он – тату-мастер на ставке стажёра в шикарном салоне. Кстати, о птичках, а мы где, собственно?
Правда, задать вертевшийся на языке вопрос я так и не успела. Прямо перед глазами нарисовалась знакомая французская морда, подпрыгивающая на задних лапах и отчаянно пытавшаяся наградить меня традиционным слюнявым поцелуем. А так как морда не появлялась в обществе без обязательного придатка, то…
- Самойлова, ну надо же… Какой занимательный способ передвижения. И замечательный вид. Даже интересно стало, куда это тебя так усердно тащат-то? И не предложить ли помощь? В сокрытии тела, так сказать.
- Архипов… - звонкий фейспалм в моём положении получился не так эффектно, как хотелось бы. Пришлось применить усилие и, опёршись о чужую филейную часть, приподняться, оказавшись нос к носу со зло щурившимся соседушкой.
И на его лице читалось столько противоречивых эмоций, что я аж икнула от неожиданности, определив самую яркую из них. Потому что, эм…
Это что, ревность что ли?!
***
День не задался. С утра. А может и с вечера.
Тут Архипов пока что не определился, пытаясь просверлить мрачным взглядом худосочного бариста. Отчаянно надеясь, что он всё-таки соизволит в точности исполнить его заказ. Да, чёрный, крепкий кофе. Да, без сахара, сливок, сиропа и прочего, девчачьего топинга. Да, он уверен.
Да, он знает, что такой напиток прожжёт нехилую дыру в его желудке и отобьет желание спать на ближайшие пару часов. Иначе, на кой чёрт он его заказывает-то? Ради интересе что ли?
- Минутку, - в который уже раз промямлил парнишка, насторожено кося взглядом на такого привередливого клиента. Клиент не менее пристально смотрел на него, следя за каждым движением несчастного. И посмеивался, про себя.
Ладно, бессовестно, злоехидно ржал. Ну да, пришёл тут такой весь из себя хмурый, небритый, лохматый, в коже и очках, с псом подмышкой. Потребовав срочный заказ с собой таким тоном, будто от скорости его выполнения зависело, оставят баристу живым и с чаевыми или нет.
Наверное, не стоило смотреть на ночь глядя две части «Джона Уика» подряд. И снизить собственную зависимость от кофеина. Начать вести нормальный, здоровый образ жизни, правильно питаться, но…
Кофе Степан любил не меньше байков и красивых девушек. Если не больше. Поэтому пока что терпеливо ждал, опершись боком на край барной стойки, лениво улыбался хихикающим официанткам и сверлил взглядом напряжённую спину мальчишки. Попутно размышляя о том, что его вредная соседка была подозрительно тиха и мила в последнее время.
И стала главной причиной его феерического опоздания на работу. Серьёзно, он сам не заметил, как привык просыпаться с утра пораньше под звук очередного безумного плей-листа Самойловой. Вкус у неё, правда, хромал на все четыре лапы, а аудиосистема явно нуждается в обновлении. Зато заряд бодрости на полдня, как минимум, гарантирован. Эх!
- Ваш заказ, - перед ним приземлился высокий фирменный стаканчик, тут же окутавший ароматом жареных зёрен и терпкой горечи.
Смерив мальчишку скептичным взглядом поверх очков, Архипов забрал свой кофе, расплатился и направился в сторону выхода. Попутно пытаясь одновременно сделать глоток, открыть дверь, сделать комплимент очаровательной блондинке с не менее очаровательным бюстом размера так третьего и…
Не споткнуться о вертевшегося под ногами француза. Этот обаятельный наглый тип нерусской национальности прыгал, шумно дышал и наворачивал круги вокруг хозяина, свесив язык набок. И оказавшись на улице, коротко тявкнул, со всех лап унёсшись в неизвестном направлении. Распугивая радостным лаем обленившихся голубей и случайных прохожих.
Степан даже очки с носа сдвинул, щурясь и пытаясь понять, куда ж понесло его питомца. После чего пожал плечами, делая глоток обжигающего, офигенного (и в своей крепости тоже) кофе. Подмигнул смущённо хихикающей парочке школьниц, исподтишка смотревших на него восхищёнными взглядами и, потешив собственное эго, зашагал следом за Псом.
Всё равно на работу он опоздал так, что лучше не появляться. И вряд ли его день станет лучше от шуточек коллег и головомойки начальства. Так что…
Почему бы и не прогуляться немного?
Так Архипов думал, обгоняя прохожих, потягивая кофе и беззвучно подпевая звучащему в наушниках року. Так он считал, цепко следя за мелькавшей впереди толстой, хвостатой жопой, иногда отвлекаясь на улыбки и лёгкий флирт с дамами. В это он искренне верил, делая очередной глоток почти остывшего кофе.