Юлия Шляпникова – Наличники (страница 29)

– Значит, придется тебе помочь. Может быть, тот камлауши – моя прошлая жизнь?

– Тогда мне жаль, что воспитание твоей бабушки было обречено на провал с самого начала.

– Почему?

– Ты еще в той жизни заглядывался на русских девушек, – и Аня уже в голос расхохоталась.

«И как ее кто-то мог назвать ледышкой?» – подумал про себя Руслан, вспомнив ее пьяные откровения.

Пока он ел свой сэндвич, а Аня пила вторую порцию кофе, он обратил внимание, что периодически она как-то замирает, уставившись в окно. Руслан уже ожидал увидеть там какого-нибудь прохожего, который бы тоже остановился и смотрел на нее, но улица была пуста, только машины сновали да светофор переключал цвета, как гирлянда. Из украшенного снежинками окна видно было целый квартал, особенно дом на противоположной стороне. На нем горела вывеска ресторана восточной кухни.

Когда Аня в очередной раз задумалась, Руслан не удержался и спросил:

– На что ты постоянно смотришь? Там тоже кто-то есть, кого я не могу увидеть?

– Я бы сказала, что любуюсь прекрасным видом из окна, но на самом деле все куда проще, – Аня улыбнулась как-то неестественно, будто только половиной рта. – В этом самом ресторане чуть больше года назад меня бросил жених. А я вспомнила об этом только сейчас.

Руслан замешкался, не зная, как реагировать.

– Не переживай, я не буду грузить тебя своим прошлым, – начала Аня, но он перебил ее:

– Почему вы расстались?

Она вздохнула и отпила глоток кофе.

– Денис сделал мне предложение до того, как узнал, что в американском офисе компании ему приготовили место. И если для жизни здесь я еще могла сгодиться, то звать меня с собой в США он не захотел. Пытался решить все мирно, сказал, что передумал. А я сорвалась и вывела его на эмоции.

Снова кривая улыбка, от которой сжималось сердце. Губы у нее заметно дрожали.

– Поэтому он наговорил мне всяких гадостей, оплатил счет и умчался, как от роя пчел. А когда я вернулась в нашу квартиру через пару часов, там не было ни одной его вещи. И в тот вечер я попыталась покончить с собой.

– Твою мать… – вырвалось у Руслана.

– О таком обычно не рассказывают в кафе, правда? – она попыталась рассмеяться, но смех вышел судорожный.

– Хочешь, уйдем отсюда? – спросил Руслан и тут же подозвал официантку, проходившую мимо.

– Я сбежала из Города, чтобы забыть. Что мне какое-то кафе, – отмахнулась Аня и допила кофе. Руки при этом дрожали так, что тарелочка слишком сильно звякнула, когда она ставила на нее пустую чашку.

Пока Руслан расплачивался по счету, она вроде бы успокоилась. По крайней мере внешне. Отвернувшись от окна, Аня разглядывала посетителей кафе и чуть заметно улыбалась.

– Если ты готова, то можем идти, – предложил Руслан.

– Знаешь, что самое забавное? – сказала Аня, надевая шубу и наматывая шарф. – Я бы и не вспомнила, что это то самое кафе, если бы ты не спросил, куда я смотрю.

Руслану стало не по себе, и он поспешил перевести тему, пока они выходили из кафе.

– А свою бабушку ты часто видишь?

Снова пошел легкий снежок, и Руслан повыше поднял воротник пальто.

– Обычно дома или в саду. Она не жалует мою новую квартиру.

– Почему?

– Район не по ней: самый выезд из города, лес рядом, с другой стороны шоссе. Слишком шумно и пыльно. То ли дело в историческом центре, где она всю жизнь прожила.

– А мама? – осторожно спросил Руслан. Про нее Аня вообще не упоминала.

– У нас с ней уговор: она приходит, только когда я ее зову. Иначе бы мне было слишком больно, особенно первое время после ее смерти.

Руслан представил, как бы он вел себя, если бы обладал таким же даром. Наверно, не отпускал бы родителей от себя все детство.

– Больше никто из близких не приходит. Дедуля, скорее всего, отправился в лучшие места, освободившись от бабушки и ее истерик, – Аня лукаво улыбнулась. – Бывают еще те, кому нужна помощь или кому скучно. Они сами выбирают, когда и где им появляться. Поэтому я и купила квартиру в новостройке – там есть дух только на лестничной клетке. Не очень-то хочется просыпаться и видеть рядом с собой призрака, сидящего на кровати.

Отчего-то Руслан поверил, что и такое с ней случалось.

– Мой любимый призрак – это гимназист в первой школе, – добавила Аня. – Если ты помнишь, на третьем этаже лестница заканчивается перед актовым залом. А рядом с ним есть небольшой балкончик, упирающийся в стену. Там когда-то был сквозной проход в класс, но его давно замуровали. Знаешь почему?

Руслан, приготовившись к не самому лучшему развитию истории, покачал головой.

– Через пять лет после того, как школу достроили и открыли, один гимназист перелетел через перила этого балкончика. Он убегал через тот самый проход от одно-классников – в салочки играли. Пол там мраморный, скользкий, сам понимаешь, что с ним случилось.

– С третьего этажа?! – воскликнул Руслан.

Аня кивнула и продолжила:

– Тогда-то дверь и замуровали, а балкончик загородили, чтоб никто туда не ходил и тем более не бегал. Когда я училась в первом классе, наш кабинет был как раз на третьем этаже. И я ужасно боялась этой лестницы.

Пока она говорила, они прошли почти полквартала. По левую руку трехэтажное зеленое здание без особых излишеств перешло в более богато украшенное четырехэтажное – уже в стиле модерн, с единственными в Городе атлантами у входа. Его не так давно отреставрировали, но, похоже, повезло только фасаду. По вечерам, когда все вокруг горело огнями, в этих окнах не зажигался даже лучик света.

Говорили, тут тоже живет призрак, но перебивать историю Ани Руслан не захотел.

– А потом мне встретился гимназист. Он как раз вышел из стены, когда я подходила к лестнице. Тогда бабушка запрещала мне разговаривать с призраками – боялась, что кто-то попытается навредить мне. И не факт, что это будет сам дух.

– Ты испугалась? – поинтересовался Руслан.

– Не помню. Наверно нет, ведь я к ним уже привыкла и старалась не замечать, как говорила бабушка.

– Ты до сих пор прислушиваешься к ее словам?

– А ты? – резковато парировала Аня и тут же стушевалась. – Прости. С нашими бабушками сложно было спорить.

Руслан кивнул.

– Ну, теперь-то мы можем начать думать своей головой, – добавил он, улыбаясь.

– Гарри, тебе же запрещено пользоваться магией вне Хогвартса! – притворно испугалась Аня, и Руслан рассмеялся в голос.

– А чем закончилась та история с гимназистом? – спустя еще квартал спросил он. Снег пошел сильнее, и прохожие торопились спрятаться в кафе или на остановке.

– Он ушел, когда я училась в пятом классе. Спас младшеклассницу от падения с той же самой лестницы и, видимо, решил, что теперь свободен. Это был первый случай на моей памяти, когда призрак решил уйти сам, не дожидаясь разрешения от того, ради кого тут оставался.

У часов – места, где встречались все парочки, – они разошлись в разные стороны. Аня заторопилась на автобус, который отходил от торгового центра на той стороне улицы. Обернувшись ей вслед, Руслан подумал, что ему и правда стоит меньше слушать бабушкин голос в голове. Как минимум в одном она ошибалась: Аня не была из тех девушек, что приносят беду.

Скорее, она приносила с собой свет. И немного сомнений.

Уже выезжая из города, Аня получила сообщение. Пришлось разблокировать телефон, потому что еще во времена отношений с Денисом она убрала всплывающие уведомления. В самом начале он ревновал ее к каждому столбу.

«Я рад, что мы встретились и поговорили», – написал Руслан. А потом прислал стикер все с той же рыбкой. Видимо, это был его любимый набор.

«Я тоже», – ответила Аня и улыбнулась. В этот раз она совсем не врала, особенно самой себе.

Глава шестнадцатая

Очередное морозное февральское утро началось с лучей солнца, слишком ярко светившего в окна квартиры. Потом раздался треск, и сосулька, свисавшая с карниза этажом выше, отвалилась и с грохотом упала, задев карниз Аниного окна.

В довершение всего Карамелька, неистово радовавшаяся приходу солнечных дней, уронила с подоконника горшок с мятой, и он, конечно же, разбился вдребезги.

Аня подскочила на кровати и воскликнула:

– Даже в отпуске не дадут поспать!

Как хорошо, что она про него вообще вспомнила и оформила побыстрее, чтобы дописать роман. Было готово почти все, кроме самой важной части – финала. Над ним-то Аня и корпела днями и ночами.

Собрав осколки и землю и реанимировав несчастную мяту, наскоро подселив ее к лимоннику в соседнем горшке, Аня направилась на кухню – варить себе кофе и кормить неугомонную кошку, которая вертелась вокруг нее всю дорогу. Споткнувшись об ее хвост, она не удержалась и накричала на Карамельку. Та обиженно уткнулась в миску, хрустя кормом.

Но Ане совсем не хотелось еще раз засесть дома с больной или даже загипсованной ногой. Время и так уходило на всякие заботы, а сроки не ждали. Нога тут же слегка заныла, стоило вспомнить о лангетке и январских праздниках.