Юлия Шляпникова – Наличники (страница 25)
– А что с нашей бабушкой? Ты ее спрашивала? – слова выходили у него будто чужие.
– Она часто приходит ко мне, когда я копаюсь в архивах. Видимо, ждет, что я раскрою какую-то тайну. А может, это и с ее прошлым связано.
– Но пока ничего?
– Ничего сверхъестественного.
Петя вздохнул, а потом сменил тему:
– Не скучно тебе в Джукетау? Там ведь и сходить некуда.
– И не с кем.
– А как же тот молодой человек?
– Тебе что, Евгения рассказала? Мы не встречались, она все приукрасила!
– Да расслабься ты! Она только упомянула, что ты с каким-то татарином роешься в архивах, и больше ничего.
– Он – внук бабушкиной подруги юности.
– У нее была подруга? Да еще татарка?!
– Вот и я сначала не поверила. Она меня приняла за бабушку, так что тут уже нет сомнений.
– Она что-то интересное рассказала?
– Не успела. Умерла через пару дней после нашей встречи. Вот поэтому я с Русланом и начала общаться.
– А сейчас как?
– Слушай, братец, ты что, интересуешься моей личной жизнью? – попыталась отвлечь его Аня, но Петя был тоже не лыком шит.
– Знаешь, пора уже отцепиться от теткиных юбок, иначе время потеряешь и останешься одна. Я за тебя переживаю, сестричка.
Аня шумно вздохнула, ощущая, как закипает внутри волна гнева.
– И ты туда же? С первым попавшимся пытаешься поженить? Я еще не настолько старая!
– Я такого не говорил. Я просто хочу, чтобы ты была счастлива. Даже несмотря на все запреты бабушки и взгляды мамы и тети. Ты заслуживаешь лучшего, слышишь?
Аня кивнула, потом, поняв, что он этого не видит, сказала:
– Слышу. Но это не тот человек.
– Если ты так уверена – хорошо. Но, пожалуйста, больше не запирай себя в четырех стенах. Пора уже выходить в люди, с кем-то общаться. А так, глядишь, и встретится кто-то хороший.
– Это в Джукетау-то? Ты явно шутишь!
Петя рассмеялся.
– Ты слишком сурова к нашему родному городу. Дай ему шанс, и он ответит тебе взаимностью.
– Хорошо, я постараюсь. Приезжайте скорее, буду вас ждать. Поцелуй ребят и привет Арине.
Брат попрощался и повесил трубку. Аня усмехнулась и пошла кормить кошку, а себе делать вкусный напиток. После такого насыщенного дня она точно заслужила немного радости.
До дня рождения Евгении оставалась еще неделя, так что Аня с головой ушла в работу и написание книги. Они согласовали с Анастасией Павловной макет обложки и уже обсудили готовую часть рукописи. Сроки поджимали, но у нее еще было время продумать финал так, чтобы он действительно выстрелил.
Письма с прошлой работы перестали приходить в начале года, и Аня не сразу это заметила. А когда поняла, что от нее отстали, ощутила такое облегчение, будто оторвалась от погони. Как в маминых снах про фашистов, наступающих на город, хотя в реальности здесь их никогда не было.
Тетя Шура перестала появляться на лестничной клетке. Как-то Аня уже решила, что она наконец-то ушла на покой, но на следующий же день та встретила ее у выхода из лифта. От неожиданности Аня чуть не уронила все пакеты с продуктами.
– Вы зачем так пугаете? – пожурила она.
– Где жениха потеряла? Давно не видно.
– А вы прекратите подглядывать за мной. Может, и упокоитесь.
Тетя Шура аж скривилась от грубости, но Аня и не думала извиняться. Надоело.
– А может, мне просто хочется увидеть тебя счастливой?
Аня опешила и чуть не уронила ключи.
– Вы же меня знаете от силы год! Или я еще о каких-то боковых ветвях в семье не знаю?
– Какие еще ветки? Ты просто первая мало того что начала со мной разговаривать, так еще и подала идею, как это все закончить.
– Значит, не уйдете, пока я замуж не выйду?
Тетя Шура кивнула, сложив руки на груди.
– Жаль, – пожала плечами Аня и открыла дверь в квартиру. – Видимо, так вам и суждено тут мыкаться.
И захлопнула за собой дверь.
Пока она разбирала пакеты, пришло сообщение. Аня мельком посмотрела на экран и вскинула брови.
Писала Гаянэ. Подруга сокрушалась, что они давно не болтали, и грозилась сама приехать в Джукетау, если она не ответит ей на это сообщение. Выбора у Ани не оставалось, так что пришлось отложить разбор продуктов и написать подруге целую простыню, почему она не отвечает. Там были и работа над новой книгой, и разбор семейного архива, и дедлайны по основной работе.
Гаянэ на это не купилась.
«Тогда приезжай сама. Если ты так много работаешь с архивами, вот тебе и повод навестить Город. Я соскучилась».
Как будто знала, что Аня заказала еще бумаги по боковым ветвям семьи и теперь должна была как-то их забрать. Вдруг идея съездить на денек в Город показалась ей не такой ужасной. Совместит приятное с полезным, да и сама, откровенно говоря, соскучилась по Гаянэ.
«Уговорила. Среда подойдет?»
Гаянэ прислала с десяток радующихся стикеров и написала место и время встречи. Как всегда, какое-то новое кафе. Хобби у нее было такое – открывать новые места и писать о них в своем блоге.
Осталось только заказать билеты и договориться с архивом, во сколько можно приехать. И давно забытое с детства нетерпение перед поездкой охватило Аню.
Глава четырнадцатая
Руслану всю неделю снилась бабушка. Осуждающе-расстроенная, как будто бы он снова принес тройку по родному языку из школы. Но говорить с ним она отказывалась, уходя в темноту.
Зато Руслан еще несколько раз услышал по радио послание от кого-то незримого. Еще настойчивее ему советовали не возвращаться в Джукетау. Так и хотелось спросить: а что же его ждет, если он ослушается? Но Руслан еще не докатился до того, чтобы начать разговаривать с галлюцинациями.
Зато сходил к психиатру – убедиться, что с его психикой все в порядке. Седой грузин с приподнятой бровью выслушал его рассказ о том, что его донимает голос по радио, а потом спросил:
– Как давно умерла ваша бабушка?
– Два месяца назад. Недавно было пятьдесят дней, родственники собирали аш.
– Так что вы хотите от себя? Слуховые галлюцинации могут быть частью переживания горя. Я выпишу вам успокоительное. Если не поможет, приходите еще раз. И вот вам контакты моей знакомой, она психолог и как раз работает с горем, попробуйте сходить.
Стоило Руслану покинуть кабинет, как и рецепт, и визитка отправились в дальний карман бумажника. Свою тревогу он успокоил, а значит, и голоса скоро прекратятся.
Вольт в последнее время вел себя очень беспокойно, будто от хозяина заразился. Мог застыть посреди комнаты, уставившись в одну точку, а потом облаять пустой угол. Никакие уговоры и крики на него не действовали. Кинолог только посоветовал выгуливать его подольше, чтобы пес уставал и у него не хватало сил на хулиганство. А еще дал контакты зоопсихолога.
– Да что же это такое, они что, все сговорились?! – в сердцах спрашивал Руслан у пса. Тот, к счастью, хотя бы не отвечал, а то бы прямая дорога в клинику открылась.
Как-то в начале февраля Руслану приснился странный сон, который он несколько дней не мог перестать вспоминать.
Ему снилась лесостепь на левом берегу Камы. Высокий земляной вал чуть впереди пересекал поле. Насыпной, уже давно поросший травой, высокий, в отдалении он утыкался в деревянную крепость.
Руслан стоял в небольшом пролеске с одной стороны вала, его окружали воины на конях. Вооруженные луками, пиками и саблями, одетые в латы из железных пластинок, сквозь которые проглядывало сукно, и с высокими шапками на головах, они выглядели угрожающе.