Юлия Щербинина – Империя Инферно. Несущие Свет (страница 26)
Это была спальня старого князя. Василевский младший вышел через другую дверь, а старик остался лежать в кровати. Вера боязливо приблизилась к нему.
– Вера… Вера это вы? – просипел князь, разлепляя дрожащие веки. Ему не хватало воздуха, а по лицу катился пот, несмотря на то, что были открыты все окна, а шторы раздулись от ветра, как паруса.
– Иван Евгеньевич?
Вера опустилась на табурет возле кровати.
– Вы… Вера, я… виноват… перед вами.
– О чём вы?
– И теперь я… понесу расплату. Заплачу жизнью. А может быть… и не только.
– Не волнуйтесь, скоро придёт лекарь…
– Никто не придёт. Не надо мне… никакого лекаря. – Грудь князя судорожно вздымалась, старика мучила боль и одышка. – Я заслужил. Всё из-за меня. Вера… а ведь если бы не я… они бы не погибли. Родители Анны. Вашей матери. Это я…
Старик с шипением схватился обеими руками за грудь. Вера сидела неподвижно.
Говорить князь смог только спустя минуту, и голос его увядал.
– Я жену похоронил… Аскольд маленький, и я один… Я захотел жениться… но только на молодой… молодой и красивой девушке. Не важно, с каким приданым. Лишь бы другие мужчины завидовали… На пятом-то десятке заиметь юную красавицу жену… Я захотел Анну. С её отцом, Дмитрием, мы враждовали… Ссорились часто. То женщину не поделим, то карточный долг… Да не важно это. Он проиграл почти все свои имения в карты. Мне проиграл. Каржавины несли убытки и почти разорились… вот и согласились Анну мне отдать. Кто бы её ещё, нищую, взял… Я ждал её совершеннолетия. А однажды пришёл к ней и увидел… понял, что она беременна… Но уже не захотел другую невесту. Я
Последнюю фразу он выговорил плаксиво, как виноватый мальчишка. Вера словно бы обратилась в статую.
– Я не мог свататься… как ни в чём не бывало. Моя репутация… Бесприданница, отягощённая ребёнком. Я был бы опозорен и отвержен обществом. А выставить себя отцом… нет. Не смог. Не позволила гордость. Анна… отказала мне. Она унизила меня обманом и отказом… Я напился в трактире. Напился до помутнения рассудка и полной потери памяти. Но один момент я всё-таки помню… Всю жизнь его помню!
Князя затрясло.
– Я душу излил… сам не понимая кому. Глаза почти белые, волосы как серебро, чёрная мантия… И взгляд! Взгляд как у призрака. Чёрный призрак… Он выслушал и посоветовал отомстить. Предложил свою помощь, и я согласился. Тогда он дал мне бумагу и перо с чернилами. Сказал написать Каржавиным приглашение на ужин… Я не помню, как писал, но я… сделал это. Написал и уснул за барной стойкой.
Старик, казалось, говорил уже с порога смерти. Как будто за горло его держала рука скелета в чёрном плаще, а другая рука заносила острую косу.
– Следующим вечером приехал экипаж. Они, родители Анны, приехали убитые… Кучер сам не свой… Сказал, напали в дороге, хозяев зарезали, а мне просили передать низкий поклон.
Слёзы полились из его глаз, заливая подушку.
– Вера! – хрипло прокричал он и попытался подняться, но не смог. – Вера, я виноват перед вашей семьёй и перед вами лично! Именно после этого… Анна закрылась от всего мира… Именно поэтому вы провели жизнь в бедности и за… затворничестве! Анна больше никому не доверяла, а я… старался всё забыть. Но я не мог! Простите… что сломал вашу семью… вашу жизнь!.. Простите меня, Вера!
Вера медленно поднялась с табурета.
– Когда я увидел вас сегодня… Я сразу понял, кто вы. Нет, вы не похожи на Анну. Совсем не похожи, но… но я понял. Вера! – Он протянул к ней трясущуюся как при эпилепсии руку. – Вера, упокойте… мою гадкую душу! Дайте мне прощение. Прощение – всё, что я прошу. Отпустите же мне этот грех, или я пропал.
Вера отходила от него, медленно, спиной вперёд. Старик продолжал умолять и тянуть руку, свесившись с кровати, но Вера выбежала из спальни.
Она промчалась мимо Руслана, остановилась и, тяжело дыша, схватилась за голову, разрываемая неведомыми чувствами. Неподалёку, опираясь спиной о стену и скрестив на груди руки, ухмылялся де Руссо. Он слышал каждое слово исповеди князя, в этом Руслан не сомневался.
– Ну что, ягодка моя, – вкрадчиво протянул маркиз, – ты ещё хочешь, чтобы я помог этому несчастному выкарабкаться из лап смерти?
Паника, ненависть и скорбь буквально разъедали каждую частицу её души. У Руслана никогда так не обострялась эмпатия, как сейчас, при виде несчастной, запутавшейся девушки, чья история была ему так небезразлична.
Не глядя ни на кого, не вымолвив ни единого слова, Вера бросилась бежать.
Этой ночью князя Ивана Василевского не стало.
Зал игорного дома был полон и оживлён. Сотни традиционных свечей с люстр и настенных светильников озаряли столы с выпивкой, закусками и игральными предметами. Здесь стояла дурманящая атмосфера азарта и веселья.
Компании разгорячённых мужчин и женщин увлечены играми, выпивкой и друг другом. Досуг их был различен, хоть и сводилось всё к одному. Знатные дамы сжимали в тонких пальцах карты, фишки и фужеры, а вульгарные распутницы вешались на шеи раззадоренных мужчин. Из распахнутых настежь окон об подоконники разбивались крупные капли дождя.
Адмирал Александр расслабленно сидел на кожаном диване и неторопливо покуривал сигарету. Во второй руке, что покоилась между колен сидящей рядом с ним блондинки, он держал последнюю карту.
Напротив него над нелёгким выбором ломал голову великий князь Ярослав. Его светло-русые волосы были взъерошены, лента с плеча сорвана, мундир неопрятно распахнут, рукава засучены до локтей. Последняя игра выпотрошила его нервы и измучила врождённо хилое, неполноценное терпение.
Князю оставалось сделать решающий ход одной из двух оставшихся карт. По твёрдому плечу его гладила пышногрудая брюнетка, мило улыбалась и подливала ему золотистую медовуху. За финалом игры с напряжением наблюдали два молодых поручика, приятели или собутыльники Ярослава.
Наконец Ярослав издал раздражённое рычание, выпрямился и бросил на стол пикового валета.
Александр не изменился лицом. Глянул на карту, неторопливо затянулся, выпустил в сторону дым и, потушив сигарету, лёгким, небрежным движением кинул свою карту.
Бутылки и фужеры едва не опрокинулись, когда Ярослав треснул кулаком по столу. Поверх его валета над ним смеялась пиковая дама.
– Не стоит расстраиваться, это всего лишь
Брюнетка обняла Ярослава за плечи, завалила его на спинку дивана и тут же оседлала.
– Может, партейку? – улыбнулся адмирал двум поручикам. Те неохотно проговорили какие-то слова отказа, и Александр притворно огорчился. – Зря.
– Вовремя остановиться нужно уметь, адмирал.
К ним приблизились две фигуры в мокрых чёрных плащах. Одна выше среднего роста, другая совсем невысокая и щуплая. Новые гости игорного дома спустили капюшоны.
– Странно видеть вас здесь, командор, – однако без удивления в голосе проговорил Александр.
Он подтолкнул рукой блондинку, и она поспешила уйти. За ней ушли и два поручика вместе с отвергнутой Ярославом брюнеткой. Вельможный магистр и бледноглазый лорд сели напротив адмирала, с двух сторон от великого князя.
– Вы, как всегда, на высоте, Александр? – со свойственной ему ироничной лестностью поинтересовался Рофокаль и пробежался глазами по картам на столе.
– Карты мне благоволят. Однако, что привело вас сюда? Неужто влечение азарта?
– Ох, увольте, ваше высочество! Через несколько минут состоится встреча Ордена Первого Света, и мы с лордом Ховардом, прогуливаясь неподалёку, решили напомнить об этом великому князю.
Адмирал посмотрел в сторону открытого окна и увидел, что накрапывающий дождь давно сменился напористым ливнем. Самое время для прогулок.
– Э… Сегодня? – проблеял потрёпанный неудачной игрой, хмелем и пылкой блудницей Ярослав.
– Да, Ярослав Владимирович. Как я уже говорил вам – в три часа пополуночи первое заседание с вашим участием в качестве рыцаря Ордена Первого Света. Наша театральная труппа во главе с мистером Ховардом вернулась из Александрийской губернии. Вы же помните – они планировали выступление на одном светском рауте, куда наведался и наш новый друг. Думаю, этой ночью нам будет что обсудить.
– Командор? Разве это обсуждается не на верховном совете? – тише обычного проговорил Александр.
Рофокаль взглянул на адмирала, как мудрец на бестолкового юнца.
– О, конечно же, адмирал. Мне понятна ваша личная заинтересованность к новостям из Александрийской губернии. Но, как вы помните, император не одобряет моё присутствие на заседании верховного совета. Что поделать? Приходится общаться с более доброжелательной компанией. Не будем лишний раз тревожить государя и найдём темы, на которые всегда интересно поболтать. Скажем, м-м…
Лицо адмирала посерело, и вельможа наигранно рассмеялся.
– Да не напрягайтесь вы так, Александр! Просто обыденные сплетни, так излюбленные людьми всех времён. Я, вы, он, она… Не берите в голову.
И снова залился шелковистым смехом, светясь торжественной загадочностью, как если бы знал что-то неведомое адмиралу, но что касается его напрямую.
– Что ж, честь имею, ваше высочество адмирал. – Рофокаль отвесил Александру лёгкий поклон, встал из-за стола и потянулся к выходу. Джулиан и Ярослав пошли за ним. – Ну, мистер Ховард, поведайте нам, как обстоят дела у нашего нового друга?