Юлия Резник – Скрытые чувства (страница 17)
Вцепляюсь в бокал, как в спасательный круг. Выпиваю содержимое залпом. Лерка предлагает подлить еще, но я отказываюсь. Потому как одно дело выпить, чтобы расслабиться, а совсем другое – накушаться в щи. Мне еще беседу поддерживать с мужиком, который умней меня и опытней в сто миллионов раз. Господи, куда я лезу?!
– Так, слушай! Ну-ка… Продолжай так же задумчиво смотреть в окно, только пальцами коснись лепестков. Кадр выйдет классный. – Послушно делаю, как велит Лерка, а та снимает, продолжая попутно меня наставлять. – И это… Там, в ресторане, ты уж попытайся если не заснять Князева целиком, то хотя бы руку сфоткать… Удерживающую бокал или просто расслабленно лежащую на столе поверх скатерти. Это будет контрольный в голову. А вообще неплохо бы заснять ваши переплетенные в постели ноги!
– С ума сошла! На мою Инсту вообще-то мать подписана!
– А ты ее на время отправь в бан, – не теряется Лерка. Все ж она в своей бараньей упертости даже мне может дать фору.
– Я подумаю, – закатываю глаза. – И давай уже, топай! Князев скоро за мной заедет.
Лерка послушно плетется в коридор. Жду, пока она обуется. Вручаю рюкзак. А в последний момент Лерка неожиданно замечает:
– Ты же понимаешь, что не обязана с ним спать? И можешь сказать стоп в любой момент, правда?
– Конечно, – хмурюсь я. – С чего ты решила мне об этом напомнить?
– Не знаю. Мне кажется, мы втянули тебя во что-то стрёмное. Я и эта Марго… А ведь мы ее даже толком не знаем.
– Лер, прекрати. У меня вообще-то своя голова на плечах. Я отдаю отчет своим действиям.
– Почему-то я в этом сомневаюсь.
– Ну, ты чего? – удивляюсь мрачному выражению лица подруги. – Он мне нравится. Правда. Ты же сама сказала, что замутила бы с ним, если бы он тобой заинтересовался.
– Да, но… Я не знаю. То, как он на тебя смотрел… Я тут подумала, что он вполне может потребовать от тебя большего, чем ты захочешь ему дать.
– В таком случае я просто ему откажу. Мы же взрослые современные люди…
– А ты уверена, что Князев сумеет принять твой отказ, как должное? Потому как мне кажется, таким, как он, в принципе не отказывают. Понимаешь?
– Ну, что ты придумала? Еще и на меня жуть нагнала! Все, ничего не хочу слышать. Давай, дуй домой. И не вздумай мне портить вечер своей разгулявшейся фантазией.
– Ухожу… – вздыхает Лерка. И добавляет уже из-за порога: – Не забудь сфоткать его руку! Поняла? Желательно, чтобы были видны часы. Он же носит часы? Какой фирмы?
Закатываю глаза и, посмеиваясь, захлопываю дверь прямо у нее перед носом.
Глава 13
Идея послать Жанне цветы приходит мне в голову внезапно. Собственно, как и все другие идеи, связанные с ней. Так сложилось, что девчонка заставляет меня каждый раз идти против собственных правил. Переворачивает с ног на голову мою жизнь. Дерзко, смело, может быть, даже не осознавая того, что делает. И это нервирует. Но в то же время вызывает во мне жгучий интерес. Я переживаю сильнейший душевный подъем. Настолько забытое чувство, что я далеко не сразу его узнаю. А узнав, вгрызаюсь в него зубами с жадностью отбившегося от стаи волка. Я больше не думаю. Не анализирую. Не бью себя по рукам. Хотя причин, по которым мне не нужно в это все ввязываться, не становится меньше. И никогда не станет. Я всегда буду старше ее. И дело даже не в двадцатисемилетней разнице в возрасте. А банально в том, как наши жизни складывались. Я родом из совка, она ребенок нулевых. Я хлебнул в этой жизни дерьма, извалялся в такой грязи, что не отмыться, наверное, она – тепличный цветок. Мы живем в разных реальностях, исповедуем разные ценности, слушаем разную музыку и смотрим разные фильмы. Мы даже говорим на разных языках. И предпочитаем разные способы связи. Я по старинке звоню – она шлет сообщения.
«Спасибо за цветы. Они очень красивые».
Я несколько минут трачу на то, чтобы вообще разобраться, как набрать ей в ответ «Но не такие красивые, как ты», а потом все стираю в одну секунду, потому что, господи, ну, что за сопливая хрень? Иван Савельич…
Я действительно все понимаю. Но несмотря ни на что…
– Антон, а кто у нас отвечает за безопасность дочери Лапина?
– Семен Краснов, капи…
– Я понял. Пусть зайдет ко мне.
– Что-то слу…
– Пусть зайдет ко мне, – повторяю, добавив в голос металлических ноток. Я не собираюсь обсуждать то, что собрался сделать. Даже со своим заместителем. Просто мне нужно удостовериться, что у девочки хорошая охрана. Особенно теперь, когда это… моя девочка. Я понимаю, что начнется, когда эту новость узнают, поэтому действую на опережение.
Семен Краснов – боец из легендарной группы Теней. Один из лучших мастеров рукопашного боя, которых я когда-либо видел. К тому же он – довольно смышленый парень. И что немаловажно, я уверен в его абсолютной преданности. Семен и бровью не ведет, когда я нарезаю ему задачу. Как будто и впрямь ничего из ряда вон не случилось. Как будто я каждый день отправляю своих лучших бойцов охранять своих же баб. Впрочем, беспрецедентность мер, которые я предпринимаю, как ничто другое дают понять, эта – не рядовая женщина в моей жизни.
Нет, все же весело работать в разведке! Уж что-что, а покер-фейс здесь научились держать. Охренительное самообладание. Усмехаюсь про себя и перечисляю, что еще мне потребуется.
Помимо охраны Жанны, Семену и его людям теперь предстоит и другая работа. Я поручаю отработать ее окружение. Узнать, что это за люди в принципе, чем они живут и дышат. Особенно пристальное внимание, конечно, будет уделяться её новым знакомым. Но и старых никто не будет сбрасывать со счетов. Все мы понимаем, что их тоже могут задействовать в своих целях мечтающие меня достать.
Убедившись, что Семен все понял, как надо, я отпускаю его и возвращаюсь к работе. Вместе с Инной проводим короткий брифинг для прессы, комментируя одно неприятное событие, в коем западная пресса узрела наш след, и быстро сворачиваемся. Если я хочу успеть к Жанне, а я очень-очень хочу, мне нужно поторопиться. Зажмуриваюсь в попытке вспомнить, когда в последний раз забивал на работу, чтобы побыть с женщиной, и не могу. Чувствую себя молодым раздолбаем. Улыбаюсь, открываю глаза и наталкиваюсь на пристальный Иннин взгляд. А я ведь с ней так и не объяснился…
– Что? – вскидываю бровь.
– Тебе нужно подстричься. Я запишу?
Лифт останавливается на нужном этаже. Смотрю и понимаю, что объяснять ничего и не надо. Инна слишком умная женщина, чтобы не понять, что происходит. Я вижу это в ее глазах. Под легкой поволокой грусти.
– Инна Дмитриевна…
– Да? – ее глаза чуть расширяются. И только это выдает то удивление, с которым она восприняла это мое обращение.
– Давайте вернемся к обращению на вы, как это положено.
Она медлит долю секунды, жадно вглядываясь в мое лицо. После чего коротко кивает и замечает ровно:
– Да, конечно. Так вас записать на стрижку?
Ни одна моя помощница этим не занималась. Удивительно, как много всего я сгрузил на Инну, и даже того не заметил. А что еще могло уйти от моих глаз?
– Спасибо, не нужно. Просто оставьте номер этого…
– Барбершопа, – подсказывает она, зная, что я каждый раз забываю новомодное словцо. Извечный её повод для шуточек. Черт… Все же мне было с ней хорошо. Очень хорошо. Да... Уж не через неё ли меня пытались достать? Нет, вряд ли. Но этот вариант тоже не стоит сбрасывать со счетов.
Лифт останавливается. Я выхожу. Стою некоторое время к ней спиной, но в последний момент оборачиваюсь.
– Инна…
Она обрывает меня, вскинув перед собой руку. Молчим. А потом она медленно качает головой, мол, не нужно. И я невольно задаюсь вопросом, когда же мы научились с ней говорить без слов? Мне, наверное, все же нужно что-то добавить, но я молчу, и мы стоим, сплетаясь взглядами, пока их не разъединяют захлопнувшиеся двери лифта.
Чувствую себя опустошённым. Впрочем, это поправимо. Я знаю, что все изменится, когда мы встретимся с Жанной. Рядом с ней все меняется в лучшую сторону.
Возвращаюсь в офис, забираю пиджак, телефон и спускаюсь вниз, к машине. Доезжаем быстро. Спасибо спецномерам. Мое сердце начинает частить еще в лифте. А уж когда она открывает дверь…
– Ух ты, – вот все мое красноречие. Я не пытался представить, как она будет выглядеть, но если бы попробовал, то точно бы не угадал.
– Здравствуйте…
Я морщусь и тут же мягко поправляю:
– Здравствуй.
Я и так знаю, что гожусь ей в отцы. Но мне не очень-то хочется, чтобы она мне об этом напоминала при каждом удобном случае.
– Здравствуй, – послушно исправляется девочка и осторожно касается ладошкой края рукава моего пиджака. Абсолютно невинный жест, который разгоняет мой пульс до запредельной скорости. – Зайдешь? Или сразу пойдем?
Киваю в сторону лифта. Не уверенный, что если зайду, мы вообще куда-то поедем. Хочу ее до безумия. Желание выжигает меня до черных краев. Хочу толкнуть ее к стенке, заставить обвить мои бедра ногами и, вставив ей жестко, выйти с оттяжкой, наблюдая, как от похоти стекленеют ее колдовские глаза. Хочу навалиться сверху и трахать. Но я никогда себе этого не позволю. Она же… из другого теста совсем. Хрупкая, как птичка, и такая же пугливая. А впрочем, пока я даже не уверен, что смогу без последствий ее коснуться. Как в спасательный круг, вцепляюсь в разделяющие нас сантиметры. И держусь из последних сил.