Юлия Рахаева – Запах вереска (страница 24)

Эскоты прошли в тот самый зал, где девушки устраивали приватные танцы, и обнаружили пустой открытый террариум.

– А вдруг паука снова похитили? – предположил Юстас.

– Что значит, снова?

– Ты разве забыл? Фемистоклу уже похищал Рюу. Только тогда все думали, что это Фемистокл, мальчик, а потом он начал плести кокон и родил паучат.

– Это было ненастоящее похищение.

– Да, но ведь Оцелот именно тебя просил найти Фемистокла. И вот опять. Только теперь это Патрокл.

– Лучше бы это была коза, – вздохнул Эриш.

– За неё тебе хотя бы яйцами в Тиере заплатили, а Оцелот ничего не производит.

– Знаешь, если эта восьминогая тварь всё-таки сама сбежала, то мы скоро узнаем о её местонахождении по визгу.

– Думаешь, девочки Оцелота ещё не привыкли к паучкам?

– Думаю, что не все.

Эриш оказался прав и действительно вскоре послышался громкий визг. Правда, не женский. Эскоты влетели в комнату и обнаружили голого парня, который стоял на прикроватной тумбочке, прикрываясь подушкой, а на кровати сидела девушка, на которой из одежды были только чулки и полупрозрачные трусики, и держала в руках небольшого птицееда.

– А вот и Патрокл, – объявил Юстас.

– М-меня К-карл з-зовут, а н-не П-патрокл, – заикаясь, проговорил парень.

– Приятно познакомиться. Милая, давай, мы отнесём малыша в его домик, – и Юстас забрался на постель к девушке.

Та безропотно отдала паука и с улыбкой обернулась на клиента. Юстас встал и шагнул к брату, от чего тот мгновенно ретировался из комнаты.

– Не хочешь его погладить, братец лис? У него такие мяконькие лапки.

– Я соглашусь его погладить в тот день, когда Эфа отправится в отпуск, то есть никогда.

– Я это запомню.

– Да никогда наш начальник не уйдёт в отпуск.

– Угу.

– Братец ехидна!

– Да я молчу.

– Ты что-то знаешь?

– Искренне верю в то, что я знаю много всего.

– Я про Эфу.

– Он любит оперу и современную музыку.

– Как ты провоцируешь объекты разработки, я отлично понимаю. Но вот как ты их в себя влюбляешь с таким противным характером?

– Братец лис, но ты же тоже меня любишь.

– У меня выбора нет.

– Бедный я несчастный, да, Патрокл?

Юстас принёс паука прямо в комнату Оцелота и вручил тому лично в руки.

– Будем считать, что я простил тебе выходку на показе, – проговорил Лоун. – Но только тебе, а не Морту.

– И как ты намерен ему мстить?

– Придёт время, узнаешь.

Эскоты встретились уже на улице у входа в «Салун».

– Скажи, зачем ты вообще за мной пошёл? – спросил Юстас.

– Для подстраховки.

– Допустим.

– Что ты узнал про министра?

– Он был в «Салуне», но это всё ещё может быть подставой. Его имени и должность Оцелот не знал, а Гюлай он считает подругой одной из своих девочек по имени Суфия. Министр был либо пьян, либо под чем-то. Я сказал Оцелоту, чтобы он обо всём этом забыл.

– С утра я наведаюсь к Гюлай и вытрясу у неё всю правду.

– Братец лис, не обижай девочку.

– Её обидишь, как же. Она сама кого хочешь обидит.

– А мне надо знакомиться с министром, но я ещё не придумал, как. Зачем я могу понадобиться семьянину-консерватору? Я же полная противоположность этого.

– Тут есть варианты. Может, ему как раз не хватает такого, так ты.

– Братец, ты хочешь, чтобы я совратил его с пути истинного? Может, не надо?

– Тогда сам изобрази консерватора. Ты же хороший актёр.

– А если он меня узнает?

– Консерватор?

– Хотя если я переоденусь и назовусь чужим именем, то это вполне реально.

– Вот видишь. Можешь заинтересовать его каким-нибудь проектом по борьбе с коррупцией в образовании.

– С коррупцией я обычно не борюсь, а совсем наоборот. Но это будет интересный опыт. Подумаю об этом завтра с утра. То есть сегодня.

– Идём спать, братец байбак.

– Байбак? Это такой сурок?

– Именно. Из Шоносара. Он спит полгода.

– Это заманчиво, но так я могу всё самое интересное пропустить.

– Твоя серендипность тебя разбудит.

С этим словом Юстаса когда-то познакомил Эфа. Серендипностью называют интуитивную прозорливость и способность находить то, чего не искал намеренно. Иначе это можно было назвать стечением обстоятельств, а в совпадения Юстас давно не верил.

– Как думаешь, братец лис, это заместитель министра подставляет?

– Нет.

– Ты это точно знаешь?

– Есть такое предчувствие.

– А ещё что ты предчувствуешь?

– Что ты сейчас спать завалишься прямо посреди улицы. Хотя… – Эриш замер.