Юлия Пульс – Король-дракон, или Как убить любовь (страница 5)

— Ваше вел…

— Я сказал, — процедив сквозь зубы, махнул на полку с бесполезным кованым металлом, — к оружию!

— Но вы еще слабы, сир…

— Не болтай! Бейся. Или выгоню с поста, — это уже лишнее, но я был так зол, что хотелось развалить к пустынным демонам всю Арону. Мне нужно успокоиться.

Башир покорно подошел ближе, взял в руки меч и приготовился.

Выпад, разворот, меня слегка качнуло и отбросило. Сталь зазвенела, посыпались искры. Ноги заплелись, и я едва не разбил нос об стену. Чудом соскользнул и вновь напал на Башира, но тот ловко уклонился и отпрыгнул назад.

— Бейся во всю силу, я приказываю!

— Да, ваше величество, — пробормотал воин, и через мгновение я уже лежал на деревянном плацу, а острый клинок меча упирался в шею.

Стало еще жарче. Причина моей ярости совсем в другом, и драка явно не поможет.

Башир протянул мне руку, я поднялся и хмыкнул. Девка эта мокрая не идет из головы. Эта ее красивая шея, длинные ноги, покатые худенькие плечи, на которых лежали мягкие светло-розовые волосы, как же хотелось в них пальцы запустить, талия, что я стискивал своими руками и мечтал прожечь ткань насквозь, чтобы коснуться ее обнаженной кожи.

Умопомрачение какое-то…

— Отлично. — Поманил ладонью воина, крепче взял меч. — Продолжай в том же духе. Не бойся.

— Я и не боюсь, — спокойно ответил Башир и вновь, словно играя, сбил меня с ног.

— Тварь ядовитая! — зарычал я в потолок, когда мой меч улетел куда-то под манекены.

— Вы просто отвлекаетесь, сир. — Заглянул на меня сверху Башир и поправил русые короткие волосы крупной ладонью. Да он даже не вспотел. — Думаете о чем-то другом.

— Так заметно?

Он кивнул и, подняв меня за руку, снова встал в стойку.

— Не знаешь, наш советник вернулся? — я отмахнулся, мол, хватит на сегодня тренировки.

— Утром должен быть, ваше величество.

Я дернул тряпицу с подставки и вытер ею вспотевшее лицо. Шея тоже взмокла, да только не от пота, а крови, все-таки Башир успел рассечь. Значит, я все еще живой, это даже улыбку вызвало, когда коснулся пальцами царапины и обагрил кончики пальцев.

И жар, что меня терзал весь день, я тоже мог объяснить, просто не хотел признавать. Мне жену нужно искать, ветронку, а тут в голову другая лезет.

Отбросив грязную тряпицу на пол, я пошел прочь из тренировочной, завернул к выходу и нырнул под тень садовых деревьев. Почему Атэон не насадил с мужской стороны деревья, мне лично не понятно. Но зато посадки с женской части были действительно огромными. Я в замке второй месяц, но все еще не могу привыкнуть, что здесь только в саду можно потеряться, а что уж говорить о каменных стенах, в том числе и подземельях. Я не привык к такой роскоши и размерам да и не привык к пристальному вниманию, что преследовало меня теперь по статусу правителя Ароны. На кой мрак я согласился?!

Оглянулся через плечо. Оруженосец и гвардия следовали за мной, будто привязанные, а мне жутко хотелось одиночества.

Какого демона я не замерз во льдах? Чтобы сейчас терпеть весь этот величественный пафос? Да лучше бы я не знал о своем происхождении никогда!

Я зло обернулся и зашипел на вояк:

— Держитесь от меня подальше. Сделайте вид, что вас тут нет. Еще раз увижу, всех выгоню!

Башир склонил голову, принимая приказ, и тут же отступил. За ним и вояки рассыпались по саду, притворились деревьями.

Дышать легче не стало. Присутствие других давило. Сад благоухал розами, приторностью забивая нос и горло. Раздражало до тряски.

Но к нему вдруг примешалось что-то. Я застыл на месте. Потянул носом. О, да… морозная свежесть, кислинка, что-то ягодное. М… приятно.

Я повертел головой в поиске источника.

Жар окутал меня так сильно и так мощно, что я сразу понял. Это она. Элайна. И, вскинув голову, скрестился, будто с кинжалами, с ее небесными глазами.

Глава 8

Меня снова бросило в жар, но не яркий миасс тому виной. Это все пылкий огонь в глазах короля. Он будто под кожу проникал, превращая кровь в кипящую лаву. Нельзя же так пялиться! Словно в душу смотрит! Может, он что-то подозревает?

От страха быть разоблаченной, у меня все нутро перевернулось и во рту пересохло. Я на миг представила, как палач заносит секиру над моей шеей и передернулась. Обняла себя за плечи руками и перевела взгляд на окровавленную рубашку Харта. Пепел! Как же мне сейчас нужна его кровь!

— Ваше величество! Позвольте к вам спуститься! У меня неотложное дело! — закричала с балкона, цепляясь за крохотный шанс приблизиться к нему.

— Опять будете анкетами девиц завлекать?

— Я по личному вопросу! — и, ожидая ответа, закусила губу.

Его величество помолчал, затем что-то сказал своему оруженосцу, что прятался в тени дерева, показал жестом сначала на меня, а затем в сторону. И ушел.

Не вышло!

Раздосадованная очередным провалом, я вернулась в комнату и со злостью смахнула вазу со стола. Пыхтя огненным драконом, с ненавистью смотрела на разлетевшиеся по мраморному полу осколки. А потом присела и начала их собирать голыми руками, едва сдерживая слезы.

Вдруг раздался стук в дверь.

— Войдите!

Камеристка и еще две служанки, переступив порог с подносами в руках, завалились в покои.

— Госпожа! Осторожно! Порежетесь! — закричала девушка, но было поздно. Острая боль от впившегося в палец осколка отрезвила. Ярость утихла, забрав с собой комок подступающих слез.

— Я случайно… — хотела было оправдаться за погром, но замолчала. Отступила от осколков, позволяя прислужницам заняться уборкой.

— Унесите! — глянула на подносы. — Я не голодна. — И прошла в уборную.

Промыв рану под холодной водой, промокнула ее тонким полотенцем и залюбовалась причудливыми кровавыми узорами на белой ткани. Мысли снова путались, а память возвращала в день смерти матери.

«Береги себя и Линси», — ее последние слова застыли на обескровленных устах, и из родных глаз утекла последняя капля жизни.

Помню, как я кричала в отчаянии, корчась от боли в груди. Казалось, сердце разорвется от потери, и я больше никогда не стану прежней.

Матушка умерла от редкой болезни, от которой мы тщетно искали лекарство. С каждым годом она медленно пожирала ее изнутри, а я ничего не могла сделать. И в те дни, когда мама изготовила мощнейшее зелье силы, оно обернулось ядом. Роса могильных камней вступила в реакцию с другими ингредиентами и окрасила субстанцию в багровый цвет, создав смертельное оружие, о котором упоминалось лишь в одном древнем манускрипте. Яды на заказ я не изготавливала принципиально, а вот мать, как оказалось, не только их создавала, но и…

Нет! О покойных плохо не говорят.

Матушка зачахла за считанные месяцы. Ее могила не успела остыть, как пропала Линси, и моя жизнь превратилась в раскаленное пекло.

«Поступь смерти» — гласил манускрипт, определяя этот яд самым редким и сильным. Он действует медленно, маскируясь под ту самую редкую болезнь, которой заболела моя мать, но необходима реакция двух кровей.

Жертвы и отравителя.

Моя и его.

Меня бросили в эти демоновы жернова, заставляя шантажом и угрозой жизни сестренке закончить начатое матушкой дело. Путей к отступлению нет. Пусть лучше умрет Харт, чем ни в чем неповинная Линси. Арона найдет нового короля, а мне уже будет плевать! Если успею убежать, то артефакт, который оставил заказчик, укажет путь к Линси.

Я посмотрела на изящное кольцо на безымянном пальце и вгляделась в грани красного камня. Когда-то он засветится, и я спасу сестру и стану свободной!

— Госпожа, Элайна, — в дверь уборной постучала Изабелла. — Вас зовет его величество. Я могу войти, чтобы помочь с нарядом?

— Нет. Спасибо, Изабелла, но я не собираюсь менять наряд. — Я вышла в комнату и улыбнулась камеристке. — Не хочу заставлять его величество ждать. Лучше просто сопроводи.

— За вами уже пришли. — Девушка присела и, указав остальным слугам закончить с уборкой, повела меня к выходу.

Снаружи топтался оруженосец, невысокий сбитый парнишка, немного взмыленный и запыханный.

— Башир, — он галантно склонил голову и, приблизившись, поцеловал мне руку. — К вашим услугам, госпожа Элайна.

Какой приятный молодой человек! Хоть кто-то в этом замке обладает достаточным воспитанием в общении с женщиной.

Я с благодарностью улыбнулась.

— Ведите меня, Башир. Где на этот раз его величество хочет встретиться?