Юлия Прим – Мажор против полчища радужных единорогов (страница 2)
Натягиваю футболку и джинсы на мокрое тело. С волос течёт. Нет времени искать полотенце.
Попутно бью кулаком по торчащей тревожной кнопке. Яркая пимпочка едва не уходит в стену, а злости во мне не становится меньше! Наоборот, всё нутро закипает до такой степени, что, кажется, будто пар валит из ушей и ноздрей!
— Вячеслав Маркович, — пресмыкается перед моим отчеством подбежавший пиар-агент, а оголяет десна так, будто реально меня уважает.
Мелкий. Склизкий. Противнейший тип, готовый хоть сейчас начать лизать чужие подошвы.
Классический пиджак, яркая футболка, узкие короткие брючки и красные кожаные мокасины. Прямые ногти с блестящим покрытием. Гладкие щёки и узкие дебильные усики.
— Что-то не так? — ластится он масляно, оглядываясь по сторонам.
— Девчонка! — рявкаю грозно. Взгляд метает молнии. Мысли скачут как блохи, а слова не стыкуются в понятные фразы.
— Девчонка?! — хмурится агент, а потом и вовсе задирает вверх обе зализанные брови. — Особые приметы имеются?
— Розовые волосы, наглый взгляд и бесячая манера говорить, — выпаливаю, прогоняя перед глазами десятки картинок.
— Единорожка, — нервно поддакивает хилый охранник, появившийся следом.
На вид студент, лет двадцати. Серый, неприметный. Настолько тощий, что такому даже дубинку не выдали, не говоря уже о пневматике.
Нетерпеливо подпрыгивает на месте, истерично потряхивает в воздухе горящим телефоном, призывая к вниманию.
— Сороконожка, мля! — комментирую зло, вспоминая, как шустро убегала отсюда розоволосая девчонка. — Гитару мою найдите, придурки! И объясните, какого хрена здесь ходят всякие, да ещё и с включённой камерой?
— Миланка здесь стрим вела..., — щурится заморыш, опуская глаза. А лицо так и перекашивает при взгляде куда-то на уровне моего пояса.
Пихает вперёд телефон. Не мне. Так как ссыт. Спихивает нервно пиар агенту.
— Я за гитарой, — отмахивается он ретируясь. — Она показала всем, где её спрятала.
— Стрии-им, твою мать! — рывком сгребаю со стола десятки мягких игрушек, с номерами или визитками, что умудрились передать до начала шоу особо ярые фанатки. Проплатили же наверняка таким вот охранникам, которые пустили сюда и эту: сначала в зал, потом за кулисы.
Яркие пятна, вперемежку с бумажками устилают безликий пол. Видео на телефоне идёт. Девчонка противно пищит, позирует и строит из себя полную дуру. Взмахивает и играет яркими волосами, что отвлекают внимание от смеющихся глаз. Акцентирую взгляд на дурацком поведении и мнимом отсутствии интеллекта. Но я то помню, как она зыркнула, перед тем как кинуть медведя: расплющила на месте игривой ухмылкой, так что на секунды опешил и потерялся.
Сейчас этот медведь валяется в общей куче. Ибо нехер...
— Ну и что ты будешь с этим делать? — выкрикиваю несдержанно, после того как видео достигает своего апогея. Ярость затмевает глаза, и хочется лишь одного, после этого онлайн-позора — выставить девчонку на посмешище. Отомстить. В её же манере. На камеру. Так, чтоб завирусилось!
— Я-я..., — начинает заикаться на нервной почве пиарщик, старается выйти из фокуса моего взгляда.
— Вот! — приходит ему на помощь взъерошенный охранник, протягивая найденную гитару. — Я же говорил, Рогова её здесь рядом припрятала!
— Кто она такая? — откладываю инструмент, а после хватаю его за грудки и прижимаю к стене, намереваясь при необходимости вытрясти нужные сведения.
— Одноклассница бывшая, — мямлит тот, кто даже по широкой форме гораздо у́же меня в плечах, да и заметно ниже. — Миланка Рогова. Девятнадцать лет. Учится на экономическом. Со школы ведёт свой скандальный канал вместе с такими же отмороженными. Обычно — это достаточно ржачно. Строит из себя... Ну, вы же видели сами?! — шмыгает носом. — Все наши подписаны. Короче, местная звезда в институте!
— Я с этим разберусь, — быстро ретируется слащавый агент и уже косится в сторону выхода.
— Номер этой розовой пони есть? — допытываю побелевшего парня.
— Да, — нелепо пищит он в ответ.
Киваю агенту на телефон с записью трансляции:
— Верни-ка владельцу.
А ты набирай. Выскажи своё восхищение. Найди её в зале и притащи мне на сцену.
— Как? — реально не врубается или увиливает от ответственности пацан. Сами же лоханулись пустив блогершу за кулисы? А как отвечать — некому?
— Да хоть за шкирку её притащи, как котёнка! — ору, отпуская обмякшее тело из пальцев. — Выбесила эта пони!
— Вячеслав Маркович, я пока уточню юридическую правомерность этого действия..., — елозит агент. — Вы не особо... Не нервничайте. Пожалуйста. У вас выход скоро.
— Единорогова? Это Потап. Да, кто же ещё, — лепит охранник, боком косясь на меня. — Тебя неслышно нифига, а есть разговор. Важный. Короче, Ланка..., — мнётся, подбирая слова. — Твой стрим — залёт, но я могу тебя вывести из клуба. Да. Здесь. Подрабатываю.
Секунда. Две. Три. Кусаю нижнюю губу изнутри, наблюдая чужое молчание. Зрачки пацана ссыкотно бегают. Девчонка, (что далеко не проста, как хочет казаться), испытывает на прочность терпение всех троих, собравшихся в тесной гримёрке.
— Выход номер три. Через пять минут, — оглашает охранник первую радостную новость за вечер. — Ждите там. Я буду.
А я разминаю руки. Готовься, пони, доскакалась!
19 лет. Студентка экономического факультета в престижном Вузе. Поступила на бюджет благодаря отличным знаниям в математике, но рассказывает всем, что по блату пристроил папа.
Кто такой тот самый папа — сама не знает. Однако истории, которыми пугает хейтеров, оказываются такими реалистичными, что встречаться с «папой Миланы» ни у кого желание не возникает.
Наша героиня ведёт скандальный, пранковый канал, посвящённый любимым с детства единорогам; красит волосы в волшебный розовый цвет, и восстанавливает равновесие в мире хейтом тех, кто на деле этого заслуживает!
На публике Милана носит только брендовые шмотки и не чаще одного раза!
А после сдаёт их в магазин, так как жизнь мажорки в реале девушка пока не может себе позволить. Приходится «пускать пыль в глаза». Именно для этого комната в общаге у двух подруг обставлена в кредит «красивым розовым шиком», а имя мамы, которая по совместительству работает обычным бухгалтером, в медийном пространстве не упоминается.
И всё же, помимо целеустремлённости в нашей девочке есть много хорошего. Не верите? Давайте разбираться по факту.
22 года. Студент более престижного Вуза, нежели наша героиня. Факультет иностранных языков и, конечно же, бюджетное отделение. Угадайте почему?
Верно Любая версия из того, что бы вы ни подумали по этому поводу)
Папа нашего мальчика владеет очень больши́м списком движимого и недвижимого имущества.
Слава пытается оградиться от известной фамилии и даже самолично добиваться своих целей по жизни, но, по факту, делать это не так просто. Любовь отца к единственному наследнику не знает границ. Так же как и накопленное на счетах.
А увлечения сына музыкой — заставляет отца и вовсе ваять из него Идола девичьих грёз.
В общем, всё как всегда: родители часто закрывают свои гештальты через детей. А Славочка, на деле, неплохой парень. Правда, излишне прямолинейный, порой несдержанный и избалованный.
С остальным разберёмся по факту)
Впереди у нас ещё много всего и глобальное противостояние.
Вот увидите ️
— Выход номер три, — сообщаю подруге, что уже пританцовывает в фан-зоне, пытаясь слиться с толпой.
Как правило, у Вороновой это плохо выходит, а сейчас её телодвижения и вовсе больше похожи на действие чего-то нервно-паралитического, нежели на привлекательный танец. Того и гляди — кто-то вызовет неотложку!
Торопливо осматриваюсь по сторонам, ища цифры, стрелки или нужные надписи в неоновой подсветке.
— Ленка, помогай! — выкрикиваю громче. — Слава меня сдал! У нас проблемы!
Третий выход находится сам собой. Цепляю подругу за руку и тащу в нужную сторону. Там толпа. Метров тридцать по диагонали, а фан-зона отделена от общего зала ещё и специальными ограждениями.
— Перелезай! — рявкаю звучно на ту, что заметно сдулась. — У нас нет времени искать проходы!