Юлия Оайдер – Его ученица (страница 29)
— Мисс Стивенс, — стук в дверь заставляет меня вздрогнуть. — Можно войти?
— Да, — осипшим голосом кричу я, после секундной заминки.
Горничная проходит в спальню и тщательно старается скрыть свое удивление моим пребыванием в постели.
— Мистер Вайс только что вернулся в особняк и просит вас спуститься вниз через час, — говорит она. — Вам помочь собраться? — уже больше для проформы спрашивает Лив, потому как прекрасно знает — я справлюсь сама.
— Нет, не нужно, — качаю головой я. — Мы сейчас спустимся.
— Вы сами сообщите своей охране или это сделать мне? — девушка смотрит на меня с такой непередаваемой надеждой, что у меня в груди разгорается огонек неоправданной ревности. — Мне не сложно, — хлопает глазами она.
Боюсь сейчас как-то контактировать с Ледником, ну, что я ему скажу и в какой форме?!
— Сообщите, — отвечаю и мой голос звучит на удивление грубо.
Помявшись с ноги на ногу, просиявшая радостью Лив выходит из комнаты.
Я проспала до вечера и, похоже, сейчас меня ждет весьма неприятный разговор со Стейси, касательно моей выходки за завтраком. Но как-то меня это особо не заботит, потому что тут нарисовалась проблема куда ужаснее.
Вновь открываю мессенджер и долго смотрю на ответ Ледника. “Я тоже” относится к тому, что он запутался или к тому, что не знает что делать? Не нахожу слов, чтобы ответить, все кажется глупым и нелогичным.
Может быть вообще удалить свои сообщения и сделать вид, что ничего не было? Нет, это слишком по детски и выставит меня перед Алексеем в совсем идиотском свете.
Собираюсь достаточно быстро, но перед самым выходом вновь начинаю нервничать не на шутку. Подхожу к двери, уже берусь за ручку, но долго смотрю на нее, не решаюсь выйти. Сердце как бешеное колотится и я не могу заставить себя надавить на чертову ручку и открыть дверь.
Не знаю, что сейчас действительно для меня страшнее: взглянуть Леднику в глаза или поговорить с Вайсом.
Выдыхаю медленно, успокаиваю себя и даю установку вести так, будто ничего не было. Тактика малолетки, но сейчас другого мне попросту не дано. Выхожу в коридор и сразу замечаю Алексея, ожидающего меня напротив двери. Взгляд зеленых глаз впивается мне в лицо, мужчина делает вдох и приоткрывает рот, как будто хочет что-то сказать, но он молчит. Закрываю дверь и заставляю себя дышать ровно и спокойно, но нет, мое сердечко бьется так часто, как после марафонского бега. В груди все сжимается, словно я лечу вниз, в глубокую пропасть. Жар охватывает тело, когда Ледник делает шаг в мою сторону и останавливается в считанных сантиметрах от меня.
— Готова? — спрашивает он и я киваю. — Элла, — вздыхает Алексей и шепотом продолжает, — предлагаю поговорить, когда вернемся в Россию. А пока — следовать плану. Держать себя в руках, быть собранными и профессиональными. Сможешь?
Смотрит так странно, словно сомневается в том, что сможет он. Значит, пока мы в "гостях" у Вайса, Ледник будет вести себя так, словно ничего не было.
А есть ли у меня другой вариант, кроме как согласиться?
26
Когда спускаемся вниз, в гостиной ожидает мистер Вайс, сидя в кресле напротив окна. Судя по тому, что нас направили не в столовую — значит меня ждет не ужин. Значит и правда пришло время серьезных разговоров. На мужчине строгий костюм темно-синего цвета и излюбленный им вид галстука яркого горчичного оттенка. Стейси все такой же серьезный, подозрительный и отвратительный, ничего не изменилось.
— Как вы провели время, мисс? — с ехидцей выгибает бровь Сейси, когда я подхожу к нему ближе. — Присядьте, — кивает он мне на свободное кресло.
— Все хорошо, я слишком устала и после тренировки, сама не заметила как, уснула, — отвечаю я.
От воспоминаний о тренировке снова чувствую, как горю. Какая же я дура…
— Элла, вы не надели кольцо, — щурится мистер Вайс. — Меня убеждали, что это самые дорогие бриллианты и самое белое золото из всех возможных…
— Я забыла, простите, — поджимаю губы я.
Ведь и правда забыла. Я даже не помню, забрала ли я коробку со стола после завтрака.
— Вам не понравилось? — выгибает бровь мужчина. — Похоже, что я выбросил двадцать тысяч долларов попусту, а ведь хотел удивить, — фыркает Вайс.
Мои следующие оправдания застревают в горле, поскольку сумма простого кольца переходит все возможные границы. Если этот человек отвалил за колечко столько денег, то сколько же он заплатил моему отцу?
— Я хочу посмотреть, как оно будет смотреться на вас, — мужчина щелкает пальцами, подзывая стоящую в дверях Лив. — Дай коробку мисс Стивенс.
Девушка кивает и достает из кармана своего фартука злосчастную коробку. Протягивает мне и я нехотя принимаю ее. Судя по ожидающему взгляду Стейси, я должна открыть и примерить. Ах, да, еще обязательно восхититься, это же двадцать тысяч долларов!
Когда открываю крышку коробки, не могу даже изобразить наигранного восторга.
— Очень красиво, — пытаюсь улыбнуться я.
— Надевайте, — не просьба, а приказ, не иначе.
Как бы не хотела сопротивляться, но я выполняю его. Достаю безупречное творение какого-то ювелира и надеваю на безымянный палец левой руки. Шесть бриллиантов сияют в свете потолочных ламп, но это сияние мне не приносит радости.
— Замечательно, как влитое, — довольно ухмыляется Вайс. — Еще раз с помолвкой, мисс. Знаю, что вы относитесь ко мне с опаской, слухи ходят разные, но уверяю вас, со мной вы будете в безопасности и не будете в чем-либо нуждаться.
Снова это слово "безопасность", от которого меня передергивает.
— Мне нравится в вас застенчивость, граничащая со строптивостью, — продолжает болтать Вайс, не особо-то ему нужны мои ответы. — Жду с нетерпением, когда смогу увезти вас в наше свадебное путешествие. Эти выходные выдались… сложными, да?
Молчу, делаю вид, что увлечена разглядыванием кольца, но на деле сдерживаю приступ отвращения.
— Вы, наверняка, считаете себя пленницей, но это не так, просто я не рассчитал свое время и вынужден работать. Что ж, идемте в столовую, ужин не ждет, — улыбается Вайс.
К счастью, ужин проходит без эксцессов, Стейси болтает о фамильных реликвиях и своем бизнесе, при этом тонко намекая, что я упустила сегодняшнюю возможность познакомиться с его партнерами и они теперь считают меня серой мышью.
Также, оказывается, мой отец поддерживает связь с Вайсом, они переговариваются о каких-то делах. Мне же родители не звонили и не писали ни разу. Как бы не убеждала себя в том, что им на меня плевать, смирись, но все равно обидно.
— А что случилось с окном внизу? — когда тишина затягивается, я вдруг решаюсь задать именно этот вопрос.
Громко "звякает" чайная ложка, которую Стейси случайно роняет из рук и чуть не разбивает фарфоровую чашку.
— О чем вы? — поднимает на меня взгляд мужчина и холодок пробегает вдоль моего позвоночника.
— Когда шла в спортзал, я заметила разбитый витраж, на место которого рабочие ставили новый, — говорю я, но уже жалею о том, что начала эту тему.
— Я не в курсе данного происшествия, нужно уточнить у дворецкого и экономки, — сквозь зубы шипит Вайс. — Не все в этом доме происходящее мне известно тотчас же.
Прикусываю язык, чтобы не ляпнуть что-то еще. Спокойно допиваю свой чай и направляюсь в комнату. По пути меня необычайно радует Лив — завтра в два часа мы отправляемся домой, какое счастье! Девушка оставляет меня и Ледника напротив наших комнат, после чего удаляется прочь.
— Последняя ночь, последний завтрак, да? — будто бы непринужденно спрашивает Алексей, но я вижу на его лице некое подобие растерянности. — Когда вернемся в Россию, нам нужно поговорить, это очень важно. Нужно решить проблему, расставить все точки над i, — смотрит мне в глаза и мне становится страшно, какие там точки он собрался расставлять.
Хотя, все и так понятно, Алексей пошлет меня куда подальше. Это самый простой и логичный вариант с его стороны — избавиться от проблемы. А я для него проблема и есть, всегда была.
— Надо, значит поговорим, — отвечаю я и как можно скорее разворачиваюсь к своей двери, чтобы он не увидел разочарования в моих глазах.
27
Россия… Я никогда не считала это место своим домом, за все те несколько лет, что живем здесь с родителями, но сейчас так рада вернуться. Не передать словами!
Прощание с Вайсом проходит максимально пафосно, но без каких бы то ни было вопросов или иных действий с его стороны. Мужчина весь в работе, как он оправдался, отправляя меня и Алексея на своем самолете в Россию. Кстати, это отдельная радость — Стейси Вайс летит не с нами, нет этого эмоционального давления с его стороны.
Зато есть со стороны Алексея. Вернее не так, есть эмоциональное гнобление меня со стороны своего же внутреннего голоса. В самолете мы почти не общаемся, лишь пара уставных фраз, не смотрим друг на друга, каждый думает о своем, разве что пару раз ловлю его взгляд на кольце Вайса, которое еще не сняла. Но как только вернусь домой — сброшу его в дальний ящик.
После приземления мы идем в сторону парковки, где был оставлен автомобиль Семена, а сам парень уже ждет нас. Виноватый взгляд говорит сам за себя, но поговорю с ним я после того, как останемся наедине. Сажусь в машину, ожидая что они последуют моему примеру, но мужчины остаются снаружи. О чем-то разговаривают, меняются телефонами, а после этого Ледник уходит… Вот так просто, ни досвидания, ни обещанного разговора. Жутко обидно и на глаза наворачиваются слезы, пока провожаю его взглядом. Так просто уйти…