Юлия Никитина – Мудрость приходит с возрастом (страница 3)
Мудрость и эрудиция. Эрудиция – это объём фактических знаний. Эрудит помнит даты, имена, формулы, цитаты. Мудрец же может не помнить, кто был двадцать пятым президентом США, но он знает, как утешить горюющего друга. Эрудиция – это библиотека без каталога и без читального зала. Мудрость – это умение найти нужную книгу в нужный момент и извлечь из неё пользу. Есть прекрасное выражение: «Эрудит знает, что помидор – это ягода, а мудрец не кладёт его в компот». Эрудиция накапливается с возрастом автоматически (кристаллический интеллект растёт до 70 лет), но это накопление не делает человека мудрее. Узкий специалист, который 40 лет изучал всё о строении крыла бабочки, будет эрудитом в своей области, но может быть совершенно беспомощным в решении житейских дилемм. Мудрость же требует междисциплинарного синтеза, который не даётся простым запоминанием.
Мудрость и хитрость. Это самое опасное смешение. Хитрость – это способность достигать своих целей, используя обман, манипуляцию, скрытые рычаги. Хитрый человек часто выглядит «мудрым» на поверхностный взгляд: он не лезет на рожон, просчитывает ходы, ждёт удобного момента. Но ключевое различие – цели и средства. Мудрость включает в себя этическое измерение: она служит благу (своему и других), а не просто эгоистичному успеху. Хитрость аморальна или морально нейтральна. Хитрый скажет: «Я обманул партнёра по сделке, и это было мудро, потому что я заработал миллион». Но мудрый знает: обман разрушает доверие, а без доверия долгосрочное сотрудничество невозможно. Миллион сегодня может обернуться банкротством завтра, когда репутация разрушена. Кроме того, мудрость включает в себя рефлексию о том, стоит ли эта цель вообще усилий. Хитрый не задаётся этим вопросом – он хочет и всё. Мудрый может решить, что миллион не стоит потери душевного покоя или предательства друга. Поэтому в пословицах всех народов противопоставляется «лукавство» и «мудрость»: первое – ум змеи, второе – ум человека.
Мы подошли к самому известному и строгому академическому инструменту – Берлинской парадигме исследования мудрости, разработанной Полом Балтесом и его коллегами в 1990-х годах. Это не тест в привычном смысле (выберите вариант ответа), а экспертная оценка решений, которые человек даёт на сложные жизненные дилеммы. Испытуемому зачитывают сценарий, например: «14-летняя девочка хочет сбежать из дома. Что ей следует учесть и что сделать?». Или: «Человеку предложили высокооплачиваемую работу в другом городе, но его пожилые родители нуждаются в уходе. Как принять решение?». Ответы записываются, транскрибируются и оцениваются обученными судьями по пяти критериям – или, как их называет Балтес, пяти «компонентам мудрости». Рассмотрим каждый.
Первый компонент: фактические (содержательные) знания. Это база: знание о природе человека, о социальных нормах, о жизненных траекториях, о типичных последствиях разных решений. Без этого фундамента мудрость невозможна – вы не можете принять хорошее решение в вакууме. Например, решая дилемму о сбежавшей девочке, мудрый человек должен знать, что подростковый мозг ещё не полностью сформирован (особенно префронтальная кора), что рискованное поведение в этом возрасте норма, но и то, что уличная опасность реальна. Эти знания – не эрудиция ради эрудиции, а работающий инструмент. Заметьте: фактические знания здесь контекстуальны, они не про даты правления королей, а про человеческую природу и социальные механизмы. Именно этот компонент чаще всего улучшается с возрастом – при условии, что человек не изолирован от мира. Старик, который видел много человеческих судеб, имеет преимущество перед юнцом, даже очень умным.
Второй компонент: процедурные (стратегические) знания. Знание как, а не что. Это умение применять факты в конкретной ситуации, выстраивать алгоритм действий. Процедурные знания включают в себя стратегии получения информации (кого спросить, где проверить), стратегии взвешивания альтернатив (как сравнить плюсы и минусы), стратегии мониторинга результатов (как понять, что ты ошибся, и скорректировать курс). В ответе на дилемму о работе и родителях процедурное знание проявится в том, что человек предложит не просто «уехать» или «остаться», а конкретный план: обсудить с родителями возможность найма сиделки, изучить варианты удалённой работы, взять испытательный срок, чтобы оценить нагрузку. Человек без процедурных знаний даст голое решение. Человек с ними – процесс. И здесь возраст даёт преимущество только тем, кто практиковал решение сложных задач; если всю жизнь человек действовал по шаблону «сказали – сделал», процедурные знания не накопятся.
Третий компонент: контекстуализм (жизненный контекст). Это способность учитывать, что нет универсальных решений – всё зависит от времени, места, культуры, конкретных обстоятельств. Контекстуализм – антидот против догматизма. Молодые люди часто ищут «единственно верный ответ» и раздражаются, когда им говорят «смотря по обстоятельствам». Мудрый же человек знает: то, что спасло в 1980-х, убьёт в 2020-х; то, что хорошо для жителя Нью-Йорка, неприменимо для индийской деревни. В ответе на дилемму о девочке контекстуализм проявится в вопросах: «А в какой стране она живёт? Есть ли у неё родственники, к которым можно уйти? Каковы законы о беглых несовершеннолетних?». Без учёта контекста мудрость превращается в проецирование своего опыта на всех – главная ошибка пожилых, которые говорят «а вот в наше время…». Контекстуализм не приходит автоматически с возрастом; он требует тренировки удерживать в голове несколько картин мира одновременно. Некоторые старики его теряют (становятся ригидными), некоторые обретают (становятся подлинно мудрыми).
Четвёртый компонент: релятивизм (ценностный релятивизм). Это осознание, что разные люди и культуры имеют разные ценности, и ни одна система не обладает монополией на истину. Релятивизм не означает «всё равно всё относительно, делай что хочешь» (это нигилизм). Он означает способность понимать логику иной ценностной системы, даже если ты её не разделяешь, и искать решения, которые уважают множественность ценностей. Например, дилемма: аборт – допустим или нет? Догматик с одной стороны скажет «убийство ни при каких условиях», догматик с другой – «свобода выбора абсолютна». Мудрый человек, обладающий релятивизмом, скажет: «Я понимаю, почему для некоторых это вопрос святости жизни, а для других – вопрос прав женщины. В зависимости от того, какую ценность мы ставим во главу угла, решения будут разными. Но я также вижу, что в реальной жизни можно найти компромисс, например, профилактику нежелательных беременностей, чтобы дилемма не возникала». Релятивизм – это когнитивная сложность. Исследования показывают, что он слабо коррелирует с возрастом, но сильно – с образованием и открытостью опыту.
Пятый компонент: управление неопределённостью (неопределённость знания). Это признание того, что мы никогда не можем знать всех фактов, предвидеть все последствия, быть полностью уверенными в своей правоте. Управление неопределённостью включает в себя толерантность к двусмысленности и способность действовать, несмотря на неполноту информации. Это ключевой компонент, который отличает мудрость от простого интеллекта. Интеллект требует определённости (иначе как решать задачу?). Мудрость работает с неопределённостью как с базовым условием. В ответе на дилемму о работе и родителях управление неопределённостью проявится в фразах: «Я не могу знать наверняка, как отреагируют родители», «Нет гарантии, что новая работа окажется хорошей», «Но я могу снизить неопределённость, собрав больше данных – поговорив с бывшими сотрудниками, навестив город, обсудив план Б». И главное – мудрый человек признаёт, что даже после всех усилий может ошибиться, и это нормально. Он готов учиться на ошибках. Этот компонент, увы, с возрастом часто не растёт, а падает: старые люди, которые привыкли к стабильному миру (или сформировали иллюзию стабильности), с трудом переносят современную турбулентность. Они требуют гарантий, которых нет, и впадают в паранойю или депрессию, когда гарантий не получают.
Чтобы закрепить понимание, рассмотрим реальный ответ на дилемму (упрощённо) и его оценку. Дилемма: «Ваш близкий друг, который тяжело болен, просит вас помочь ему уйти из жизни (эвтаназия). Закон это запрещает. Что вы будете делать?»
Немудрый ответ (низкий балл по большинству компонентов): «Это незаконно, так что я не буду этого делать. Друг должен терпеть, врачи что-нибудь придумают. А если он так просит, то он просто не в себе, нужно его переубедить». Оценка: низкие фактические знания (не учитывает страдания при неизлечимых болезнях), отсутствие контекстуализма (не видит разницы между странами с разными законами), низкое управление неопределённостью (ответ дан как аксиома).
Мудрый ответ (высокий балл): «Здесь нет простого решения, и я не могу быть уверен, что поступлю правильно. Я бы сначала максимально честно поговорил с другом, понял его мотивы: это депрессия, боль или осознанный выбор? Узнал бы у врачей, есть ли варианты паллиативной помощи, которые могут облегчить страдания. Если боль невыносима и шансов нет, а закон запрещает помощь, я бы рассмотрел возможность переезда в страну, где эвтаназия легальна, если друг согласен. Я бы также искал поддержку у психолога для себя, потому что это тяжелейшее решение. В конечном счёте, я бы не нарушал закон, если это грозит мне тюрьмой и оставит друга без поддержки, но я бы сделал всё, чтобы его страдания были минимизированы, даже если это значит, что я буду нарушать свою совесть, не помогая. И я признаю, что другой человек на моём месте мог бы принять иное решение, и это не делает его плохим». Оценка: высокий контекстуализм (учёт закона, медицины, эмоций), высокий релятивизм (признание иных решений), высокое управление неопределённостью (нет гарантий), высокие процедурные знания (конкретные шаги).