Юлия Мош – Между Пешкой и демоном (страница 2)
Один за другим люди обретали своих «хозяев». Страх сжимал моё горло всё теснее, пока зал вдруг не накрыла волна тишины.
Раздался хлопок, тяжелый, как падение могильной плиты. Все головы повернулись ко входу.
Из тени вышел он.
Лет двадцать пять. Высокий и худощавый, но в каждом его движении чувствовалась скрытая пружинная мощь. Чёрные джинсы, чёрная рубашка, рукава закатаны до локтей. Волосы – темные, небрежно собранные в хвост, с выбритыми висками. Он выглядел как гость из моего мира, но его глаза… в них была бездна, в которой не было места жалости.
– О, продолжайте праздник… – ехидно протянул он, его голос вибрировал от самодовольства. – Кажется, моё приглашение затерялось. Охрана на входе была так расстроена… Очухаются часа через три.
– Даниэль? – голос Пингвина на сцене дрогнул. – Что ты здесь делаешь?
– Пришел забрать своё. – Даниэль прошелся вдоль рядов, и я почувствовала, как волоски на руках встали дыбом.
Он остановился напротив меня. Его взгляд, холодный и жаркий одновременно, скользнул по моему лицу, и сердце пропустило удар. Он поднялся на сцену, отстранив Пингвина, и просто притянул воздух рукой.
Его нить была другой. Не просто красной – она была соткана из живого, пульсирующего огня. Она не стала искать путь. Она ударила в меня молнией.
Я отшатнулась, вскрикнув, но огненный шнур уже впился в моё запястье. Боже, как это было больно! Будто на руку надели кольцо из раскаленного железа. Я видела, как свет прижигает кожу, чувствовала запах гари, но через секунду боль стихла, оставив после себя тяжелое серебряное кольцо, которое теперь казалось частью моей плоти.
– Пойдем. – Даниэль уже стоял рядом. Его наглая усмешка вблизи казалась еще невыносимей.
Он мертвой хваткой вцепился в мою руку и потащил за собой, прочь от сцены.
– Даниэль! По традиции все должны дождаться окончания! – выкрикнула женщина в кроваво-красном.
– Какое счастье, что мне плевать на традиции. – бросил он, даже не обернувшись.
Снова оглушительный хлопок. Пространство вокруг меня смялось, как лист бумаги. Желудок подкатил к горлу, голову пронзила острая боль. Я зажмурилась, а когда открыла глаза…
Мы стояли посреди того самого терминала в аэропорту. Шум толпы, голос диктора, запах кофе. Всё вернулось. Но на моей руке всё так же пульсировало сталью кольцо, а за локоть меня держал демон, который только что украл мою жизнь.
Глава 3
Секунд пять я просто хватала ртом воздух. Звуки Шереметьево обрушились на меня лавиной: объявления дикторов, шум толпы, детский плач. Всё это казалось нереальным после того застывшего готического склепа.
– Твою мать! Самолёт! – заорала я, внезапно вспоминая о своей главной цели.
Я дернула рукой, сбрасывая его ладонь. Кожа в месте соприкосновения горела, будто он оставил на мне клеймо. Не оборачиваясь, я рванула в сторону своего гейта. Море, солнце, отсутствие демонов – я хваталась за мысли об отпуске, как за последний шанс остаться нормальной. Если я сяду в самолёт, этот кошмар развеется.
Лифтом пользоваться не хотелось – после той поездки «в клетке» у меня от одного вида раздвижных дверей начинался нервный тик. Я взлетела по лестнице на второй этаж, перепрыгивая через ступеньки, едва не сшибая с ног сонного туриста.
И застыла.
Он стоял прямо на моем пути. У самого выхода на посадку. Даниэль вальяжно прислонился к стене, скрестив руки на груди и чуть склонив голову набок. На его лице цвела такая самодовольная ухмылка, что мне захотелось съездить по ней со всей дури. Как он обогнал меня? Мне было плевать. Плевать на магию и на огненные нити.
– С дороги! – выплюнула я, надевая маску ледяного безразличия. Внутри всё дрожало, но я готова была вцепиться ему в лицо, если он не сдвинется.
Я попыталась обойти его слева. Он лениво сделал шаг, снова перекрывая дорогу. Я вправо – он там же. Даниель двигался с грацией хищника, который забавляется с добычей.
– Чего тебе надо, Даниель? – я сорвалась на резкий тон, упирая руки в бока. – Свали в туман, откуда выбрался. У меня посадка заканчивается!
– О, а у тебя зубки поострее, чем кажется на первый взгляд. Просто Дэн. – промурлыкал он. Голос у него был глубокий, с наглой хрипотцой. – Мне не нужна твоя посадка. Мне нужна ты. Ты теперь моя пешка. А Игра, детка, не любит ждать.
– Слышь, «игрок»… – я сделала шаг вперед, сокращая дистанцию до опасного минимума. Мое сердце колотилось в горле, но я смотрела ему прямо в глаза. – Слушай внимательно: мне плевать на твои Игры. Дай мне пройти. Прямо сейчас. Иначе я устрою такой скандал, что охрана прибежит и выведет тебя.
Я попыталась оттолкнуть его в грудь. И почти взвизгнула от неожиданности. Было ощущение, что я пытаюсь сдвинуть с места железобетонную колонну. Он даже не качнулся.
– Какая ты шумная, Анна. – он выделил моё имя так, будто пробовал его на вкус. – И такая суетливая. Куда ты так торопишься? К морю? К песочку?
– Провалиться мне на месте, если я сейчас не… – я замахнулась, чтобы ткнуть его локтем, но он просто указал взглядом мне за спину.
– Оглянись, Анна.
Я замерла, медленно поворачивая голову. Холод заполнил вены. Аэропорт застыл.
Мужчина в паре метров от нас замер с протянутым билетом. Ребенок, споткнувшийся на бегу, завис в воздухе под неестественным углом. Воздух стал густым, как сироп. Тишина стала абсолютной. Мертвой.
– Так куда, ты говоришь, ты опаздываешь? – Дэн подошел вплотную.
Он наклонился, обдавая моё лицо жаром. От него пахло дорогой кожей и грозовым фронтом. Его взгляд скользнул по моим губам, и я почувствовала, как по телу пробежала жаркая волна, в то же время нить между нами загорела голубым пламенем.
– Тебе ведь нравится… – вкрадчиво заметил он, и я поняла, что уши у него так же хороши, как и наглость. – Твой пульс выбивает чечетку.
– Это от бешенства! – прошипела я, стараясь не смотреть в его темные, дьявольские глаза. – Псих! Извращенец и псих!
– Именно так. – его улыбка стала шире.
Он издевательски согнул локоть, предлагая взять его под руку. Я лишь показательно фыркнула и отвернулась, скрестив руки на груди. В ответ раздался тихий смешок.
Дэн щелкнул пальцами.
За долю секунды пространство вокруг нас смялось. Вместо терминала – шумный центр города, терраса кафе. Солнце ударило по глазам.
– Стамбул? Что?! – я уставилась сначала на вывеску, указывающую на название города, а затем на Дэна, который уже сидел за столиком, по-хозяйски развалившись в кресле. – Мой самолет летел в Сочи! Ты… ты сорвал мне отпуск, урод!
Дэн вальяжно махнул официанту, игнорируя мою ярость.
– В Сочи сейчас дожди. – бросил он, прищурившись. – А здесь у нас есть двенадцать часов спокойствия, пока не прибудут остальные Игроки. Сядь, Анна. Твой гнев меня забавляет, но он не поможет тебе выжить в следующие три месяца.
Я стояла над ним, тяжело дыша. Мне хотелось перевернуть этот стол ему на колени, но кольцо на пальце вдруг слабо пульсировало током, напоминая о связи.
– И что дальше? – я со стуком отодвинула стул и села напротив, смерив его самым презрительным взглядом, на который была способна. – Будешь кормить меня завтраками, пока кто-то из твоих напудренных дружков не решит вырезать мне сердце за это кольцо?
Дэн подался вперед, опираясь локтями на стол. В его глазах вспыхнул опасный огонек, а нахальная улыбка на миг исчезла, сменившись чем-то более темным.
– Вырезать – это слишком просто… – его голос стал тише. – Они будут пытаться обмануть тебя, сломать или купить. Но самое забавное… – он протянул руку и коснулся тыльной стороны моей ладони. Кожа мгновенно отозвалась жаром. – Большинство из них не чувствуют того, что чувствую я.
– И что же ты чувствуешь? – я попыталась вырвать руку, но он держал крепко, продолжая сверлить меня взглядом.
– То, как ты дрожишь, хотя пытаешься казаться льдом. – он усмехнулся, возвращая свою маску самодовольства. – Твой страх вкусный, Анна. Но твоё желание… оно пахнет гораздо лучше.
Я вспыхнула до корней волос и всё-таки выдернула руку.
– У тебя галлюцинации. Единственное, чего я желаю – чтобы ты провалился в свою преисподнюю.
– Не лги тому, кто держит тебя за Нить. – он откинулся назад и подмигнул. – Это делает игру только интереснее. Кстати, закажи что-нибудь. Смертникам полагается последний вкусный обед.
Я схватила меню, готовая швырнуть его в этого самовлюбленного демона. Но где-то в глубине души, за плотной завесой ярости, предательски шевельнулось любопытство: на что еще способен этот парень в джинсах, который превратит мою жизнь в кровавый аттракцион?
Глава 4
Закат в Стамбуле был вызывающе красивым и пугающим – небо над Босфором окрасилось в цвет спелого граната, переходящего в густую венозную кровь. Мы находились в люксе «Pera Palace», где стены были обтянуты тяжелым шелком, а воздух пах дорогим табаком и древней пылью. Но мне было не до истории.
– Ты шутишь. Скажи, что ты сейчас просто очень несмешно пошутил. – я стояла посреди номера, и мои пальцы подрагивали, когда я указывала на кровать.
Там, на смятых простынях, лежал ворох угольно-черной ткани. Платье. Если, конечно, этим словом можно было назвать кусок шёлка, который держался на одних честных словах и шнуровке.
– Анна, я похож на того, кто тратит время на юмор? – Дэн стоял у высокого зеркала в золоченой раме, лениво застегивая манжеты на новой рубашке. Белая ткань ослепительно контрастировала с его загорелой кожей и темными волосами. – Это Бал Сопряжения. Вся наша благородная гниль соберется в одном зале, чтобы оценить товар. Снять пробу. Посмотреть, за кого стоит убивать. И, конечно, сделать ставки.