Юлия Морозова – Эрет Федж (страница 12)
На меня резко выскочила девушка:
– Прости! Я не слышала твоих шагов. – Взгляд Натали тоже стал растерянным, а я тяжело задышала. Сердцу стало тяжелее, но позже я почувствовала, как подскочил мой пульс, и положила руку на грудь.
– Всё в порядке, – мой голос начал вздрагивать. – Ты что-то нашла?
Коллега кивнула, и я прошла следом за ней. Как оказалось, искать долго и не пришлось: по делам Эрета есть несколько огромных папок, собравших в себе множество конвертов с «Делами».
– Номер один. Следствие по делу убийства Сергея Диникина. Город Красноярск, Красноярский край, Российская Федерация. Тут стоит дата – 22.04.2010, как и в прошлом файле, запиши, пожалуйста. Предположительно на фото Эрет шёл либо до, либо после совершения преступления. Начало следствия 24.04.2010. – Я кивнула и быстро записала, вспоминая университетские годы сплошной диктовки и тренировки рук.
Натали приоткрыла рот, но тут остановилась. Её пальцы нервно прошлись по страницам. Края листов слегка потрёпаны. Вероятно, к ним не раз обращались сотрудники следственного комитета.
– Тут описание следственных мероприятий. Сотрудники приезжали в дом к погибшему, ничего существенного не обнаружили. Вот, что-то интересное – интервью с родителями. – Натали выдержала паузу, посвящённую анализу документа. – Так. Оба говорят, что считали сына достаточно самостоятельным, чтобы не вмешиваться в его уже «взрослую» жизнь. В 18 поступил в университет, жил в общежитии на правом берегу. Был один друг, вот его слова, – Натали прочитала и взяла самое главное. Я приготовилась записывать. – «Общительный парень. По специальности работать не хотел. Желал лёгких денег, а имеющиеся… Пропивал».
Я вздёрнула брови:
– Но он жил в общежитии. Как его пропускали пьяным? Как он посещал занятия? – Коллега передёрнула плечами и продолжила читать, глубоко вздохнув:
– Слова ректора: «Сергей был на грани отчисления, и такая перспектива его нисколько не путала. Он пил, непонятно что ел, постоянно отсыпался, родители давали ему деньги на еду, считая, что сын прилежно учиться, но стипендия маленькая. Да, она была минимальной, но этого ему на самом деле хватало, как мы видим, хоть на какое-то проживание. Он просто пользовался деньгами, покупал еду, остальное – на алкоголь. Причём сразу так и не скажешь, что он какой-то зависимый. Одному богу известно, что с ним приключилось. Университет выражает сожаление по факту его убийства. Никто такого не заслуживает, особенно – студент». Дальше комментарий: «Следственный комитет… не нашёл халатности в отношении сотрудников общежития, а также университета».
Картина постепенно начала вырисовываться:
– Ага. Значит, очередной парень, сошедший с верного пути. Потерял себя, сел на стакан, нашёл друга в университете, а учился по нежеланному направлению, поэтому и на учёбу забил. Прожигал учебное время за спиртным. Родители не интересовались, он же, в свою очередь, их обманывал, – диктовала я себе, записывая текст на бумагу. Натали кивала, внимая моим словам.
Коллега взглядом уточнила у меня, можно ли продолжать:
– Итак. День гибели. 6:45. Сергей пишет другу, что проспит первую пару по праву. Сам же, судя по камерам вблизи остановки, взял две бутылки пива, позже найденных возле тела убитого, и отправился на прогулку в писке впечатлений. Выходил ещё трезвым, с похмелья. Предположительно рассвести ещё не успело. По камерам, Сергею становится плохо, он держится за живот, после за грудь и шею, уходя в кусты. Следствие установило, что в этот момент парня стошнило от количества выпитого алкоголя, преимущественно пива. Вот слов друга, Кирилла: «В какой-то момент он переехал жить ко мне. Я согласился, потому что вроде как с ним было весело. Я сам не пью, и я предупреждал его, что до добра это не доведёт. Но мне было одиноко, а он пообещал платить вместе со мной за квартиру, продукты, помогать по квартире. Так мы прожили месяц или полтора до… Господи. Я до сих пор не могу поверить». По камерам больше ничего не известно. Убийство произошло, по подсчётам экспертов, примерно в 7:35. Ране предполагалось, что убийцей выступил кто-либо неизвестный, но в 2012 году, во время пересмотра дела по просьбе родителей погибшего, дело отнесли к списку убийств «Эрета Феджа». – Натали осеклась, позже начав подводить итог. – Всё сходится. Фактически, это первое убийство Эрета.
– Неизвестно, подвергся ли парень насилию или пыткам вроде тех, что любил устраивать маньяк. Судмедэкспертиза установила: Сергея вырубили ударом по затылку тыльной стороной небольшого топорика, чьи габариты совпадают с излюбленным оружием Феджа. Затем низ живота погибшего был распорот, вероятно, уже после смерти. Рана составляет… О Боже! – Воскликнула коллега и книга выпала из её рук.
Я тяжело задышала, выловив документ из её рук. Я метнула взгляд на полицейского в дверях, он обеспокоился не меньше меня, но пока не вмешивался. Щёки Натали покраснели, и она поднялась с колен.
– Там было это фото… Ужас! Я не могу на такое смотреть. Огромная дыра на весь живот! – Сказала коллега, явно словив панику от изображения. Мне показалось, что я услышала треск её до этого нетронутой психики.
– Всё хорошо. – Я обняла коллегу, держа за её спиной «Дело». Чёрт, и на какой странице она это нашла? Я тоже не горю желанием смотреть визуальные подробности дела.
– Как думаешь, там есть что-то дальше? – Спросила я, когда заметила, как дрожат мои руки.
– Думаю, дальше пошла как раз таки галерея. Я просто перевернула одну страницу…
– Всё в порядке. Я гляну, что там в конце.
Я вновь присела и перевернула журнал оборотом вверх, неуверенно подцепив уголок. Осторожно и медленно смахнув форзац, я не заметила чего-то подобного, что описала Натали, и перелистнула ещё пару страниц с различными источниками.
– Кажется, «Дело» больше не обновляли, но этого хватит для нас. И всё сошлось: дата, место и способ убийства, а также характер и поступки Сергея. Не уважал свою жизнь – и Эрет её забрал… Как отрезок сценария из фильма про Феджа.
– Точно. – Натали провела рукой по волосам, укладывая их назад. – Я пойду подышу свежим воздухом, – сказала она, по привычке стараясь нащупать телефон, который в сумочке, и цоканье её каблуков растворилось в тишине шелеста уголовных дел.
Я осталась один на один с массой страшных людских поступков, какие только могут быть, и все они сильно давят на меня, как и это узкое пространство, и этот тусклый холодный свет.
– У вас всё хорошо? Простите, я вас раньше не видел. Вы Ольга, если я не ошибаюсь. – Мужчина пригладил складки рубашки на животе. – Ваша коллега уже была у нас один раз с группой «Терция» год или два назад, а вот с Вами я встречаюсь впервые.
– Да, – я улыбнулась, – пока только на испытательном сроке, если так можно сказать. Моя первая статья.
– Ваша
Я с недоверием оглянулась вокруг.
– Мы вроде всё нашли, – я неловко улыбнулась, и мужчина кивнул. – Но, может, вы что-то можете добавить? Вы много знаете о делах Эрета Феджа?
Полицейский остановился и развернулся ко мне. Кажется, мой вопрос озадачил его: взгляд мужчины вмиг стал отстроенным, а лицо помрачневшем. Он медленно подошёл ко мне.
– Так долго не слышал о нём. – Сотрудник полиции мотнул головой. – Если хотите знать моё мнение, это самый страшный маньяк из всех ныне живущих. – Мужчина посмотрел на папку в моих руках, и я сильнее прижала её к груди, уже не брезгуя пыли и десяткам отпечатков, не заметных глазу. Но полицейский, смотря на бумаги, будто видел какие-то моменты своей жизни, и мне остаётся надеяться, что эти моменты были без крови.
– Почему Вы так считаете?
– Хотя бы потому, что другие самые страшные маньяки уже в могиле, а этот – ещё не факт. – Мужчина мотнул головой, и его густые, слегка седые брови свелись к переносице. От этих слов мне стало холодно. Уж не пытается ли он специально напугать меня? Характер полицейского напоминает доброго дедушку, резвящегося с доверчивым воображением внука, чтобы напугать каким-нибудь мистическим персонажем.
Я кивнула, искреннее не желая впадать в панику – это может сбить мой настрой. Но нельзя отрицать, что полицейский прав.
– Вы сильно удивитесь, если отроете «Дело номер 33», – сказал собеседник, лукаво улыбнувшись.
Мои пальцы озябли. Я молилась, чтобы Натали скорее вернулась. Мне даже начинает казаться, что я схожу с ума, когда углубляюсь в эту историю, но это чувствую не только я. Жертвами Эрета стали чуть ли не сотня человек, это большая трагедия, поэтому я должна держаться, чтобы дойти до цели, которую мы обсуждали с Давидом. От этой мысли я улыбнулась про себя.
Я нашла, откуда коллега вытаскивала первое «Дело» и ловким движением пальца перебрала журналы вплоть до «33». Вновь увидев во взгляде полицейского неизвестные для меня чувства памяти и тоски, я начала читать:
– 14.02.2015. Студент высшего учебного заведения «СИБЮИ» города Красноярск, Красноярский край подвергся нападению «Эрета Феджа» приблизительно в 16:14 во время прибывания на каникулах по добровольному желанию в «оздоровительно-спортивной группе», устраиваемой ежегодно под руководством Института («Лагерь») в курорте «Волны Енисея». Чудом выжил, вступив в диалог с маньяком. Отделался порезанной шеей, потерял сознание в больнице от недостатка крови в 1:03. Очнулся в 2:25 после оказания медицинской помощи в ближайшем медицинском учреждении.