Юлия Маслова – Случайно женат на ведьме (страница 25)

– Мадам Ренар покупала у вас что-нибудь, сэр? – Элиза мило улыбается.

– Насколько я помню, нет. – Мистер Мартин вставляет пробку в горлышко каждой банки и запечатывает ее воском.

– У нее не было никаких дамских жалоб? – Улыбка Элизы становится еще невиннее. – Может, она брала настойку для возобновления цикла?

Джейн восхищается тем, как кузина сохраняет совершенно бесстрастное выражение лица, расспрашивая аптекаря, заказывала ли мадам Ренар болотную мяту или какую-нибудь другую траву, которая может спровоцировать выкидыш.

Мистер Мартин хмурится:

– Определенно нет. Такое я вряд ли забыл бы.

Звенит колокольчик, и дверь магазина открывается, прерывая расспросы Элизы. Дамы отходят в сторону, позволяя мистеру Мартину обслужить новоприбывшего покупателя.

– Еще бутылочку «Черной капли»?[44] Но я давал вам ее всего несколько дней назад!

Джейн краем глаза замечает профиль покупательницы. Это привлекательная женщина с пепельно-светлыми волосами и поразительно темными бровями.

– Будьте любезны, сэр, – просит женщина сладким голосом.

Тут Джейн поворачивается и узнает миссис Твистлтон. На ней привычное черное шелковое платье под изумрудно-зеленой бархатной накидкой.

– Скажите своему хозяину, чтобы он был осторожен с этой настойкой, – грозит пальцем мистер Мартин. – В больших количествах это может быть вредно.

– Ни я, ни вы, сэр, не вправе указывать баронету. И если вы не можете выполнить заказ, я посоветую сэру Джону сделать его в другом месте. – Она вздергивает подбородок, глядя мистеру Мартину прямо в глаза.

Аптекарь несколько неловких мгновений удерживает ее взгляд, затем издает громкий вздох и возвращается в свою лабораторию.

Уголки полных губ миссис Твистлтон слегка приподнимаются.

– Еще я возьму розовой воды[45], – обращается она к миссис Мартин, едва взглянув на нее.

– Роза? – фыркает миссис Мартин. – Вы уверены, что не ландыш? Это любимый аромат леди Харкорт.

– Как наблюдательно с вашей стороны, – отвечает миссис Твистлтон. – Но розовую воду я беру для себя. Можете выписать ее на отдельный счет. Может, ландыш и нравится моей хозяйке, но я считаю его запах довольно старомодным и приторным. А вы?

По изгибу верхней губы миссис Мартин, которая оформляет заказ экономке, Джейн догадывается, что библиотекарша в курсе бурного прошлого миссис Твистлтон. Должно быть, им с мужем неприятно обслуживать такую женщину, которая теперь притворяется респектабельной. Собрав свои покупки и сложив их в корзину, миссис Твистлтон поворачивается к двери. Джейн бросается вперед, хватается за ручку и рывком открывает дверь перед носом экономки.

Миссис Твистлтон вздрагивает:

– Мисс Остен, я вас не заметила.

– Миссис Твистлтон. – Джейн вслед с экономкой выходит на улицу. – У вас найдется минутка? Я хотела спросить вас об ужасном происшествии на балу. Я пытаюсь установить личность убийцы.

Не замедляя шага, миссис Твистлтон натягивает на голову капюшон, отороченный лисьим мехом.

– Я должна спешить. Мне нужно успеть на дилижанс, идущий обратно в Дин. Кроме того, вы прекрасно знаете, кто убийца. Вы слышали мистера Крейвена. Это был один из бродяг, проникших на территорию поместья.

– Но вы видели какие-нибудь признаки их лагеря? Поисковая группа не обнаружила никаких следов того, что кто-то ночевал под открытым небом. – Джейн старается не отставать. – Я помню, он все отрицал, но как вы думаете, есть ли вероятность того, что сэр Джон узнал покойницу?

Миссис Твистлтон отшатывается, черты ее лица искажаются.

– Послушайте, мисс Остен! Никто из нас в Дин-хаусе не знал ту бедняжку. Я слышала, что вашего брата арестовали за кражу ее ожерелья, и вполне естественно, что вы захотите переложить вину на других, но это не дает вам права выдвигать ложные обвинения. Не смейте подвергать сомнению слова сэра Джона. Вы меня слышите? А теперь доброго вам дня, мне нужно успеть на дилижанс.

Экономка разворачивается и уходит, а Джейн остается стоять как вкопанная.

За спиной раздаются торопливые шаги, когда Элиза догоняет ее.

– Куда ты убежала? Мы же расспрашивали библиотекаршу.

Джейн не сводит глаз с закутанной в плащ фигуры миссис Твистлтон, удаляющейся по людной улице.

– Это экономка сэра Джона и его содержанка.

Глаза Элизы расширяются.

– Думаешь, она что-то знает?

– Конечно! Она зашипела на меня, как дикая кошка, когда я спросила, мог ли сэр Джон узнать мадам Ренар.

– Могла ли она приревновать к своему любовнику? Возможно, считала мадам Ренар соперницей?

– Не знаю… – Джейн не хочет казаться наивной, но миссис Мартин описала мадам Ренар как гордую молодую женщину, и это перекликается с ее собственным впечатлением о несчастной кружевнице. Как бы Джейн ни старалась, она не может представить, чтобы мадам Ренар отдалась сэру Джону. Возможно, вместо того чтобы флиртовать с ним, она стала свидетельницей какой-то неосторожности между ним и экономкой. Несмотря на протесты мистера Тоука, постоялый двор «Ангел» – удобное место для баронета, чтобы предаваться азартным играм, а также другим порокам. – Возможно, само ее появление в Дин-хаусе привело к смерти. Миссис Твистлтон могла запаниковать, решив, что мадам Ренар собирается раскрыть все карты перед новой хозяйкой. Леди Харкорт наверняка уволила бы ее, оставив и без покровителя, и без средств к существованию.

Накрашенные губы Элизы образуют идеальную букву «О».

– Ты считаешь, что экономка могла убить мадам Ренар?!

Джейн вздрагивает. Поездка в Бейзингсток оставила у нее ощущение, что ей нужно хорошенько помыться в горячей ванне.

– Не знаю. Я пытаюсь представить все возможные версии убийства мадам Ренар и сопоставить их с фактами, чтобы понять, какая подходит. Сэр Джон и миссис Твистлтон могли даже сделать это вместе. Возможно, мадам Ренар узнала об их отношениях и так отчаянно нуждалась в деньгах, что решилась на шантаж. Но они решили, что будет целесообразнее убрать ее с дороги.

– Боже мой, Джейн! – Элиза прижимает руку к горлу. – Судя по тому, как работает твой мозг, я рада, что меня не оказалось на месте преступления. Одному небу известно, какие из моих тайн ты бы раскопала, чтобы обвинить меня в отвратительных деяниях!

Джейн берет кузину под руку и наклоняется к Элизе так, что их лбы соприкасаются.

– И правильно. Я бы ничего не упустила из виду, графиня.

Глава двенадцатая

На Рождество мистер Остен ведет службу в церкви Святого Николая. Поднявшись на кафедру, он дышит на очки и протирает линзы носовым платком, а затем начинает читать из потрепанной книги ту же проповедь, которую произносит на Рождество последние десять лет. Никто не возражает. Нехватку оригинальности мистер Остен компенсирует краткостью. Небольшая группа ткачей, прядильщиков и батраков, собравшихся на богослужение в сырой и продуваемой сквозняками церкви, так же, как и Джейн, стремится вернуться к домашним очагам и насладиться редким выходным днем. Тем не менее Джейн чувствует себя несчастной из-за того, что они отмечают праздник, а Джорджи заключен в тюрьму за преступление, которого не совершал.

Чтобы успокоить совесть, она пыталась расшифровать квитанцию, которую нашла в библиотечной книге Зои Ренар, в надежде, что это поможет доказать невиновность брата. К сожалению, буквы настолько исказились и смазались, что Джейн не смогла разобрать ни начала, ни конца фразы. Она решила поделиться находкой с родными. Возможно, кто-то из них сможет это прочесть. В конце концов, они – эксперты в расшифровке ее неряшливых каракулей, когда она торопится записать историю, которая разворачивается в воображении.

Семья собирается в лучшей гостиной, пока Салли готовит рождественский пир. Джейн и миссис Остен надели свои лучшие светлые утренние платья с розовыми персидскими нижними юбками. Элиза выбрала пепельно-серое, всего на пару оттенков мрачнее их нарядов. Линия талии платьев кузины все ближе поднимается к ее бюсту. Джейн не знает, что и думать об этой новой моде, за исключением того, что укороченный корсет, который Элиза носит под платьями, выглядит намного удобнее, чем нижнее белье самой Джейн.

Первым делом в это утро Генри съездил в Уинчестер навестить Джорджа. Теперь он всеми силами пытается заверить семью, что Джордж по-прежнему в хорошем расположении духа и за ним прилежно ухаживают начальник тюрьмы и его жена. В интересах объективности Джейн ранее попросила Генри и Джеймса получить от Джека более конкретное алиби. У нее вызывает тревогу тот факт, что они до сих пор не предоставили убедительного ответа.

– Вы спрашивали Джека, где он был в ночь убийства мадам Ренар? – Джейн грызет ноготь на большом пальце.

Джеймс, сидящий рядом с Элизой на диване, чешет щеку.

– Он не может поручиться за Джорджи, так как уходил по делам.

Джейн никак не может заставить себя рассматривать друга детства как потенциального подозреваемого, но ее начинает слегка беспокоить, что даже под давлением Джек отвечает очень расплывчато.

– Я знаю это, но может ли кто-нибудь поручиться за него?

Салли, несущая к столу поднос с лимонными сорбетами, теряет равновесие. Ей удается поймать большинство стаканов, но два выскальзывают у нее из пальцев и разбиваются об пол. Миссис Остен бросается ей на помощь, чтобы Анна не успела дотянуться до осколков.

– Джейн, ты же не обвиняешь Джека Смита в том, что он имеет какое-то отношение к смерти мадам Ренар?! – изумленно спрашивает Джеймс.