Юлия Лялина – Магические изыскания Альмагии Эшлинг (страница 58)
– Если таково ваше желание, буду рада его исполнить, – склонила голову Альма.
– Для меня будет удовольствием получить весточку от вас. Равно как и проводить вас завтра.
– Ах, это вовсе ни к чему! Дилижанс отправляется рано утром…
– Тогда позвольте хотя бы предоставить вам экипаж, чтобы он довёз вас до конторы дилижансов.
– Благодарю вас, вы очень добры, – Альма вконец стушевалась от неожиданной разговорчивости барона и его ещё более неожиданной заботы.
Забота – не совсем то, что ждёшь от соперников. А барон Гардфлод был таковым. И явно – из-за стараний господина Толмироса по превращению друга в именитого мага. И тайно, причём втайне даже от самого барона, – из-за интриг Фатамора.
Фатамор при последней встрече упомянул, что выбирал себе ученика из нескольких людей, и прибавил с ухмылкой: «Забавно, как близки вы оказались с одним из кандидатов». Кого он мог иметь в виду, как не барона Гардфлода, обладавшего несомненным талантом к магии? И ставшего Альме близким…
Но это было лишь одно из открытий, обрушившихся на неё тогда. Не первое и не главное.
Глава XXVII,
в которой Эшлинги воссоединяются и знакомятся
Обратный путь кажется короче: всё в нём привычнее – и дорога, и цель.
Целью Альмы были «Тёмные Тисы».
…Точнее, сперва Грумблон, где, по уговору с четой Эшлингов, Альма собиралась пересесть из дилижанса в присланный родственниками экипаж, который отвезёт её домой.
Возможно, в последний раз.
Путь казался короче ещё и потому, что был подозрительно похож на бегство. Из ослепительного Денлена, от клуба магов «Абельвиро», от интриг, от совершённых – и готовых совершиться – ошибок. От Фатамора, пригревшегося на груди короля подобно ядовитой змее, в любой момент способной ужалить.
Но собиравшейся ли?..
Альма не знала, чего ждать от него – не-человека, притворявшегося человеком, скрывавшегося за разными именами, за разными масками.
Зато знала, чего он ждал от неё: что она к нему вернётся. Ведь она дала ему слово.
Опасно связывать себя обещанием с фатаморами. Но ещё опаснее прекословить им. Отталкивать протянутую руку, отвергать предложение помощи – всё равно что дразнить дикого зверя, проверяя на прочность свою удачу. Возможно, всё обойдётся. Возможно, настроение фатамора изменится так же стремительно, как меняется настроение младенца или безумца. И за приветливой улыбкой последует смертельное проклятие.
Ни одно из старых преданий не говорило о том, что фатаморам можно доверять. Ни одно из них не забывало сказать о том, что их нужно опасаться. Избегать всеми силами.
Она не сумела его избежать. Лишь сбежать от него. Ненадолго. С его ведома.
Впрочем, Фатамор пока никак Альме не навредил… Даже кое в чём помог – и с исцелениями, и с расследованиями.
Другое дело, что по его же милости она, не ведая о том, оказалась участницей устроенного им состязания. Одной из тех людей, чем-либо приглянувшихся господину придворному магу, среди которых он выбирал себе ученика. Преемника. Марионетку, которой он станет управлять, тайно возвратившись ко двору после своей «смерти».
И всё же стать ученицей придворного мага – Фатамора – значило приобщиться к истинной магии.
Да и если бы Альма не согласилась пойти к нему в ученицы, ей всё равно предстояло вернуться в Денлен: чета Эшлингов не переменила планов касаемо зимования в столице. Им предстояло оказаться в непосредственной близости от Фатамора и клуба магов. Впрочем, что если «Тёмные Тисы» были опаснее Денлена? После всего того, что Фатамор поведал о прорывающихся источниках магии, один из которых оказался совсем рядом…
Меж тем Джулс, в отличие от хозяйки, едва не подпрыгивала на сиденье дилижанса – не из-за кочек и колдобин, а из-за нетерпения. Наконец-то! Их путешествие, бессовестно затянувшееся втрое против намеченных пары недель, подходило к концу. А сама Джулс подъезжала к милым её сердцу «Тёмным Тисам». К Никсу. Как-то он там без неё? Уж не закрутил ли шашни с этой выскочкой, младшей кухаркой? Не сговорился ли с кем-нибудь ещё? А что если старшая госпожа Эшлинг опять надумала давать расчёт слугам и изгнала душечку Никса из «Тёмных Тисов», что если он поступил на службу в другое место? Нет, не может быть! Скорее бы вновь увидеть его, услышать его голос, звучащий по-привычному, по-грумблонски, а не с этим надменным денленским выговором, украдкой пожать руку и, быть может, позволить… Ах, да когда ж они, наконец, доедут?!
Как Альма и надеялась, в Грумблоне их поджидал экипаж семьи Эшлингов.
На что она не надеялась и к чему не была готова – что их поджидал не только экипаж. Кто этот господин, выпрыгнувший на мостовую и поспешивший им навстречу? Явно не капитан Эшлинг – дядюшка был выше ростом, шире в плечах, жёстче в движениях. Но тогда…
– Сестрица!.. – улыбка сияла на лице Джорри ярче, чем солнце на небе.
Альма не только услышала знакомый голос, но и вполне разглядела его обладателя. Однако до сих пор затруднялась поверить, что этот молодой господин – Джорри. Её сводный кузен, её ученик, редкостный негодник, милый мальчик…
Нет, уже не мальчик. Не шалопай Джорри, а глава своего рода Джорслей Свартур.
Они не виделись меньше двух месяцев – пусть порой и казалось, что разлука продлилась гораздо дольше. Когда он успел так возмужать?!
Возможно, его взрослило новое положение: он перестал быть младшим членом семьи и сделался старшим братом, что сопряжено с определёнными ответственностью и обязательствами. Возможно, свою лепту вносил и новый костюм – не мальчишеский, а мужской, с шейным платком, перчатками, тростью и шляпой-цилиндром.
– Как вам, а? – он заметил её внимание к своему наряду и крутанулся волчком, чтобы она оглядела его со всех сторон. – Матушка заказала мне обновы для путешествия в Денлен, но я решил надеть их сейчас. Что скажете, сестрица?
…А, нет, ещё не Джорслей (или не вполне Джорслей), ещё Джорри.
Альма не смогла удержаться от улыбки. Но тут же посерьёзнела, заметив кое-что:
– Погоди-ка, а где твой гувернёр? Ты не сбежал от него, надеюсь?
– Старина Охар получил расчёт, – проговорил Джорри с напускной небрежностью. – Я уже мужчина, мне не нужны никакие гувернёры.
Неужто пришла пора ему отправляться в университет?! Но госпожа Эшлинг намечала отъезд сына не ранее чем через год, а то и через два. Не могло же за время отсутствия Альмы столь многое измениться?
…Или могло?
– Ну а учителя? Они тебе нужны? – Альма не знала, чего испугалась больше: что обязанности обучения Джорри в отсутствие гувернёра Охара окажутся целиком возложены на неё – или что Джорри уедет прямо сейчас.
Хотя не она ли сама собиралась вскорости покинуть «Тёмные Тисы»? И свою семью. Возможно, навсегда.
– Да, матушка намеревается подыскать кого-нибудь в Денлене. Чтобы всё было по высшему разряду, – Джорри фыркнул, его подвижное лицо сложилось в смешную гримасу, выражавшую отношение главы рода Свартуров к образовательным перспективам. – Кстати, о Денлене: как вам столица? Расскажите во всех подробностях, сестрица!
Во всех подробностях…
Как Альма ни старалась контролировать себя, тихий вздох сорвался с её губ.
Веселье и любопытство в глазах Джорри померкли, сменились другим чувством:
– Сестрица?..
Усилием воли Альма вернула на лицо улыбку и постаралась ответить как можно бодрее:
– Ах, что-то я устала с дороги. Не возражаешь, если приберегу рассказ до возвращения в «Тёмные Тисы», чтобы изложить его сразу всем и не повторяться?
– Конечно, как вам будет угодно! Пройдёмте же в экипаж, – Джорри заторопился и галантно предложил Альме опереться о его руку.
Вновь не Джорри, а Джорслей. Цилиндр прибавлял ему росту, но юнец и без того заметно вытянулся за минувшее лето и начало осени. Как она только раньше не замечала?
Впрочем, она вообще многого не видела, даже если оно было прямо у неё перед глазами. Зато теперь…
Альма рассеянно сделала знак Джулс, и две путешественницы в сопровождении одного встречающего направились к экипажу.
Из путешествия не возвращаются точь-в-точь такими, какими уезжали. Из путешествия не возвращаются точь-в-точь туда, откуда уезжали. Быть может, перемены окажутся огромными; быть может, они окажутся не больше пылинки. Но так или иначе, что-то да изменится – и для тех, кто уезжал, и для тех, кто оставался.
Первой неожиданностью стал Джорри. А сколько ещё неожиданностей ждало Альму в «Тёмных Тисах»?
Как вскоре выяснилось, любопытство терзало не только Альму. Вернувшийся из путешествия становится объектом всеобщего внимания. Хочет он того или нет. Даже если путешествие было кратким и простым – к примеру, в соседний город, с целью проведать родственников. Если же оно было долгим и сложным, то парой-тройкой ответов не отделаешься.
Путешествие Альмы было не очень долгим – уж точно короче былых морских экспедиций капитана Эшлинга. Зато оно было из ряда вон выходящим. О некоторых выпавших на её долю приключениях и злоключениях домочадцы уже знали благодаря переписке – но конечно же, они хотели узнать больше. Особенно Джорри и его матушка.
Впрочем, госпоже Эшлинг и самой было что рассказать. И показать. Так что по возвращении в «Тёмные Тисы» Альма первым делом попросила о знакомстве с двумя новыми членами семьи, появившимися в её отсутствие, – младенцами Вейясом и Вейфой Эшлингами.
Час был поздний, потому полноценное знакомство пришлось отложить до утра. Однако госпожа Эшлинг всё же пригласила Альму в детскую и, ступая столь мягко, будто и впрямь была кошечкой в человеческом обличье, подвела к колыбели, увенчанной пышными белыми кружевами, как морские волны увенчаны барашками пены.