Юлия Ли – Птица с перебитыми крыльями (страница 4)

— Что ты делаешь?!

Максим вскинул руки, удивленно моргая.

— Охлаждаю твой тестерон.

Не дожидаясь ответной реакции, я бросила бутылку и побежала в сторону своего дома, чувствуя легкое удовлетворение от своего неправильного поступка.

Домой я вернулась в приподнятом настроении, несмотря на внутреннюю злость на Морозова. Приняв ванную, я взяла наушники и включила на полную музыку, стараясь заглушить надоедливые мысли в голове. В сон я провалилась под кричащий металл в наушниках.

Глава 2. Две стороны одной пощечины.

Я шагнула в прохладный холл школы. Второй день — все еще непривычно, все еще некомфортно. Едва я успела снять куртку, как услышала знакомый голос с легкой хрипотцой.

— Привет, — Глеб посмотрел на мои ноги. – В нашей школе действует одно из самых глупых правил. С марта по май учащиеся обязаны носить с собой сменку. Без нее директриса приказала никого не пускать. На этой неделе я за этим слежу.

Я удивленно приподняла бровь:

— Но вчера меня никто не остановил.

Глеб усмехнулся, чуть склонив голову:

— Забыла? Я прогулял вчера утренние занятия, поэтому вход никто не контролировал — признался он с легкой прямотой.

Я растерянно посмотрела на свою обувь, а потом на Глеба.

— Не парься, можешь проходить так, — он заговорщески улыбнулся. — Постарайся больше не забывать. Здесь не все такие добрые.

— Спасибо! — на моем лице появилась благодарная улыбка.

Улыбаясь, Глеб хотел было что-то сказать, но на горизонте появилась Миронова со своей свитой. Следом шел Максим с друзьями.

— Леонов, — обратилась она к Глебу. – Будь осторожен, общаясь с этой. Возможен риск бешенства.

— Что ты сказала?! – я бросилась в сторону брюнетки, но Глеб с силой сжал мою руку, останавливая меня.

Максим быстро оказался между мной и Мироновой. Скользнув по мне взглядом, он развернулся к Арине.

— Идем, — скомандовал он, схватив брюнетку за плечо.

— Макс, но я же только начала…— Миронова растеряно посмотрела на парня, а после на меня.

— Я сказал, идем. Нам не нужна драка с утра пораньше.

Бросив озлобленный взгляд в мою сторону, Арина поддалась вперед и зашагала вслед за Максимом, явно не довольная его решением. Вся их компания послушно последовала за ними.

— Зачем ты меня остановил? — наконец я одернула свою руку. – Все ее волосы вырвала бы…

— Аля, Максим прав, нам не нужна сейчас сцена.

— Научил бы он свою подружку манерам, тогда никаких бы сцен не было.

— Если бы Миронова была его подружкой, возможно, манеры ее были бы на высшем уровне, — Глеб пожал плечами. – А так, пока это только в ее мечтах. Может поэтому, она срывается на всех, кого видит.

Я опустила глаза, обдумывая сказанное. Да уж, Миронова с Морозовым была бы идеальная пара.

— Кстати, у нас на большой перемене сходка. Мы будем играть в волейбол. Придешь за меня поболеть?

Я растерянно посмотрела на Глеба. Моя нелюбовь к спортивным играм была на максималках, но взгляд Глеба заставил меня улыбнуться и кивнуть:

— Конечно.

Как и обещала, после третьего урока, я направилась в сторону спортивного зала. Устроившись на скамейке у стены, я достала маленький блокнотик и карандаш. Решив запечатлеть свои мысли, я уткнулась в листок. Игра шла своим чередом. Мяч со свистом перелетал через сетку, парни азартно спорили о счете, а я, уткнувшись в экран, лишь изредка поднимала голову. В какой-то момент я так увлеклась чтением, что не заметила, как игра переместилась ближе к краю площадки.

Внезапно раздался глухой удар. Пущенный мяч, срикошетил от чьей-то ладони и на полной скорости угодил мне прямо в затылок. Блокнот выскользнул из рук и упал на пол.

— Птица, живая?

Я резко вскочила, прижимая руку к голове, и столкнулась взглядом с Максимом. Ну конечно, опять Морозов. Я хотела уже начать высказывать все, что думаю о нем, но слова застряли в горле. Максим стоял по ту сторону сетки и обеспокоенно смотрел на меня. В его глазах не было ни насмешки, ни ехидства — только искреннее раскаяние и испуг. Он уже сделал шаг вперед, явно собираясь извиниться, но замер.

Глеб, перепрыгнув ограждение, первым подбежал ко мне:

— Аль, ты как? Сильно больно? Дай посмотрю!

Но я даже не услышала его. Я смотрела только на Максима, на его побледневшее лицо. Мир вокруг словно замедлился: крики друзей, стук мяча — все стихло. Какое-то время мы глядели друг другу в глаза.

— Аля? – Глеб коснулся моего плеча и я, очнувшись, замотала головой.

— Все нормально, — я подняла блокнотик и растерянно посмотрела на Леонова. – Если ты не против, я пойду в класс. Думаю, с меня на сегодня достаточно волейбола.

— Тебя проводить? — в его черных глазах играло неподдельное волнение.

— Нет, все, действительно, нормально.

Я быстро вышла из зала. Удар был слишком сильным, или я действительно разглядела сожаление в глазах Максима?

Через полчаса прозвенел звонок и в класс стали лениво подтягиваться одноклассники. Каждый разговаривал о чем-то своем, изредка бросая на меня взгляды. Заводить дружбу у меня не было желания, поэтому я была рада косым взглядам в мою сторону.

— Как ты себя чувствуешь?

Глеб склонился над моей партой, приблизив свое лицо ко мне. Я почувствовала едва уловимый запах его крепкого парфюма и тепло дыхания. Мне стало не по себе от такой близости, по спине пробежал холодок. Стараясь скрыть смущение, я натянуто улыбнулась и ответила ровным голосом:

— Нормально, — я слегка отодвинула стул назад, увеличивая дистанцию между собой и Глебом.

Мимо нас медленно прошел Морозов. Поравнявшись с Глебом, Максим небрежно толкнул его плечом и с усмешкой бросил:

— Леонов, ты че прилип к парте?

Глеб резко выпрямился. Не говоря ни слова, он схватил Максима за рукав, сжав ткань так сильно, что костяшки пальцев побелели. В классе мгновенно повисло напряжение — казалось, даже воздух стал густым и тяжелым. Парни замерли друг напротив друга. Я вскочила с места, собираясь вмешаться, но не успела. В этот момент дверь класса распахнулась. На пороге появился учитель — его строгий взгляд мгновенно оценил ситуацию. В повисшей тишине его голос звучал громко и строго:

— Что здесь происходит?

Максим оттолкнул Леонов и, окинув его холодным взглядом, опустился за парту.

— Глеб, — прошептала умоляюще я.

Мой голов вывел Леонова из ступора, он сел за парту. Я следом опустилась на свое место, будто бы между двумя раскаленными снарядами.

Звонок, возвещающий об окончании урока, прозвенел неожиданно громко. В классе тут же поднялся привычный гул: кто-то спешно собирал тетради в рюкзак, кто-то уже обсуждал планы на перемену, а кто-то просто с облегчением откидывался на спинку стула, чувствуя, как уходит усталость. В этот момент дверь приоткрылась, и в проеме показалась знакомая фигура классной руководительницы. Она обвела класс внимательным взглядом и, дождавшись полной тишины, улыбнулась.

— Ребята, у меня для вас новость, — ее голос прозвучал мягко, но отчетливо. — Ваш класс с параллельным, отправляется на экскурсию. Так как в пятницу первый день весны и будет выходной, на экскурсию мы отправимся в четверг. Подробности я расскажу чуть позже, а пока — готовьтесь. Будет интересно.

Дверь за ней закрылась, но новость уже повисла в воздухе.

— Чувствую, будет весело, — произнес Глеб, изогнув бровь в ухмылке.

— Это уж точно, — я слабо улыбнулась.

Остаток учебного дня прошел на удивление спокойно. Глеб не отходил от меня ни на шаг, словно взяв негласное шефство. Мы болтали обо всем и ни о чем: он рассказывал смешные истории из своей жизни, я делилась впечатлениями о новой школе. Максим, который еще утром сверлил меня взглядом, больше не подходил, и его отсутствие ощущалось как странное затишье перед бурей.

Когда мы вышли на крыльцо школы, где уже толпились расходящиеся ученики, Глеб остановился.

— Ну что, я провожу тебя до дома? — предложил Глеб, закидывая рюкзак на плечо.

Я покачала головой:

— Спасибо, но не стоит. Меня всегда забирает отец.

Не успела я договорить, как к школьным воротам плавно подъехал черный внедорожник. Окно опустилось, и я увидела строгое лицо отца.