Юлия Климова – Белые камни и круги на воде (страница 3)

3

БЛАГИМИ НАМЕРЕНИЯМИ…

Светлана Петровна опять поцапалась с зятем. Что ж такое, дочь дома крутится как заводная, а он… Хоть бы с детьми погулял. Телефонный разговор был неприятным, но коротким. Костя ответил коротко: «Мама, когда мне понадобится ваш совет, я скажу» – и отключился.

Тёща полдня дулась. Вечером, когда привела из спортивной секции старшего внука, ещё и дочь добавила:

– Мамочка, не надо Костю учить. Он не маленький.

– Дочь, но я же хочу как лучше! Тебя жалко. Да и я с ног сбилась. С детьми вожусь, даже на выходные забираю. А он придёт – и на диван. Устал. А ты не устала?

– Устала. Но… не надо. Мы сами разберёмся.

– Что ж, разбирайтесь. А я пока в Казань к подруге съезжу. Поживите без меня недельку.

В поезде Светлана Петровна радовалась свободе. Но и тревожилась: как там Никитка в садике останется на весь день, как Славик сходит один на самбо? И злилась: помогаешь-помогаешь детям – и никакой благодарности.

Задумчивость развеяла соседка по купе. С виду примерно ровесница, она была какой-то нестандартной. Не было у неё ни вдовьего горбика, как у Светланы Петровны, ни горсти таблеток от гипертонии. Смотрела она открыто, губы то и дело складывались в улыбку. И ехала-то она на семинар по какой-то гимнастике.

Светлане Петровне хотелось пожаловаться, и она завела разговор про привычное. Спросила, есть ли у попутчицы дети-внуки, помогает ли она им. Та ответила, что есть – две дочери и четверо внуков. Но почти не помогает: некогда.

– Чем же вы заняты на пенсии? – удивилась Светлана Петровна.

– Делаю то, что радует. Практикую йогу, читаю, хожу в театры. Да просто гуляю.

– А как же дочки-то без вас?

– Справляются. Делают свои ошибки. Да я выручаю, когда им приспичит, – улыбнулась соседка. – А ещё, знаете, мне нравится чья-то фраза: «Не одна мать заела жизнь своей дочери…»

Эта фраза колом засела в голове Светланы Петровны. Ночью ей не спалось. Вспомнила свою мать.

Маму Светлана очень любила и слушалась. Да и как было не слушать умную и властную женщину? Она же добра желала, растила хорошей девочкой. Женихи Светланы ей не нравились: у всех находила неоспоримые изъяны. Только к 26 годам Светлана настояла на своём и вышла замуж за «недотёпу» Вадима.

Брака хватило на восемь лет. Мама всегда была рядом: помогла купить квартиру, наводила в ней уют. Покупала на свой вкус шторы, готовила обеды, прибиралась, возилась с внучкой. Зятя мама старалась «улучшить» советами. Но он только усмехался.

Наконец Вадиму надоело постоянное присутствие тёщи, он стал часто пропадать на работе. Вскоре выяснилось, что эту работу зовут Аня, что она неряха и хамка. Обнаружила этот факт мама, сходившая на разборки. После этого муж ушёл к «неряхе» насовсем. Мама с готовностью заменила внучке отца.

Спустя три года Светлана встретила Илью. Невысокий, лысоватый брюнет пленил остроумием и оптимизмом. Любую неприятность обыгрывал так, что они вместе хохотали. И в Светлане он видел только хорошее, и с дочкой подружился.

Мама приходила, морщилась. Называла Илью клоуном и сетовала, что зарабатывает мало. Но молодые люди сошлись и были счастливы.

Но тут мама заболела. Ходила по врачам. Жаловалась, что не лечат. Затворилась дома, мало двигалась. Ослабела, слегла. Светлана бегала к ней каждый день, иногда оставалась на ночь. Требовался уход, но сиделку мама категорически отвергла.

Через два года жизни на два дома Светлана опять осталась одна. Илья не выдержал и ушёл, а Светлана рухнула в депрессию.

Прошло ещё девять лет. Мама умерла. В жизни образовалась жуткая пустота, которая заполнилась лишь замужеством дочери и рождением внуков. Наконец-то можно было посвятить себя семье…

Стучали колёса ночного поезда. Светлана Петровна тихо плакала. Всю жизнь жалела маму, а теперь стало жалко себя. Явилась новая, пугающая мысль: как бы сложилась жизнь, не будь рядом желающей добра мамы? «А ведь на самом деле она просто боялась одиночества и хотела привязать меня к себе».

К утру Светлана Петровна ещё не знала, как будет жить дальше. Но твёрдо решила, что по-другому.

4

Оказавшись в командировке в небольшом городке, Василий каждый день заходил в церковь. Подолгу стоя перед иконой «Суд Божий», размышлял, почему человек, совершивший при жизни много добрых дел, судим Богом.

Представлял себя на его месте: совершая добрые поступки, помогая близким и знакомым, творя благо, не думал, что причиняет им зло.

Василий вспоминал бабку Веру. Он и его брат называли её «злая карга Верка». Ох, и гоняла же их в детстве бабка, за малейшую провинность нещадно лупила, ставила в угол, заставляла трудиться, помогать по дому, просить прощения у девчонок и мальчишек, с которыми братья дрались.

Злая карга поступала справедливо: хвалила за помощь, объясняла, как правильно поступить. По прошествии многих лет, вырастив дочерей, мужчина понял правоту и мудрость бабки.

Уж она-то знала, где проходит граница добра и зла, пусть невидимая, но чётко ощущаемая сердцем и душой.

Бабка часто приговаривала: «Не бросайся на помощь, когда не просят. Когда просят, думай: семь раз отмерь – один отрежь». Ему бы с детства это усвоить, а понял только сейчас.

Никто не заставлял Василия помогать другу детства Витьке, осуждённому за хулиганство: спас его от тюрьмы, хотя он всё равно пошёл по кривой дорожке. Осудили Витьку за вооружённый разбой с отягчающими обстоятельствами. И дружок осудил Василия, сказал: «Если бы Васька не помогал, ничего не случилось бы».

Да и дочки, избалованные, капризные, желали получить всё сразу, работать не стремились. Вовремя опомнился, прекратил спонсировать их. Недовольны остались, ворчали: не помогает им. Может, потом поймут и скажут спасибо. Поздно бабку Веру вспомнил.

Тонкая и хрупкая вещь – добро, считаемое благом. Копни глубже – поразишься, сколько зла подчас приносит оно.

А явное зло, творимое людьми, не зря существует. И бабка говорила: «Не всегда зло – грех, иногда бывает во благо. Людям стоит самим понять ошибки. Обошлись с тобой зло – подумай почему. Напрасно ничего не случается. Ты был тоже где-то неправ».

Василий смотрел на икону, в глазах защипало от слёз. Вспоминал бабку и думал: «Нет границы между добром и злом. Есть сердце и душа, которые всегда выведут на правильный путь. Только надо научиться их слушать и понимать».

А душа бабки Веры смотрела на внука и думала: «Прозревает, внучок, начинает понимать связь между добром и злом».

5

Морской бриз нежно ласкал кожу. Туман, пеленавший вершину утёса, двигался лёгкой дымкой. Я стоял у самого края обрыва, наслаждаясь видом, который с каждым днём становился привычнее, но не переставал пленять красотой. Внизу раскинулась бескрайняя, наполненная пронзительной синевой вода. Стало быть, она и есть предельная грань – граница между землёй и горизонтом. Эта ассоциация проникла в моё сознание, когда я задался вопросом: где заканчивается добро и начинается зло? Что ищет каждый из нас в этом мире? Зачем мы встаём утром, смотрим в зеркало, углублённо вздыхаем и бросаемся в бесконечный поток событий?

Я повернулся и пошёл по тропе обратно к домику, чтобы начать писать новый рассказ. Моё перо было готово окунуться в океан белого листа бумаги и создать историю, в которой люди вновь пытались бы определить границу между добром и злом. Придуманные люди… Смогут ли они помочь моим читателям в этом поиске?

В моей новой книге я решил рассказать историю о двух героях, которые оказались на разных сторонах баррикад. Первым был Александр, юный оратор и защитник справедливости, работающий в организации, которая боролась за права малоимущих. Вторым – Николай, жестокий бизнесмен и манипулятор, который лишь следовал принципам «назойливости зла».

Александр в душе всегда был активистом и верил в те ценности, которые отстаивал. Он проводил акции, выступал с публичными речами и отдавал всё своё время и энергию борьбе за справедливость. Николай же управлял бизнесом семьи и разбрасывался взаимоотношениями, чувствуя себя затерянным во вселенной вечного соперничества.

Однажды судьба им приготовила встречу на митинге, где Александр выступал в качестве оратора. Выждав подходящий момент, Николай подошёл к нему и спокойно предложил сделку. «Что, если мы поменяемся местами? Я стану защитником слабых, а ты возьмёшься за дела в моём бизнесе. Покажем миру, что веры в добро и зло нет!»

Александр нахмурился. В его мире были ясные границы, и он не был готов их размывать.

«Ты хочешь просто перенести свою злобу на другую площадку, вместо того чтобы признать себя сам знаешь кем», – сказал он, отвергая предложение Николая.

Николай на удивление не рассердился в ответ на открытую критику. Он лишь улыбнулся и сказал: «Ты молодец, Александр. Ты верен своим принципам, и это очень важно. Но, пока ты будешь стоять здесь и убеждать людей в ценностях, они не услышат важного послания. Посмотри вокруг – всё это амбивалентный шум. В этом мире есть место и тому, и другому».

Александр задумался. Разве может быть место одновременно и добру, и злу? Неужели этой грани, о которой мы так много говорим, не существует? Может быть, ответ на вопрос о границе между добром и злом кроется в самом нашем восприятии? Возможно, эта граница – всего лишь отражение наших собственных представлений о мире.