Юлия Картман – Ловец из ноосферы (страница 2)
– Всё это замечательно, но мы только что видели м-мертвеца, а с утра на учёбу надо, – пробурчал Амир. – А ты сумасшедший, если тебе сейчас весело.
– Не буду спорить, приятель, – ответил я. Мне было не весело, старушку, конечно же, было жалко, но изменить я уже ничего не мог, а хотя бы Амира всё-таки остановил. А тот убийца… Если я его встречу, то непременно узнаю по мысленному следу, который он оставил. Я пойму, что это он. Пусть хоть сто раз переоденется и сменит внешность. Рано или поздно этот след обязательно приведёт к нему. А тогда…как же этому уроду не поздоровится! Плевать даже, что он мог не оставить улик. Это проблема полиции. Главный след для меня – его последняя мысль, была очень яркой, а я так удачно оказался рядом, чтобы успеть её поймать.
Потому что Ноосфера знает мысли каждого из вас. А значит, их знаю и я. Потому что я –
Пара слов о самозанятости
Я давно бросил привычку рано вставать по утрам. Когда перешёл на заочное обучение и когда стал по ночам бегать по городу и ловить чужие идеи в ноосфере. Но сегодня надо было съездить в университет на там консультацию перед сложным экзаменом.
Так что я встал по первому сигналу будильника. Судя по тишине в нашем крыле общежития, Амир всё еще спал, ну ему можно: всё равно он учился на переводчика. Ничего важного не пропустил бы, не явись он на свои консультации. Ладно, шутка тупая, признаю.
Но пока я собирался, вспомнил, что была проблемка: мои конспекты лекций взял себе переписать однокурсник Джонатан. После этого я его не видел в универе как минимум полгода. А без конспектов на консультацию не было смысла даже соваться. В общем, нужно было сначала ехать к нему, а жил он далеко, в съёмной квартире в центре Ивсити.
У Джонатана явно никаких проблем не было. Он всё ещё дрых, когда я позвонил в дверь, потому что долго не слышал звонка и долго шёл открывать, и вдобавок широко зевнул вместо
– Красиво живёшь, Джонни, – отметил я.
Он только рукой махнул в ответ. И, как был, в одних труселях, плюхнулся на диван, уткнувшись в телефон.
– Опять нет сообщений! Да что за… Что-то никак не могу нормальную работу найти, – пожаловался он. – А ты так и учишься на юрфаке?
– Перешёл на заочное. Но вообще да, планирую доучиться и получить степень бакалавра. Мне это в работе потом пригодится.
– Да? – оживился Джонатан. – А кем ты работать планируешь?
– Да я так… самозанятый, – уклончиво ответил я. Не говорить же, что я занимаюсь ловлей чужих идей из Ноосферы и разборками между авторами этих идей. Тем более, бесплатно. Это не очень вписывается в понятие «нормальная работа». Но юридические знания мне иногда очень нужны, так что я твёрдо решил закончить учёбу в университете.
– А я вот отчислился. Точнее, меня отчислили за прогулы. Где-то полгода назад, – вяло сообщил Джонатан. – Так что я пока в поисках.
– Ммм. Ясно. Ну ты смотри, если ты не найдёшь, то тебя сама может найти такая работа, что захочется лучше вернуться в универ.
– Никогда! – на лице Джонатана появился лёгкий испуг.
– Да ладно, не бойся. Давай мне мои конспекты по административному праву, завтра экзамен.
Джонатан неохотно начал поиски моих тетрадей среди завалов всякого хлама. Чтобы не любоваться его задницей в трусах-семейниках, я стал смотреть в окно с открытого балкона в комнате.
– А у тебя неплохой райончик, – сказал я. – Вид на набережную. Красиво.
– Ага, только счета за коммуналку приходят такие, что хочется удавиться.
– Ну, сам такую захотел.
– Просто жить в общаге с тараканами на отшибе и полтора часа в день тратить на дорогу в универ и обратно… Лучше пристрелите меня!
Не успел я озвучить эту мысль или сменить тему, как в квартиру вломился ещё один наш общий однокурсник, Уинстон. Он притащил пакет с четырьмя большими пиццами и несколько банок колы. Так вот откуда тут бралось это пиршество.
– О, привет, Глеб! Давно тебя не видно было, – заметил он. – Я взял пепперони, королевскую с креветками и четыре сыра, не смог выбрать одну, они все вкуснющие! А, ещё вот с курицей, грибами и грушей на пробу.
Джонатан не выказал никаких эмоций, он продолжал искать конспекты.
– Как под землю провалились, – чертыхался он себе под нос.
– Ты их не выкинул случайно? – спросил я.
– Он вообще мусор не выносит, ты о чём! – хмыкнул Уинстон, раскладывая на столике пиццу и расставляя колу. Из огромного пакета он достал и одноразовые стаканчики. Посуду тут тоже вряд ли мыли, так что это логично. При взгляде на пиццу у меня, конечно, слюнки потекли. Я мужественно отвернулся и продолжил смотреть на улицу с балкона.
–А мне завтра сдавать административное право, так что пора сваливать, – сказал я.
– Да посиди ещё! – почти хором возразили парни.
Я начал говорить про консультацию, как в этот же момент в квартиру ещё кто-то позвонил.
–Да у вас тут народу больше, чем у нас в общаге, – сказал я с сожалением. Мне очень захотелось зависнуть тут с парнями за пиццей с колой, а не бежать на консультацию, а потом домой и всю ночь готовиться к экзамену.
Зашла девчонка. Я прекрасно знал её. Это была Арина, и кроме того, что она очень бойкая и тоже училась на юрфаке и была там старостой, я ничего о ней больше не знал.
–Эй, Андреев! – сразу обратила она внимание на меня. – Завтра экзамен, какого хрена ты ещё не сидишь за билетами? Хочешь второй раз экзамен завалить?
–Ариш, тут пицца королевская и эта… пепперони… – заблеял Джонатан, но она его игнорировала и сверлила меня «учительским взглядом». У неё экзамен, разумеется, уже был сдан «автоматом» на высший балл.
– А тебе-то что? Отстань и дай мужикам поболтать, – ответил я.
– Ты слишком грубый. У тебя никогда девушки не будет, – мудро заметила она и заняла середину дивана. – А почему это ты прогуливаешь занятия? Заочное – это не значит вообще не ходить на учёбу.
– Я в курсе, но я слишком занят: по ночам спасаю мир, а днём отсыпаюсь.
– Уважуха, бро! – заржал Джонатан. – Городу нужен свой герой.
– Вали-ка ты домой и учи билеты, – не отставала от меня Арина, опять игнорируя его. Да что такое?! – Иначе будешь таким же лодырем, как он, – и кивнула в сторону Джонни. Тот опять засмеялся, Уинстон улыбнулся, а я подумал, что Арина, как назло, была права. Хоть и слишком много пилила посторонних людей. Ну, и ещё она была старостой, хоть и на очном отделении, но и заочникам вроде меня не стоило с ней ссориться.
– Если ты найдёшь мои конспекты, я уйду быстрее, – только и ответил я. – А ты, Уинстон, как вообще поживаешь?
Этот скромный добряк нравился мне гораздо больше, чем остальные участники этой дружеской троицы.
– Нормально. Сдал сессию, теперь подрабатываю организатором мероприятий. Праздники, конференции.
– Настоящий умничка – «сын маминой подруги».
– Да, точно!
– И ничего смешного! – тут же вмешалась Арина. – Брали бы вы все с него пример!
– Ладно, мам.
– Нашёл! Только я тут кофе пролил на них… – Джонатан вернул мне тетради, потрёпанные бурной жизнью.
– А я тебя предупреждала, не давать ему, – тут же влезла Арина.
– Ну, теперь я понял, почему. Ладно, всем пока!
– Давай провожу, – вызвался Уинстон. Он ещё захотел докупить что-то в магазине, так как на Арину они не рассчитывали. Четыре пиццы на двоих сильно!
– А тебя реально очень редко стало видно, – сказал он, пока мы шли по улице. – Я забыл, ты сейчас чем, помимо учёбы, занимаешься?
– Да у меня всё отлично, ищу себя в разных интересных делах. Иногда подрабатываю аниматором, только сейчас лето начнётся, заказов будет мало.
– Здорово! Я буду знать и подкину, если будет возможность.
– Спасибо! Как-нибудь обязательно ещё надо собраться вместе, когда времени будет больше.
– Скоро все так будем говорить. Взрослая жизнь началась.
– Ага.
По дороге я вертел головой, разглядывая всё подряд. Редко приходилось бывать в этом районе центра. На огромном биллборде была реклама какой-то… книги? Необычно. Кто-то ещё читает книги? Причем реклама выглядела как какой-нибудь пафосный концерт известной поп- певицы: фотка лучезарно улыбающейся авторши книги, довольно яркой девушки, и огромная переливающаяся подсветкой надпись:
– С каких пор у книжек такая крутая реклама? – вырвалось у меня вслух.
– Не знаю, но, наверное, эта Селин очень богатая. На актрису похожа. Джонатана надо на ней женить, чтобы перестал ныть, что он нищий, – сказал Уинстон со смешком.
– А давно он, кстати, работу ищет?
– Полгода, как отчислился.
– Ничего себе! Что ж, ему ничего не нравится?