Юлия Картман – Ловец из ноосферы (страница 10)
Анна опять всхлипнула и отвернулась. Я решил оставить её побыть наедине с собой и подошёл к полицейским.
– Девушка твоя, как я смотрю, убита горем. А, казалось бы, покойница – всего лишь её соседка, – заметил Михалыч, поглаживая подбородок в задумчивости.
– И что? Они дружные соседи. Все друг друга знают, ходят в гости, поддерживают.
– Да-да, она нам это тоже говорила. Да и с другими мы уже пообщались. Похожи на действительно дружную семейку, хм-хм. Сложно будет до чего-то докопаться.
– Все они могут дружно прикрывать друг друга! – с важным видом ввернул секретарь, продолжавший строчить в своём блокноте даже здесь, на похоронах. Я уже подозревал, что он писал там не что-то новое по делу, а просто свои гениальные мысли типа вот этой.
– А чего ты девчушку-то свою бросил? Ей грустно, а ты тут с нами прохлаждаешься. Нехорошо, – ухмыльнулся Михалыч.
– Перенервничал, – буркнул я. И вернулся снова к Анне. Она разговаривала с устало выглядевшей женщиной лет тридцати с небольшим.
– Знакомьтесь: Глеб, София, – представила она нас друг другу.
– Это моя бабушка, – кивнула женщина в сторону гроба.
– Как вы? Держитесь? Соболезную вашей утрате.
– Да, спасибо. У неё была хорошая семья. И хорошие соседи, – широко улыбнулась София Анне и отошла от нас к столу с закусками. Она взяла там бокал шампанского и залпом выпила его.
– Тупая стерва, – прошептала Анна, с неприязнью глядя на женщину. Я прыснул в кулак. Это было очень неожиданно. – Она только и ждала наследства.
– Откуда ты это знаешь? – внезапно перешёл я на «ты». Ну, после таких откровений как-то сразу само вырвалось. Анна как будто ничего не заметила, или ей было всё равно.
– Миссис Абигайл сама это рассказывала. И показывала её сообщения, про наследство. Эта внучка не поздравляла её с днём рождения, не вспоминала и не приезжала. Единственное, что она помнит, так это то, что бабушка не отдала ей в подарок свою квартиру, когда у неё родился сын, не уехала в дом престарелых, а вместо этого предпочла сама жить в своей же квартире.
У Анны снова навернулись слёзы, и она вслед за Софией тоже поспешила к столу за своим бокалом. Я последовал за ней. Продолжая потихоньку наблюдать за гостями, я не ощущал присутствия убийцы. Копы зря сюда пришли. А может, мой дар ослаб, ведь уже пару дней он не проявлялся. И я скучал по нему. Два дня – может, и не самое длинное время, за которое я ни разу не почувствовал дар. Стоило заболеть, испытывать постоянные нервные потрясения или просто заиметь плохое настроение, и у меня пропадало состояние, нужное для связи с ноосферой. И в такие периоды потери своего дара мне становилось очень не по себе. Вдруг он пропадёт однажды навсегда?…
– Приветствую, джентльмены. Простите за задержку, – появился рядом с полицейскими очень знакомый тип в шляпе и чёрном пальто.
– Ты! – прошипел я. Не задаваясь вопросом, как я расслышал, о чём говорят в нескольких метрах от меня, я снова зашагал к копам. Рядом с ними стоял Корней, этот отвратительный прилипала.
– Ты собрался постоянно меня преследовать? – тихо, но угрожающе (надеюсь) произнёс я.
– Не понимаю, о чём ты. Вообще-то, я пришёл почтить память почившей и встретиться с коллегами, – нахально ухмыльнулся подлец.
– Коллегами?
– Да, мы сотрудничаем по известному тебе делу. И прошу не мешаться под ногами, – Корней отвернулся и заговорил с Михалычем. Значит, у этой его секты есть прямая связь с полицией. Чем они друг другу полезны? Ну, полиция понятно, всегда может быть нужна. Но чем полиции полезна секта? Может, и правда, они как-то помогали искать преступника? А значит, они могли знать больше, чем я, а всё, что знал я, так это мысли убийцы: «Не успеваю… Тогда хотя бы шею сверну». И его ауру, которую я мог ощутить в его присутствии, но это было бесполезно, когда его не было рядом. Ощущая себя ни на что не годным в поимке убийцы прямо сейчас, я решил быть полезным хоть кому-то и снова подошёл к Анне. Она была уже в том состоянии, в которое девушки быстро приходят, выпив пару бокалов шампанского. Глаза блестели, и появилась непривычная разговорчивость.
– А знаешь что? – сразу же заговорила она с этим лихорадочным блеском в глазах, как только я подошёл. – Я до сих пор ведь так и не попрощалась с ней сама. Мне было страшно.
– Ты имеешь в виду, – я кивнул в сторону, где располагался гроб, уставленный вазами с цветами так, что его было почти не видно. – Ты не подходила туда?
– Нет, – нервно хихикнула Анна, как будто раскрывала страшный секрет. – Я же знала её так хорошо, и она до сих пор живая для меня… А если я увижу, какая она сейчас, я не знаю… Мне не хочется верить, что это правда. Но я думаю, глупость, конечно. Но мне кажется, она бы обиделась, что я не подошла… Но мне ужасно не хочется!
– Ты права. Она точно обидится. Точнее, расстроится, если вы реально были так близки, как ты рассказывала. Она же поддерживала тебя. Поддержи и ты её в последний раз, – сказал я, и, не обращая внимания на вытаращенные глаза Анны от того, что я говорил об умершей в настоящем времени, взял её за руку: – Давай вместе подойдём. Я же тоже так и не подходил туда. Вместе будет не так страшно.
Мне и не было страшно. Скорее, я просто не хотел. Но Анне нужно было подойти. Так что мы неловко побрели, разняв при этом руки, в сторону гроба. Там так сильно пахло цветами! А старушка казалась не такой старой, как я её запомнил. Черты лица разгладились, как будто она нашла успокоение. Так и был на самом деле. Но даже следов преступления на теле не был видно. Шея была в нормальном состоянии, как будто старая леди просто спала. Ничто не указывало на то, что ей сломали шею, и предсмертного ужаса на лице старушки не было. Как так?
– Моя работа, – гордо сказала девушка с другой стороны гроба. Я поднял на неё взгляд. Она протягивала свою визитку Корнею, который тоже внезапно появился здесь. – Я танатопрактик. Гримирую усопших. Между прочим, заняла первое место в стране на соревнованиях в этом году!
– Благодарю, – слегка поклонился Корней и спрятал визитку в карман пальто. – Наслышан о вас. Никогда не знаешь, какие специалисты пригодятся.
– Ха-ха, это точно! А моя работа рано или поздно пригождается всем, – усмехнулась девушка, продолжая светский разговор с бесячим удовольствием.
– Пойдём отсюда, – прорычала Анна и метнулась прочь. Я догнал её около туалета, куда она побежала рыдать.
– Стой! – пропыхтел я. – Ты чего?
– Это невозможно! Миссис Абигайл умерла, а они… Веселятся, визитками обмениваются прямо над гробом! Всем этим людям плевать на неё. Кто они вообще? Я знаю только соседей, остальные – непонятно кто, да ещё и эти родственнички, которых никогда не было, а теперь они появились…
Анна села на подоконник в коридоре и спрятала лицо в ладонях.
– Что ж поделать. Тут много чужих людей, потому что произошло убийство. Главное, что вы с соседями здесь, не обращай внимания на остальных, – неловко погладил я её по предплечью. А сам подумал, что мы ведь тоже переживали на этих похоронах не о миссис Абигайл, а каждый о своём. Анна – о неудачливом писательстве, я – о потери связи с ноосферой. Когда я смотрел на миссис Абигайл, меня вдруг посетила мысль, что, возможно, я никогда больше не попаду в ноосферу, и мне стало очень страшно. Если это произойдёт, то и убийцу старушки я не найду. Но и сам останусь без важной части своей жизни. Кто я буду без этого дара?
– Каждый думает о себе, и ты в том числе, – сказал я. Анна злобно посмотрела на меня:
– Неправда!
– Правда. Ты думала о писательстве, – пояснил я, и, видимо, зря. Анна мгновенно вспыхнула, как будто чиркнула спичкой гнева:
– Какой же ты… Мерзкий! Не подходи ко мне больше!
Она вскочила и побежала в обратную от зала сторону, к лифту. На этот раз догонять я не стал. Довольно с меня этой беготни.
– Анечка! – раздался у лифта голос одного из гостей похорон. – Ты куда? Сейчас будет… – а дальше он заговорил тише, и я не расслышал. Они с Анной под ручку вернулись в зал, и прошли мимо меня, не обращая никакого внимания. «Не хочу я…» – донеслось до меня бурчание Анны, которой не дали сбежать. Я было сам собрался сваливать отсюда, пошёл на выход потихоньку, но тут бодрый голос из похоронного зала громко обьявил в микрофон:
– А теперь – завещание!
Вечеринка у миссис Абигайл
Развернувшись, я прошёл назад, но встал подальше, у самого выхода из зала. Решил послушать завещание и сразу уходить. Глядя на то, как объявили это чтение завещания, и как оживились многие гости, я невольно подумал о том, что эти похороны действительно больше напоминали какую-нибудь тематическую вечеринку, и точно не были полны скорби. Мужчина, объявивший чтение завещания, вёл себя как тамада на празднике. Может, так всегда и проходят похороны?
Полицейские стояли неподалёку от меня. Видимо, тоже собирались на выход, но решили задержаться.
– Самое интересное начинается! – с горящим взглядом пробормотал секретарь.
– Кхм, – начал ведущий. Позвольте представиться, я – адвокат Борис Шилдс, личный поверенный миссис Абигайл вот уже двадцать с лишним лет. Она поручила мне прочитать всем её родственникам и друзьям на похоронах следующее письмо. Итак, начнём, кхм-кхм.
– А нельзя ли сразу перейти к завещанию? – нетерпеливо прервал его какой-то угрюмый мужик из числа родственников. Соседи по подъезду кучковались на другой стороне зала.