Юлия Гусева – Хроники Элирия. Сага о Сильвасах т. 3-5 (страница 9)

Звёздочка выскочила из спальни и спустилась до середины лестницы.

– Что это? – её голос дрогнул от испуга.

– Возвращайся, я разберусь. Наконец-то хоть сейчас пригодятся те знания ещё со времён обучения в Академии. – ответил любимый, а затем стал что-то чертить и писать на двери мелом.

Рёв медведя оглушал, наводил ужас. Имхотеп вышел в коридор. Дикий зверь не оставлял попыток проломить дверь. Он навалился так, что она растянулась подобно резине вовнутрь, но вернулась на место и ударила медведя по носу до крови.

Эта ночь стала бессонной для жильцов дома. Когда солнце только показалось на небе, озаряя тёмные быстро плывущие облака, медведь устало рявкнул напоследок и отступил. Такое поражение он забудет не скоро. Всех чужаков ему удавалось прогонять или убивать, но этих словно защищает сам дом.

Самеан открыл дверь и поглядел в спину медведю. Зверь болезненно будто застонал, торчащие кристаллы на его теле слегка увеличились, а слизь, появлявшаяся из-под лап, потихоньку исчезала, когда солнечные лучи попадали на неё.

– Ушёл. – проговорил про себя Самеан. – На демонического зверя он не похож, возможно, это осквернённый дух леса. Можно попытаться исцелить его, надеюсь, тогда эта неоправданная злоба по отношению к нам со временем пропадёт.

Он похлопал по двери, все защитные печати осыпались меловой крошкой под ноги.

Глава 7

В последующие несколько дней осквернённый дух леса не возвращался, хотя в глубине леса всё ещё был слышен его рёв. За это время Самеан очистил двор, стал строить забор, а Звёздочка под присмотром его фамильяра уходила гулять.

Звёздочка шла и разглядывала то, что осталось от домов, которые поглотил и слил воедино с собой лес. С одной стороны, это красиво, словно ты оказываешься в мрачной сказке, где нет ни души. Это волнует так сильно, что сердце готово в пятки уйти. А с другой…

Она вдруг увидала лежащего старика, который явно был не в себе. Он бился в агонии дурмана того, к чему пристрастился, хрипел, разрывал землю руками.

– Омерзительное зрелище. – прокомментировал Имхотеп, сидя на плече Звёздочки.

– Надо ему помочь.

– Нет! Посмотри на него. Он не жилец. Предсмертное состояние ничем не вылечишь.

Звёздочка всё равно направилась к старику, который к этому моменту замер на земле. Она присела, протянула руку над ним, вздрогнула.

– Что такое? – поинтересовался Имхотеп.

– Он отравлен ядом из космоса. Прямо как Астралы.

Она сконцентрировала в ладони энергию, которая начала вытягивать из тощего старика, похожего на ходячий труп, яд, что мучает его. Звёздочка, схватилась левой рукой за правую, ощущая, как нечто сопротивляется. Она стала отходить, словно вытаскивая наружу то, что паразитом живёт в теле несчастного. Из старика и вправду появился паразит, который отчаянно хватался за него фантомными щупальцами. Звёздочка с криком махнула рукой, ворон слетел с её плеча, а существо, похожее на морского гада, обрело материальный облик и рухнуло рядом со стариком.

– Т… ыы-ыыы! – захрипело существо. – Как ты посмело!

Оно щупальцами оттолкнулось от земли, взлетело и понеслось прямо на Звёздочку. Рот этого нечто во всё лицо без глаз (если можно это назвать лицом) широко раскрылся, обнажая четыре ряда острых зубов. Имхотеп спикировал, стал клевать и царапать когтями. Звёздочка лишь несколько секунд спустя сообразила, что фамильяр даёт ей время убежать. Но вдруг существо хватает ворона и целиком уходит в него, как в нового своего носителя.

Ворон упал.

– Имхотеп! – Звёздочка зажала рот от ужаса и подбежала к нему, подобрала.

Из его клюва потекла неприятная слизь, а на уголках глаз вместе со слезами появились мелкие крупицы кристаллов, которые Самеан видел на осквернённом духе леса – медведе.

Старик приоткрыл один глаз, увидел лишь чей-то силуэт, женский, который что-то поднял с земли и помчался на окраину деревни.

Звёздочка забежала домой и со второго раза дозвалась Самеана. Она ему обо всём рассказала, её руки сильно тряслись, по ним стекала жуткая слизь, которая сочилась из-под перьев фамильяра.

– А что я-то сделаю? Я не орнитолог и не ветеринар! Имхотеп никогда так плохо не выглядел. Я не знаю, что нам делать.

– Прости, меня, Имхотепик, мне стоило тебя послушать! – заливалась слезами Звёздочка.

В их дом без стука вошёл старик, которого обвивали корни, став похожим на экзоскелет, чтобы он мог передвигаться без труда после одержимости. Старик своим появлением вызвал неоднозначные чувства у Самеана. Он ещё не забыл их первую встречу.

– Есть одно спасение для вашего духа – избавление от физического воплощения. – сказал старик.

– Нет! Его нельзя убивать, он наш друг! – тут же ответила Звёздочка.

– Если этого не сделать, то паразит отравит всю его истинную сущность, и тогда ваш «друг» не сможет никогда обрести покоя!

– Ни за что!

– Звёздочка, передай ему моего фамильяра, пожалуйста. – спокойно сказал Самеан. – Пусть Имхотеп освободится и вернётся домой. Когда он поправится, то мы встретимся с ним снова.

– Хм, а я-то думал, что ты набьёшь мне лицо, когда я предложу помощь. – с усмешкой произнёс старик. – Давай его мне. Быстро! Пока паразит не осквернил его, надо прекратить его дальнейшую жизнь.

Звёздочка отвернулась, протянула беднягу-ворона тощему старику. Он выхватил птицу и ушёл. Самеан обнял Звёздочку, поджимая губы от великой тоски по другу, которого уже через мгновения не станет. Ещё чуть-чуть и Имхотеп отправится покорять бесконечность.

Некоторое время спустя Самеан вышел наружу, старик сидел на траве рядом с чёрной пернатой тушкой ворона. Земля после скорбных слов поглотила птицу. Старик поглядел на Самеана.

– Старый приятель медведь ошибся. Он не послушал лес, который говорил ему, что вы иные. Ты. Ты сын почивших хозяев этого дома, да?

– Верно.

– Медведь больше не тронет вас, он ошибся, перепутал. Надеюсь, вы простите этого дуралея.

– Ты друид этой деревни? Где остальные жители?

– Я хранитель этой деревни, Гардар, и до вашего появления единственный житель. Вода. Странная твёрдая вода с неба обрушилась однажды. Все сбежали, а я остался. Заразился. Мучился. Эта девушка, что сейчас в доме, меня излечила. Вытащила твёрдую воду. Спасибо ей.

– Когда ты говоришь о медведе, то подразумеваешь себя? Твой второй облик – медвежий?

Старик странно заулыбался.

– Ты умный, как и тот добряк, которому я помог убить его врагов. К старине медведю перестали приходить за просьбой о помощи, когда тот ангел навсегда исчез. Ну ладно. Мне пора в свою хижину.

***

Деревенское кладбище было не узнать, всё поросло травой. Гардар провёл за собой Самеана к могилам его родителей.

– Почему ты ухаживал за надгробиями?

– Лес хотел этого. Раз я хранитель, воля леса – моя работа.

– Спасибо. Мне казалось, я уже навещал их совсем недавно. Странно.

– Твои родители ушли рано. Внезапно. Слышал от жителей в то время, что их сын был всему виной. «Глупцы», – говорил мне лес. Ты был там. Что произошло?

– Мой настоящий отец пришёл избавиться от меня, но потом изменил план и убил родителей, внушив, чтобы я жил одной лишь жаждой мести. И недавно я победил его.

– О-о. Победа – всегда радость. И ты пришёл, чтобы возродить родной дом?

– Не знаю. Но пока я хочу остаться здесь, заняться земледелием. Если в деревню потянутся другие, я не против, но становиться старостой точно не намерен.

– Бремя власти испытывает душу извращениями. Чую, ты знаешь, что такое власть.

– Увы, да. Оставь меня ненадолго.

Гардар по его просьбе ушёл. Самеан смотрел на надгробия и понимал, что ничего не чувствует. Вся боль ушла, когда он одолел Ларго. Он заметил свежий холмик земли, наверное, здесь теперь лежит физическое проявление его фамильяра. Сам Имхотеп вряд ли умер, просто отправился в Мир Духов.

***

Звёздочка проснулась раньше обычного, из головы не уходили воспоминания, как она каким-то образом смогла «вытащить» из Гардара того паразита. Тем более она почувствовала какую-то связь между собой и тем нечто. Страшно даже думать об этом. Надо как-то понять свои силы и возможности. Возможно, Самеан что-нибудь подскажет. Когда проснётся, конечно же. Звёздочка улыбнулась ему, пускай он и не видит этого. Эти дни сильно его вымотали. Она тихонько взяла его мозолистую руку, поднесла к себе и поцеловала с тыльной стороны, а затем скрепила ладони в замок, погружаясь в накатившую дрёму.

Птицы на крыше громко щебетали, то прилетали, то улетали стайкой. Звёздочка сидела на ступеньках на заднем дворе, смотрела как муж выкорчёвывает жгучие растения и кустарники, чтобы потом перекопать землю для небольшого огорода. Он не разрешил ей помогать, беспокоился, что ядовитый сок испортит её изумительные ручки. Случись чего нехорошее, то придётся обращаться к Гардару.

Помогая себе топором, Самеан едва сумел вытащить высокое сорное растение, разрубил на небольшие части и кинул в тележку, чтобы вывезти за территорию дома.

– На сегодня придётся закончить. – выдохнул он, прошёл к Звёздочке и разлёгся рядом в тени.

– Как ты? Не поранился?

– Руки сильно жжёт. Уже покраснели.

Пролетевшая птица что-то выпустила из когтей и на землю упал будто бы кусок ткани. Звёздочка спустилась, подняла то, что уронила птица. Это больше похоже на длинную бороду мха. Самеан прошёл в дом, помыл руки, насухо вытер и обмотал их мхом.