Юлия Гончарова – Завтра наступит вчера (страница 5)
– Да чтоб тебя! Приди в себя! Я ничего не нашёл. Слышишь?
– Что? Ты кто?
– Да, подруга, накачали тебя конкретно! – Сергей садится возле меня на кровать. – Я был в отпуске и пытался найти информацию о тебе, но ничего. Как будто все стёрли. У меня складывается впечатление, что кто-то хочет, чтобы ты была здесь. Понимаешь?
– Нет. – Медленно качаю головой, вглядываясь в собеседника. Голос бородатого то отдаляется, то приближается.
– Ясно, – вздыхает он. – Я теперь буду дежурить чаще, и ты сможешь прийти в себя.
Глава 2
Звенящий звук вырывает меня из лабиринтов забытья, неся по чёрным коридорам подсознания и возвращая в реальность. Открываю глаза. Белый глянцевый потолок. Люстра в форме шара. В окно проникает луч света и быстро ползёт по одеялу к моему лицу. Немного болит голова.
– Доброе утро, любимая! – Чья-то рука гладит меня по плечу.
Разряд тока внутри ускоряет биение сердца. Чувствую волнение и недоумение.
– Я дома! – Резко сажусь на кровати и оглядываю комнату, останавливая взгляд на родном лице.
«Я всё помню. Матвей – мой муж».
Продолжаю смотреть в его удивлённые глаза.
– Ты чего, Ян? – Он садится и целует меня в плечо.
– Ничего. Мне приснился страшный сон. Ты даже не представляешь, что я пережила! – Вспоминая этот кошмар, прижимаю ладони к лицу. – Это всего лишь сон, – повторяю тихо самой себе.
– Что тебе приснилось? – шепчет муж, целуя меня в шею, и обеими руками ныряет под мою сорочку.
– Подожди, Матвей! – Освобождаюсь от его объятий.
– Да, что с тобой? – Он смотрит внимательно, пытаясь понять, что не так.
– Ничего. – Встаю и быстро иду в ванную комнату, находящуюся рядом с нашей спальней.
У нас большой двухэтажный загородный дом. Мой дорогой и любимый муж – владелец крупной строительной компании. А я мент. И не просто мент – я опер. Яна Михайловна Трость.
После душа, завёрнутая в белое полотенце, разглядываю своё отражение в зеркале, находящемся возле ванной комнаты. Миловидная брюнетка с каре до плеч и большими карими глазами. Среднего роста, спортивная, подтянутая. Приглядываюсь к лицу.
«Красные, уставшие глаза, под ними тёмные круги. На щеке родинка. Её ведь раньше не было… Откуда она взялась?» – внимательно смотрю в зеркало, хмуря брови.
– Не хмурься! Морщины появятся! – В зеркале позади меня появляется улыбающееся отражение Матвея.
– Чувствую себя, как будто по мне танк проехал! Этот сон не отпускает, высасывает из меня всю энергию, и я не могу избавиться от ощущения, что это реальность.
– Так что за сон? – Муж смотрит на меня через зеркало.
Повисает молчаливая пауза. Я осторожно трогаю рёбра. Не болят.
– Не хочешь – не рассказывай. Опять, наверное, трупы снились? Работу тебе нужно менять! Идём завтракать.
Матвей спускается по лестнице на первый этаж. Я смотрю ему вслед. Что-то не так. Не могу понять, что именно. Чувствую тревожную дрожь, расползающуюся по телу. Опять поворачиваюсь к зеркалу и всматриваюсь в своё лицо.
«Родинка на щеке возле носа, будто всегда там была. Но её ведь не было… Или была?»
Возвращаюсь в спальню и подхожу к окну: лужайка с цветами, деревянная беседка с развевающимися от ветра белыми занавесками, ухоженные и аккуратно подстриженные кустарники, ровный газон.
Моё тело напряжено, как натянутая струна. Закрываю глаза, медленно кручу головой сначала влево, потом вправо. Скидываю полотенце, натягиваю джинсы и рубашку. Беру свой телефон с прикроватной тумбочки и не спеша спускаюсь по лестнице.
Внизу – просторный светлый холл с мягким скрытым освещением. За ним находится кухня-гостиная с чёрной матовой мебелью в скандинавском стиле, чёрным кожаным диваном и белым кафелем на полу.
На столе меня уже ждёт завтрак: горячий омлет и кофе.
Мой телефон вибрирует и выдаёт саундтрек из фильма «1+1». Номер незнакомый. Быстро глотаю омлет и беру со стола телефон.
– Да, слушаю!
– Привет, родная! – Я невольно расплываюсь в улыбке от папиного голоса, поднимаю глаза на Матвея. Тот внимательно смотрит на меня.
– Это папа, – шепчу я мужу, а в трубку говорю: – Папуль, привет! Ты сменил номер телефона?
– Да, сменил. Ну, это не важно. Я сегодня к вам приезжаю вечером? Всё в силе?
«Господи, сегодня у отца день рождения! Как я могла забыть? Я – безумно любящая дочь своего отца!»
– Папуль, с днём рождения! Конечно, мой дорогой, мы тебя ждём!
Матвей, слушая, укоризненно покачивает головой. Это он придумал пригласить отца отпраздновать день рождения у нас, что меня очень обрадовало. Я не видела папу уже полгода и очень по нему соскучилась.
Мой отец – выдающийся учёный-фармацевт. После смерти мамы он с головой ушёл в работу и практически переехал жить в лабораторию.
– Пап, вторая линия, до вечера, целую! – Быстро переключаюсь. – Алло?
– Ян, привет. Ты где?
– Паша, привет. Я скоро буду!
Вспоминаю, что у нас совещание в девять, и смотрю на часы: половина девятого.
– Всё, я побежала! – Глотнув кофе, вскакиваю и целую мужа в щёку.
Выбегаю в холл, быстро надеваю кроссовки, хватаю сумку и на ходу достаю ключи от машины.
Через тридцать минут вбегаю в участок. Дежурный встречает меня приветственным кивком. Возле его окошка галдит толпа родителей задержанных за ночную драку подростков. Бегу по коридору, открываю дверь в кабинет.
– Ян, ты вообще обнаглела! – Павел встаёт из-за стола с недовольным лицом.
Паша Горин – мой напарник. Он высокий, крепкий, со светлыми волосами, в белой майке с надписью «Красавчик». И ведь вправду красавчик: стоит ему только улыбнуться, как девушки тянутся к нему, словно к солнышку. Только я вижу в нём ворчуна и зануду.
– И тебе доброе утро! Всё, идём!
Достаю папку из тумбочки своего рабочего стола, бросаю сумку и бегу по лестнице на второй этаж. Павел идёт следом за мной с очень серьёзным выражением лица. Кабинет нашего начальника, Егора Степановича, в самом конце коридора.
Останавливаюсь перед дверью кабинета, чтобы немного отдышаться, и жду быстро приближающегося Павла. Переглянувшись, мы входим.
– Опаздываете, товарищи опера! – Шестидесятилетний, седовласый, коренастый Егор Степанович угрожающе стучит ручкой по столу.
Мы с Павлом синхронно отодвигаем стулья и садимся за стол напротив друг друга.
– Ну, что, лентяи, докладывайте. Что у вас по делу Иванцовой, есть движение?
– В общем, пока ничего нового, – медленно протягивает Павел, уставившись в открытую папку.
– Я же говорю, лентяи! – Вскакивает Егор Степанович и начинает мерить кабинет широкими шагами, обходя стол.
Павел смотрит на меня, я на него. Немой диалог:
– Сейчас начнётся!
– Будет орать!
– Три дня назад было совершено преступление: ограбили ювелирный и убили человека! – возмущённо начинает Егор Степанович. Его густые седые брови сдвигаются, придавая лицу грозный вид. – И что? Где результат расследования? Ноль!
– Если преступник не оставил ничего, кроме шматков грязи от обуви, – начинает недовольно оправдываться Павел.
– Ищи, носом рой, но найди! – кричит начальник, останавливаясь у меня за спиной. Я чувствую его гнев затылком.