Юлия Гладкая – Месть зеркал (страница 7)

— Отнюдь, — серый человек пожал плечами. — Я стараюсь зрить в корень. Вот, например, давеча я приметил, что один молодой человек проявляет излишнее любопытство, и тут же подумал: к чему бы это? Ведь этот юноша не полицейский, не жандарм и даже не представитель Тайной экспедиции Сената! Более того, он даже не маг, несмотря на колдовской протез — редкий и хитроумный механизм. Так что же, любезный, искал? Не подскажете? А главное — зачем?

— Я всё ещё не слышал ваше имя, — напомнил Митя, не сводя глаз с незнакомца. — Или в столице нынче так принято — приходить незваным и неназванным?

— Вовсе нет, — серый человек вытащил платок и промокнул лысину. — Это скорее исключение, чем данность. Но скажу сразу: моё имя вам ничего не даст. Более того, я искренне надеюсь, что мы более не увидимся, а значит, лишние знания вам, Дмитрий Тихонович, ни к чему.

— Давайте я сам решу, что мне нужно, а что нет? — предположил бывший маг, досадуя, что не может использовать силу. — Итак, кто вы и зачем пришли ко мне?

— То есть вас не интересует, как я узнал, где вы остановились? — незнакомец прищурился.

— Ничуть. Ясное дело: заметив протез, вы поняли мою магическую принадлежность, а где останавливаются приезжие зеркальщики — совсем не тайна.

— Примерно так, — согласился серый человек. — А теперь я спрошу ещё раз: зачем вам, молодой человек, понадобилось рыскать вокруг Кокушкиного моста?

— А вы всех любопытствующих об этом спрашиваете или сделали для меня исключение? — ответил Митя вопросом на вопрос.

— Скорее, исключение, — легко согласился незнакомец. — Ведь далеко не каждый из толпы станет расспрашивать о деталях: вначале — оборванца, а после — кабатчика. Итак, зачем вам это?

— Исключительно от скуки, — признался Митя, ничуть не лукавя.

Однако его ответ не понравился гостю.

— Если вы решили играть со мной в игры, то не советую, молодой человек, — в голосе его зазвенел металл.

— Да разве ж я играю? — удивился Митя. — Вы спросили, я ответил — ничего более. Вы вот даже имени своего не назвали, а я, как гостеприимный хозяин, стараюсь как могу.

— Острите, — понял по-своему серый человек. — Что ж, это хорошо. В вашем положении — мага без магии, не человека, не зеркальщика — сохранить хотя бы чувство юмора уже ценность.

— Благодарю за поддержку, — не остался в долгу Митя. — А вот вы с какой целью вчера от меня скрылись, а нынче пришли с вопросами? Отчего вчера не остановились, не обсудили? Вы ведь тоже не маг, так что, считай, на равных ведём беседу.

— На Сенной у меня ещё не было к вам вопросов. Ну или почти не было. А вот сегодня уже имеются. Но, как я вижу, вы не желаете откровенничать.

— Как и вы, сударь. Как и вы.

— А ведь зря вы упорствуете, Дмитрий Тихонович, — незнакомец поднялся с кресла.

Митя незамедлительно встал с кровати, не желая глядеть на опасного посетителя снизу вверх. А он явно ощущал, что господин не так-то прост.

— Зря. Нас мало интересуют праздные зеваки, но Нам очень не нравится, когда кто-то лезет не в своё дело.

— Вам — это кому именно? — не сдержался Митя. — С этого момента желательно поподробней.

Незнакомец шагнул вперёд:

— Нам. И этого с вас хватит, — процедил он.

— Что ж, тогда я продолжу любопытничать, ведь ничего толкового вы не сказали, — бывший маг дёрнул плечом.

Серый человек сжал губы, лицо его пошло пятнами, и Митя напрягся, собираясь при необходимости отразить удар.

В этот момент дверь открылась, и на пороге появилась горничная с подносом в руках. Заметив посетителя, девушка растерянно остановилась на пороге:

— Дмитрий Тихонович, простите, у вас гости… Я не хотела помешать, — затараторила она, переводя взгляд с Мити на чужака и обратно.

— Ничего страшного, этот господин уже уходит, — заверил девушку Митя. — Не так ли, сударь?

Незнакомец не стал отвечать. Ещё раз глянув на Митю, он резко развернулся и направился к выходу. Однако уже на пороге задержался и, оглянувшись, добавил:

— Я крайне рекомендую вам унять любопытство, а также не гулять по темноте. Ведь как знать — в следующий раз городовой может не поспеть на выручку.

— Учту ваши пожелания, — заверил его Митя, но серый человек уже скрылся в коридоре.

Бывший маг тяжело опустился на кровать, подобрал полотенце и обтёр им лицо и шею.

— Так что, кушать-то будете? — осторожно уточнила горничная.

— Да, поставь на стол, — попросил её Митя. — И дверь за собой захлопни, будь добра.

Девушка, выполнив поручения, выскользнула из номера, будто мышка, оставив его в компании с едой и хмурыми мыслями.

Ради интереса Митя выглянул в окно, но, конечно же, господина в сером сюртуке не увидел.

«Кто же вы такой, мил человек?» — вздохнул он, привычно потирая плечо. «Даже не так… Кто же вы такие?»

Ответа, разумеется, не последовало. Но одно становилось ясно — убьют недорого возьмут. На это, видимо, и был расчет. Сегодняшний визит стал следствием вчерашнего неудачного нападения — решили лично посмотреть, кто такой прыткий. А теперь, оценив, решат — представляет ли он, Митя, для них опасность или пусть себе живет.

В животе нервно заурчало. Задернув шторы, чтобы солнце не нагревало комнату, бывший маг сел за стол и твердо решил — ни один злодей в мире не испортит ему аппетит.

Гостиница «Идиллия», хоть и не блистала дворцовой роскошью, магическую братию принимала достойно. На оловянном подносе с гравировкой гильдейского герба дымился пузатый кофейник из черненого серебра. Аромат свежих зерен обещал бодрость. Рядом лежал расстегай с палтусьей ительмой — его румяная корочка лопнула, обнажая розоватую мякоть рыбы. Яйца-пашот в грибном соусе выглядели нежными, как шелковая вуаль. Круассан с миндальной начинкой осыпался при малейшем прикосновении.

На подогретой мраморной плитке золотились тосты, а в хрустальной плошке переливалось абрикосовое варенье с целыми дольками фруктов.

Митя сделал глоток кофе — густого, с шоколадными нотами. На дне чашки осела гуща. «Была бы здесь Стешка, нагадала бы, во что я вляпался», — мелькнуло в голове. Но приходилось разбираться самому.

Вилкой он вскрыл яйцо — золотистый желток смешался с грибным соусом. Вкус получился удивительно гармоничным: земляные ноты шампиньонов, сливочность яйца, легкая перчинка.

«Не иначе как гильдейский повар старался», — усмехнулся про себя Митя, отламывая хрустящий край круассана. Миндальная начинка таяла во рту, оставляя ванильное послевкусие.

За окном звенели трамвайные провода, в коридоре перешептывались горничные, но сейчас мир Мити состоял лишь из теплого хлеба, ароматного кофе и янтарного варенья, оставляющего сладкие следы на тарелке.

Он добавил в кофе сливок — густых, с ореховым оттенком. Жидкость закрутилась мраморными узорами, напоминавшими магические руны.

«Вот бы все проблемы решались так же просто, как этот завтрак», — подумал Митя, вылавливая последнюю дольку абрикоса. В этой мысли не было горечи — лишь тихая уверенность, что пока существуют горячий кофе и свежая выпечка, все не так уж плохо.

Покончив с трапезой, бывший маг решил для себя, что приключений пока хватит и этот день он проведет в покое. Опять же того требовало здоровье, а кроме прочего стоило поразмыслить о том как складываются его расследование и возможно позвонить Егору в Крещенск за советом.

Устроившись поудобнее в кресле, где еще недавно сидел незнакомец, Митя взял в руки томик поэзии и принялся задумчиво листать, выбирая стихотворение по настроению.

В дверь снова постучали.

— Войдите! — крикнул бывший маг и тут же чертыхнулся. Он же просил захлопнуть замок, а значит нужно было встать и открыть. Отворив дверь, он увидел на пороге давешнюю горничную, и хотя прошло не более часа, настроение ее явно изменилось. Нос и глаза покраснели, как после рыданий, на щеках выступили пятна. Шмыгая носом, девушка старалась не глядеть на Митю:

— Вы позавтракали господин Демидов? Посуду забрать уже можно? — прошептала она.

— Да, конечно, — согласился Митя, чувствуя себя неуютно. Он понимал, что не его дело, отчего девушка плачет, и все же не мог не спросить: У вас что-то случилось?

Та вздрогнула и тут же замотала головой:

— Нет-нет, ничего. Извините, что побеспокоила, — тихо, как тень, отозвалась она, пытаясь проскользнуть мимо Мити.

Бывший маг удержал ее за руку и заглянул в заплаканные глаза:

Может, я сумею вам помочь?

— Помочь? — эхом повторила девушка. Помочь? Да чем же вы, господин, мне поможете? Коли батюшке ссылка грозит? Ссылка, понимаете! Она дрогнула всем телом и вдруг разрыдалась. Слезы так и полились по щекам капая на накрахмаленный передник. Кофейник и блюдца на подносе заплясали — того и гляди уронит.

Осторожно подхватив поднос из рук горничной, Митя вернул его на стол, усадил девушку в кресло и поспешил налить воды в стакан:

— Вот, глотните, вам станет легче, — заверил он.

— Не станет, — сквозь рыдания произнесла горничная. —Ничего уже не станет. Отправят батюшку в Сибирь ни за что, и останусь я сиротой.

— Прям так уж и ни за что? — не поверил Митя.

— Угу, — всхлипнула горничная.

— Ну так ни за что у нас не судят. А раз ссылкой грозят, значит, нечто серьезное приключилось? Так ведь?

— Да какой там! — Девушка взглянула на Митю. — За глупость его, за пьяное дурачество ссылают.