Юлия Гладкая – Месть зеркал (страница 16)

— Вы считаете, что Совины спят на голых досках? — Варвара вскинула бровь, и Лосев тут же стушевался.

— Никак нет, просто не успел всё подготовить к вашему прибытию. Но посуда чистая, уборная дальше по коридору, а прочее принесу — будьте покойны.

— Сами приобретём, — заверила его ведьма. — Что по поводу моего заказа?

— Вот, в бумагу завернуто, всё по списку, как пожелали.

— Благодарю. Свободны. Жду вас завтра поутру с отчётом. Покамест вы нам более не нужны. — Ведьма по-королевски махнула рукой, точно отпуская подданного, и Илья, тут же засуетившись, прижал к себе цилиндр, шаркнул ногой и, подмигнув напоследок Мите, исчез за дверью.

— Какой своеобразный человек, — подбирая слова, поделился Митя.

— Шут, — кивнула Варвара. — Хотя не шут из глупых. В магии он поспособнее многих будет. С измальства воспитывался в Зеркальном интернате, а посему освоил науку так, что от зубов отскакивает. Поговаривают, даже во тьме колдовать может.

— Брехня, — Митя потёр ноющее плечо. — Без света суть зеркальной магии — ноль.

— Как говорится, тьмы не бывает без света, так что как знать — может, он и впрямь так хорош. Впрочем, надеюсь, его способности нам не пригодятся. — Она подошла к столу и заглянула в свёрток. — Не соврал, всё как надо. Что ж, давайте перейдём к делу, Дмитрий.

— Варенька, ну, понимаю, что виноват перед тобой, но душу не изымай. Давай, как прежде, — Митя. — Взмолился бывший маг.

— Как прежде уже ничего не будет, — Варвара вздохнула, отводя взгляд. — Уясни это.

— Уяснил, — Митя тоже вздохнул, затем выпрямился и, подхватив цилиндр, направился к дверям.

— Куда это ты собрался? — удивилась Варвара.

— Как куда? — не менее её удивился Митя. — Так, поприветствовать своих — Стешу, и Софью, и Лукерью Ильиничну с Егором. Что ж, я как тать вернулся домой и не покажусь им на глаза?

— Дмитрий, — Варвара прищурилась, отчего у бывшего мага по спине побежали мурашки, — ты, видимо, не уяснил, зачем мы тут и в каком ранге. Мы тут инкогнито, и никто из твоих друзей не должен знать о тебе.

— Но как же так? Не по-людски.

— Не по-людски — потому что по-магически, — передразнила его Варя. — Если б я хотела, чтоб все знали о нашем возвращении, так поселилась бы в свой дом, а тебя — в твой бы пустила.

— Твой сгорел, — признался Митя. — Ну, изба, где ты старухой прикидывалась. А кто теперь опеку снимает — мне неведомо.

— Благодарю, друг любезный. Но я в курсе, — съязвила Варвара. — Так вот, ты хотел узнать, почему мы тут, а не в Новгороде? А потому что у стен есть уши, и даже называть точную цель нашей поездки начальник не смел. Оттого и назвал тебе другой город. А уж прочее — моя забота: а именно подготовить тебя для общего дела и подстраховать, если надо. Понял?

— Понял, — насупился Митя, возвращаясь к столу и кидая цилиндр на койку. — Но отчего от друзей таиться?

— Чтобы живы остались. Или ты ими не дорожишь? — слова Варвары прозвучали тихо и в то же время чудовищно.

— Да что ты такое говоришь! — возмутился бывший маг. — Конечно, дорожу! Они — почём моя семья.

— А раз так, — перебила его Варя, — значит, слушай меня. Во всём слушай и своевольничать не смей. Ясно тебе?

Митя кивнул и устало сел на кровать.

Варвара меж тем фыркнула, дёрнула себя за косу и принялась выкладывать содержимое свёртка.

На стол легли несколько пучков трав, мешочек с зёрнами, большой кусок соли, горшок, от которого шёл медовый аромат, несколько куриных лап (ещё свежих, судя по сукровице), пучок рябых и широких перьев — неясно, от какой птицы.

— Это для чего? — Митя с любопытством разглядывал ведьмовские вещи.

— Для разного, — Варвара как раз пересчитывала крупные зёрна бобов и, видимо, не желала отвлекаться. — Подожди немного. Сейчас закончу, тогда и до тебя руки дойдут.

— Звучит зловеще, — признался Митя.

— Уж как есть. — Ведьма стрельнула в него взглядом и слегка улыбнулась.

Скучая, Митя решил разобрать вещи. Вновь заглянул в шкаф, поморщился при виде кривой двери:

— Надо бы починить, — поделился он с Варей.

— Почини, Матвей, — согласилась та.

— Почему Матвей? — не понял Митя. — Мы же тут одни.

— Потому что если сейчас я не стану для тебя Ариной, так ты потом ляпнешь не то имя — и всё испортишь. Ясно? — Варя поставила перед собой картонку и теперь копалась в ней, и судя по всему, внутри лежала отнюдь не шляпка.

— Понятно, — протянул Митя, повесил на пару крючков свежие сорочки, взглянул на порванный сюртук (что не успел починить после драки) и, не задумываясь, сунул саквояж в шкаф, не разбирая.

— Вар… — он запнулся. — Арина, а какой у нас сегодня план?

— Как какой? — удивилась та. — Город глянуть. Мы ж, кроме своего Мельникова, ничего не видали, а там что — две дороги да одна церквушка. А тут вон что — город!

— Но мы же всё видели, — напомнил Митя.

— А ты представь, Матвейка, что не видали. Игра такая, ясно? Или учти — отошлю тебя куда-нибудь в медвежий угол, чтоб не погубил задание.

— Не надо никуда отсылать, я всё понял, — поспешно заверил её Митя. — Но вот нюанс — меня ж многие знают. Да и рука эта… — он дёрнул протезом, — тоже внимание привлекает.

— Это как раз не проблема. А ну, иди сюда. — Варя поманила его к себе.

Не без опаски Митя подошёл к подруге, до сих пор не веря, что вот она рядом, да ещё командует магами и служит в тайном отделе. Чудеса, да и только.

Встав на цыпочки, Варя застегнула на шее Мити серебристую цепочку с прозрачным кристаллом, затем взяла кристалл в руку, зажмурилась — и Митя скорее догадался, чем ощутил, что она использует магию. Всё длилось менее минуты. Наконец Варя отпустила кулон, сделала шаг назад и усмехнулась:

— Ну что, хорош! Может, слегка слащав, но в целом пойдёт.

— Что пойдёт? — насторожился Митя.

— В зеркало на себя глянь, Матвейка, — предложила Варя, подталкивая его в сторону рамы.

Митя с интересом подошёл к блестящей поверхности и удивлённо ахнул. Оттуда на него глядел незнакомец: волосы светлые, точно выбеленные солнцем, нос вздёрнут, губы тонкие, уши слегка торчат и от света просвечивают розовым.

Митя поднял руки, чтобы ощупать свои уши, и тут же приметил, что вместо железного протеза у него обычная рука — такая же, как была до ранения. Вместе с протезом исчез и шрам. Коснувшись щеки, бывший маг понял, что никуда уродство не делось — просто ведьма изменила ему облик.

— Это слеза морока? — догадался он. — По весне один крендель в Крещенске такую использовал, чтобы меня подставить. Вы что, его схватили?

— Наслышана. Поди поймай обладателя такой диковины. Это из кладовой департамента. — Варя и сама надела украшение с прозрачными камешками, и вот уже рядом стояла блондинка — такая же курносая и тонкогубая. Сразу видно — родня. Разве что уши так не торчат.

— Сама-то не лопоухая, — упрекнул её Митя.

— А ты в батю пошёл, — хмыкнула Варя, укладывая косу колечком и закалывая её шпильками. — А я в матушку. Чего ж тут неясного?

— Всё ясно. Не положено мне красавцем быть, хотя бы иллюзорно, — смирился Митя.

— Да прекрати. И так девицы заглядываться станут. Но уж будь добр — не обнимайся ни с кем, да и руку старайся левой жать. Отныне ты левша, иначе твою железную хватку ничем не спрятать.

— Да уж, сам об этом подумал, — Митя потёр плечо, морщась от постоянной боли.

— Ах да, вот ещё — держи. — Варя вновь отошла к столу, выудила из стопки посуды ложку и, зачерпнув ею мёда, протянула Мите. — Ешь.

— С чего это? — удивился тот.

— Ешь, ешь, Матвейка, ещё спасибо скажешь сестрице Аринушке, — она ткнула в него ложкой.

Митя пожал плечами, принял ложку и, сунув в рот, слизал мёд. Почти сразу он ощутил, как боль в плече исчезает — точно её и не было.

— Как же это ты… Вроде и не колдовала? — Он удивлённо покрутил рукой.

— Просто ты теперь не всё видишь, — в голосе Вари прозвучала грусть. — Но погоди, может, и эту хворобу излечим. А покамест, брат мой господин Совин, идёмте прогуляемся да поужинаем. Уж больно голодно после всех передряг.

Митя послушно подставил руку. Он был не против подобной затеи — даже наоборот, только за. Опять же ему хотелось выгулять новую личину и поглядеть на город чужими глазами. Всё ж не каждый раз такое выпадает, да и далеко не всем.

Заперев комнату, они спустились по скрипучей лестнице. На первом этаже мела пол сгорбленная старушка. Приметив их, она, опираясь на метлу, выпрямилась:

— А вы кто ж это будете?