Юлия Гетта – Притворись моим женихом (страница 11)

Аня, конечно же, снова очаровательно смутилась, чего я, собственно, и добивался.

Я ей нравился. Это чувствовалось. И я от этого кайфовал.

Мы отправились за стол, где я добросовестно принялся выполнять обещанное: взялся за уничтожение стряпни Аниной мамы.

К счастью, аппетит у меня был хороший, поэтому под одобрительным взглядом своей музы я умял большой окорок запечённого гуся, половину тазика оливье, штук пятнадцать разных видов закусок: тарталеток с икрой, всяческих рулетиков и бутербродиков. И, в общем-то, наелся. Только очень хотелось впечатлить Аню, поэтому я собрался с силами и снова потянулся к гусю, но тут моя невеста меня остановила. Мягко накрыв ладонью мою руку и вернув её назад, Аня наклонилась к моему уху, едва сдерживая смех:

— Саш, да я пошутила, хватит объедаться. Неужели ты и правда готов сделать всё, что я попрошу?

Теперь пришла моя очередь удивлённо поднимать брови.

— Ну ничего себе. Кажется, да. Ну-ка, давай проверим, — заговорщицки посмотрел я на Аню и, понизив голос, многозначительно добавил: — Попроси меня о чём-нибудь ещё.

Красавица задорно рассмеялась и закусила губу, глядя на меня своими большими блестящими глазами:

— Встань возле ёлки на одну ногу и прокукарекай десять раз.

Я против воли уронил на пол челюсть.

Ну зашибись. Не такой просьбы я, конечно, ожидал…

— Да ну тебя, — поморщился я и отвернулся, сложив руки на груди.

Аня ещё громче расхохоталась, толкнув меня в бок.

— Ну вот и вся любовь!

— Да не буду я кукарекать, — возмущённо посмотрел я на неё.

Время летело незаметно. Разговоры, смех, я даже ещё немного поел — хотя куда уже влезало, загадка. Но Анина мама действительно очень вкусно готовила, а я уже лет сто не ел простой домашней еды. Да и не проводил время в такой приятной семейной обстановке. Даже чета Упырёвых перестала раздражать. Никита, опозорившись в конкурсе со своей спиной, заметно притих, и я даже немного ему посочувствовал — такой у бедолаги был страдальческий вид.

Да и плевать мне уже стало на него. Я наслаждался обществом Ани.

Впервые с момента разрыва с Викой у меня на душе было весело и легко. Мне нравилось, что Аня совсем не похожа на мою бывшую, я ощущал себя рядом с ней совершенно иначе. Будто стал другим человеком. Более жизнерадостным. Остроумным. Добрым. Весёлым. Сам себе удивлялся, не думал, что подобные перемены во мне в принципе возможны, тем более за такой короткий срок.

— Ого, уже без пятнадцати двенадцать! — вдруг громко воскликнула Ирина Васильевна, заставив всех едва ли не подпрыгнуть на своих стульях. — Быстрее, включайте телевизор! Мужчины, приготовьте шампанское! Галя, а ну-ка принеси бокалы!

— Вообще-то, шампанское — ужасный напиток. По-моему, уже давно пора избавиться от этой глупой традиции — пить его под бой курантов каждый Новый год, — завела свою песню поборница здорового питания Галина. — Во-первых, оно повышает газообразование в кишечнике…

— Ой, Галя, помолчи! — разозлилась на неё Анина мама, а Лена в голос рассмеялась. — Сама принесу эти бокалы. Давайте скорее, ещё нужно успеть старый год проводить!

🎄🎄🎄

Дорогие читатели!

Все книги нашего новогоднего литмоба ТЫ МОЙ ЛУЧШИЙ ПОДАРОК уже на сайте!

Знакомьтесь — 24 обаятельных наглеца и 24 невероятные истории любви, которые не оставят вас равнодушными!

🎄🎄🎄

Глава 14

Александр

До наступления Нового года оставались считанные минуты. Все засуетились, заспешили, забегали. Аня бросилась помочь маме с бокалами. Дядя Вова включил телевизор — там уже шла традиционная трансляция с Красной площади, обращение президента. Тётя Лида принялась наливать газировку детям, Галина отправилась на поиски гранатового сока, который вроде бы привезла с собой. Лена побежала звать своего мужа, который так не вовремя отправился на улицу подышать свежим воздухом. Виктор Николаевич сосредоточенно откручивал проволоку на бутылке шампанского, держа наготове полотенце.

Даже Никита с Ольгой и те нашли себе занятие — помогли бабушке передвинуть ближе к столу её любимое кресло. Я даже удивился, как это упырь решился на такой подвиг со своей-то больной спиной. Но от моей помощи он гордо отказался, и поэтому я один остался без дела. Стоял в стороне и отстранённо наблюдал за всей этой суматохой. Ловя себя на мысли, что несмотря ни на что не чувствую себя здесь чужим.

Мне было хорошо среди этих людей. Уютно. Как дома.

Хотя дома мне так уютно никогда не было.

В моей семье новогодние праздники проходили далеко не так весело. Родственников никогда в гости не приглашали. Отец постоянно пропадал на работе и порой даже к двенадцати часам не появлялся, несмотря на многочисленные обещания. Мама ждала его до последнего, а потом напивалась вином и плакала, закрывшись в своей спальне. А я сидел за компом в своей комнате и рубился в Доту до посинения, пока перед глазами чёрные точки не начинали бегать…

— Две минуты! — объявил кто-то, вырывая меня из невесёлых воспоминаний.

— Кто ещё не придумал, какое желание загадать в ровно в двенадцать часов, срочно придумывайте! — взволнованно крикнула Лена, обращаясь в основном к своим сыновьям. Те тут же воодушевлённо стали перечислять, чего бы им хотелось, не зная, на чём остановиться.

Вскоре все собрались возле стола, подняли бокалы, приготовились. Даже бабушка стояла наравне со всеми, позабыв у кресла свою палочку и высоко держа в руке фужер с игристым.

На экране телевизора начался обратный отсчёт. Все радовались, как дети.

Аня отыскала глазами мой взгляд, и я заметил, как дрожат её пальцы на ножке бокала. Медленно, стараясь не привлекать внимания, я нашёл её свободную руку и переплёл наши пальцы.

Она очаровательно прикрыла глаза и легонько сжала мою ладонь в ответ, довольно улыбаясь.

— Десять! — громко произнесла Лена. — Все придумали желания?

Я чувствовал, как учащается пульс. Желание у меня было всего одно — оно родилось в момент, когда я впервые увидел Аню в том кафе. И с тех пор постоянно росло.

— Девять!

Все присоединились к Лене и начали отсчитывать вслух, глядя на большой циферблат Кремлёвских часов на экране.

— Восемь!

Я повернулся к Ане, и наши взгляды снова встретились.

— Семь!

Её глаза и правда были нереально красивыми. Большими, ясными, лучистыми. А губы… Я мечтал прикоснуться к ним весь этот вечер.

— Шесть!

Моя рука поднялась сама собой, коснулась её щеки.

— Пять!

Аня прикрыла глаза, прислоняясь к моей ладони.

— Четыре!

Я хотел спросить, загадала ли она желание. Но так и не спросил. Просто смотрел на неё и улыбался, как идиот.

— Три!

Наши лица были в нескольких сантиметрах друг от друга. Я видел каждую ресницу, каждую малюсенькую морщинку в уголках её глаз. И думал, что это, пожалуй, один из самых лучших Новых годов в моей жизни.

— Два!

Или даже нет. Самый лучший.

— Один!

— С Новым годом!!!

— С новым счастьем!!!

— С Новым годом, Аня, — прохрипел я.

— С Новым годом, Саша, — прошептала она.

Я наклонился и поцеловал её.

Просто так. Поддавшись порыву. Инстинкту. Желанию, которое больше невозможно было сдерживать.

Мои губы коснулись её губ — мягких, сладких, с лёгким привкусом шампанского и мандаринов. И мир поплыл.