Юлия Герман – Порочный сын подруги. Нам горячо (страница 2)

Куда бы я ни кинула взгляд, везде находятся люди. Их слишком много. Тела, сливающиеся в танце, руки, тянущиеся к бокалам, смех, крики, музыка, которая обволакивает и проникает под кожу.

— Вот это да! — Женька подмигивает мне и тут же ловит взгляд какого-то парня у барной стойки.

Я чувствую, как пульс ускоряется. Последний раз я была в таком месте… По ощущениям, это было в прошлой жизни. Все, что происходило после свадьбы, — это тихие ужины с друзьями, походы в кино или театр, а также официальные банкеты с партнерами мужа. В остальном — бесконечные “У Игоря работа”, “У Игоря дела”. А без него я не могла выйти в подобные места, потому что это неприлично.

— Ника, не стой как столб! — Женька сует мне в руку бокал с чем-то розовым и шипучим. — Пей и расслабься!

Я делаю глоток, раскатывая жидкость на языке. На вкус это похоже на ягоды и что-то крепкое. И через мгновение я понимаю, насколько обманчива первоначальная сладость, потому что горло обжигает алкоголем и я закашливаюсь.

— Ну вот, уже лучше! — хохочет подруга.

Женька ловко вливается в толпу, и я, как привязанная, следую за ней. Вскоре мы уже в центре танцпола, окруженные незнакомыми телами, но мне почему-то совсем не страшно. Напротив, адреналин брызгает в кровь и я впервые за долгие месяцы чувствую себя живой.

— Видишь того брюнета слева? — Женька наклоняется ко мне, ее губы касаются моего уха. — Он пялится на тебя уже пять минут.

Я резко оборачиваюсь и действительно ловлю на себе темный, заинтересованный взгляд. Высокий мужчина, в черной рубашке и с татуировкой на шее, смотрит на меня слишком пристально. Стоит нашим взглядам встретиться, и он салютует мне бокалом.

Но вместо того чтобы улыбнуться ему, я отворачиваюсь, не собираясь давать повода незнакомцу перейти к более активной фазе.

— Жень, нет… — я тут же отворачиваюсь,

— Да ладно тебе! Ты же свободна, как птица! Можешь позволить себе ни к чему не обязывающую связь. Кому будет от этого хуже? — она толкает меня в его сторону.

Я теряю равновесие и практически падаю, но чьи-то сильные руки ловят меня за талию.

— Осторожнее, — низкий голос звучит прямо над ухом.

Я поднимаю голову и вижу того самого брюнета. Ближе он кажется еще выше и огромнее. От него пахнет табаком и приятным парфюмом.

— Спасибо, — бормочу я, выпрямляясь и пытаясь освободиться.

— Не за что, — его пальцы слегка сжимают мой бок, и я чувствую, как по спине пробегают мурашки. — Ловить такую красивую девушку — сплошное удовольствие.

Но у меня его комплимент вызывает смех.

— За девушку спасибо, — пытаюсь вырваться, но он держит меня слишком крепко.

— Куда-то торопишься? — не дает мне отстраниться.

— Да, меня подруга ждет.

— Так зови ее сюда. Угощу красоток, — его лицо находится слишком близко ко мне, и я чувствую на себе его хмельное дыхание.

— Мы сами себя в состоянии угостить, — упираюсь ладонями в его грудь, но он словно скала.

— Грех таким девушкам за себя платить.

— Ника! — Женька хватает меня за руку и дергает назад. — Простите, молодой человек, но эта девушка занята! — утаскивает меня прочь прежде, чем он успел что-то понять.

— Я даже не попрощалась… — бросаю взгляд через плечо.

— Еще немного — и он утащил бы тебя в випку! — она заказывает еще два бокала.

— Ты же сама хотела, чтобы я ни в чем себе не отказывала, — бросаю с вызовом.

— Так он тебе понравился? Или мне показалось, что ты не могла от него отделаться?

— Не показалось, — признаю правоту подруги.

— Ты пьяна, расстроена и уязвима. Не хочу, чтобы твоя перезагрузка прошла с мужиком, который тебе неприятен.

— Ладно, — вздыхаю я. — Но тогда давай просто танцевать. Без знакомств.

— Договорились!

Мы возвращаемся на танцпол, и я закрываю глаза, позволяя музыке унести меня подальше от мыслей об Игоре, о квартире, что мне предстоит оставить, и о том, что моя жизнь перевернулась с ног на голову.

Но когда я открываю веки снова, то по телу пробегает ток. Потому что я вижу его.

Артема.

Он стоит на балконе, и его взгляд прикован ко мне. В свете стробоскопов он выглядит еще взрослее и более устрашающе. С взъерошенными волосами, татуированный качок с опасной улыбкой на чувственных губах. Черт. От одного взгляда на него у меня подгибаются колени. И судя по тому, какие взгляды на него бросают девушки, не у меня одной.

По телу разливается жар, и это пугает меня.

— Жень… — я хватаю подругу за руку, словно она спасательный круг. Потому что это ненормально, что ее сын производит на меня такой эффект.

Она оборачивается и закатывает глаза.

— Блядство! Он же говорил, что развлекается с друзьями!

И видимо, он выбрал то же самое место для развлечения, что и мы.

Женя снова хватает меня за руку, утягивая с танцпола, подальше от поля зрения сына.

Но Артем уже спускается в зал. И я чувствую его взгляд даже на расстоянии.

— Кажется, наши незабываемые две недели только начались, — бормочу я, и в следующий миг широкая ладонь ложится мне на поясницу, оставляя ожог.

— Я всегда знал, что ты, Ника, плохая девочка, — обдает горячим дыханием мое ухо. — И сегодня ты покажешь мне насколько.

Глава 3

Клуб гудит, как улей, но в этот миг, когда Артем шепчет мне на ухо пошлости, все вокруг будто замирает. Я оборачиваюсь и встречаю его темный и оценивающий взгляд. Он скользит по мне, оставляя за собой обожженные дорожки.

Кажется, это длится целую вечность. Но внезапно его рука исчезает с моей поясницы и он обходит меня.

— Мам, — Артем обнимает Женю. — Я думал, вы проведете время с Просекко дома.

— А мы передумали, — фыркает Женька, делая знак бармену повторить прежний заказ.

Артем снова поднимает ко мне взгляд и улыбается. Не той дерзкой усмешкой, как в аэропорту, а чем-то более… опасным.

— Ника, ты не против, если я присоединюсь?

Я открываю рот, чтобы сказать, что, конечно же, нет, но вместо этого произношу:

— Возвращайся к друзьям. Ты будешь нам мешать отрываться.

Его брови ползут вверх.

— О, я точно не буду мешать отрываться. Уверен, тебе понравится уйти в отрыв со мной.

Женька закатывает глаза.

— Иди, иди, нам надзиратель не нужен.

— Разве? — смотрит он на коктейль в ее руке. — Боюсь, что вам не только надзиратель нужен, но прежде всего — носильщик, чтобы вынести два бесчувственных тела.

— Да ладно тебе! Не душни! — огрызается Женя. — Нам с Никой весело, правда, Ника?

— Очень! — салютую ей коктейлем.

Но Артем забирает коктейль у матери и возвращает его на барную стойку.