Юлия Герман – Порочный сын подруги. Нам горячо (страница 1)

Порочный сын подруги. Нам горячо

Глава 1

— Ника, я тебя предупредил. Через неделю мы въедем в квартиру, независимо от того, готова ты или нет. Если твои вещи будут на месте, то я просто их выставлю за дверь, — вещает в динамике муж. Все еще муж…

— Игорь, я тебя поняла, — делаю глубокий вздох. — Не нужно мне угрожать. Я не стану препятствовать… — выдавливаю из себя звуки.

Каждый разговор с пока еще мужем дается мне с большим трудом. Он высасывает из меня практически все силы. Но и игнорировать его я не могу. Не знаю, чего я жду. Может быть, того, что он все осознает, покается и скажет, каким был дураком? Но он не вернется. А даже если бы и бросил свою малолетку, то я бы не смогла с ним жить.

— Надеюсь на твое благоразумие, — говорит Игорь холодно, а я до сих пор не могу привыкнуть к тому, как быстро он превратился для меня в чужака. — Нам нужно уже готовить детскую. У Сони срок через два месяца…

— Игорь! Я поняла! Позвоню, когда съеду! — сбрасываю вызов и бросаю смартфон на пассажирское сиденье, сжимая руль до побелевших костяшек. А потом замахиваюсь и бью по колесу. Но это не уменьшает боли в груди, тогда я начинаю колотить по нему двумя руками до тех пор, пока не выдыхаюсь.

— Ненавижу! — шиплю сквозь сжатые зубы.

Закрываю лицо руками и пытаюсь успокоиться.

Прошло всего полтора месяца с тех пор, как муж собрал вещи и ушел к своей молодой любовнице, которая, как оказалось, должна скоро родить от него.

Первые пару недель я находилась в полной прострации и до конца не верила, что он ушел от меня насовсем. Но это оказалось не самым худшим. Потому что три недели назад Игорь потребовал от меня освободить квартиру, так как у него теперь полноценная семья и ему нужнее наша уютная квартирка. Мне же он пообещал вернуть половину стоимости. А я согласилась, находясь в таком шоке, что не могла даже возразить.

Делаю несколько глубоких вдохов и шумных выдохов и беру себя в руки. Сегодня я не позволю этому мерзавцу испортить мне день и настроение. Ведь я приехала встречать подругу, которую не видела очень долго. И только предстоящая встреча с ней способна вызвать у меня улыбку на губах.

Выхожу из машины и направляюсь в здание аэропорта. Ее самолет уже приземлился, и я жадно высматриваю ее среди прибывших. Наконец-то виднеется знакомая брюнетистая макушка.

Женя замечает меня и срывается с места.

— А-а-а-а! — кричит она и кидается мне навстречу, чуть ли не сшибая с ног.

— Женя! — говорю радостно и обнимаю ее в ответ. — Наконец-то! — мы обнимаем друг друга, пошатываясь.

Мы не виделись с моей лучшей подругой больше двух лет. Два года назад она получила хорошую должность в Штатах и сейчас впервые с тех пор вырвалась на родину.

— Боже! Я так рада тебя видеть! — Женя чуть отстраняется, осматривая меня с ног до головы. — Вот мы с тобой оторвемся!

— Можно подумать, там ты ни с кем не отрывалась, — улыбаюсь, вспоминая ее рассказы.

— Сама же знаешь, что все это не то, — отстраняется она и смотрит на меня, удерживая за плечи. — Обалдеть! — говорит. — Как ты похудела, а все из-за этого козла.

— Похудела? Наверное… — я и правда даже не заметила этого. Но о еде в последнее время я частенько забываю, потому что мне не то что есть не хочется, а я даже дышу с трудом.

— Ничего! Мы тебя откормим. Ты же понимаешь, что на эти две недели ты моя компаньонка.

— Я совсем не против, — улыбаюсь, чувствуя, как в груди растекается тепло. — Даже более того, я очень за то, чтобы ты монополизировала мое внимание.

— Не поверишь, как я рада оказаться дома. Так не терпится всех увидеть!

— Тогда у тебя очень плотный график на следующие пару недель.

— И я не хочу терять ни единого дня! Ой, Никуль, у меня столько новостей! — говорит она воодушевленно.

— Тогда поехали скорее домой, — забираю у нее чемодан и, обнимая за плечи, направляю в сторону выхода. — Расскажешь мне все свои вау-новости!

Не успеваю сделать пару шагов, как кто-то выхватывает у меня чемодан. Я поворачиваю голову к ручке багажа и вижу мужскую здоровенную татуированную лапу, лежащую рядом с моей.

Я дергаю чемодан, пытаясь отвоевать его, но наглец не отдает мне его.

— Это, вообще-то, наш чемодан! — говорю возмущенно, поднимая на него взгляд, и замираю, встретившись с яркими синими усмехающимися глазами.

— Я знаю, — говорит он низко, — что это наш чемодан.

Нахал проходится по мне оценивающим взором, осматривая с головы до ног и обратно, и меня обдает кипятком от этого наглого мужского внимания.

— Новость номер один! — слышу, как откуда-то со стороны доносится голос подруги. — Артём прилетел вместе со мной!

И я только теперь понимаю, что этот высокий татуированный качок с порочной усмешкой на губах и проницательным взглядом — сын моей подруги. Тот самый тощий угловатый восемнадцатилетний мальчик, которого мы с ней провожали в аэропорт семь лет назад на учебу в лучший университет Америки.

— Ну, привет, Ника, — говорит он таким тоном, что меня осыпает мурашками. — Нас ждут незабываемые две недели.

Глава 2

— И что? Ты просто сбежала после этого, а наутро улетела? — смотрю на подругу, в очередной раз поражаясь ее раскованностью.

— Ну а что? Мы оба получили то, что хотели. Продолжения я ему не обещала, — она отпивает из бокала Просекко, а в глазах пляшут черти.

Это уже наша третья бутылка. А кажется, что разговорам нет конца и края. Теперь я боюсь, что двух недель нам будет катастрофически мало.

Артём сразу же после того, как мы приехали из ресторана, принял душ и уехал куда-то кутить с друзьями, подмигнув на прощание.

Я с облегчением выдохнула, когда он ушел. Потому что почти всю дорогу из аэропорта я ловила в зеркале заднего вида тот самый пристальный взгляд, в котором мне мерещился мужской интерес. И стоило нашим глазам встретиться, как я вспыхивала и тут же возвращала взор к дороге. А он так и пялился на меня с порочной усмешкой на чувственных губах, смущая и заставляя нервничать.

— Ох, Женька! Бедные мужики. Ты не оставляешь им шанса. Хотя они так стараются.

— Все же просто! Не надо перед ними стелиться ковриком. Прежде всего надо думать о себе, о своих желаниях и удовольствиях. А если что-то тебя не устраивает, то на хуй с пляжа! Вот ты вокруг своего Игоряши танцевала с бубнами, и к чему это привело?

Горло сдавливает словно тисками, а кровь мгновенно приливает к щекам. Лицо пылает, и я с трудом делаю вздох. Мне неприятно разговаривать о муже. Точнее, почти бывшем муже. Как и признавать правоту подруги. Потому что я правда думала, что таким образом проявляю к Игорю свою любовь и заботу. Но они, как оказалось, совсем ему не нужны. Основа его счастья — это секс с молоденькой девочкой, что смогла забеременеть от него без проблем.

— Прости, — заметив мое выражение лица, говорит Женька. — Просто… он всегда был червяком… Слушай, а пойдем в клуб! — хватает меня за руки подружка.

— Жень, какой клуб? Ну ты серьезно?

— А почему нет? Хватит киснуть, словно мы бабки! К тому же мы с тобой так давно не виделись. И я хочу, чтобы от моего отпуска остались яркие воспоминания не только у меня, но и у тебя.

— Я даже не знаю ни одного клуба, — почему-то ее предложение вызывает у меня мандраж и предвкушение какого-то праздника.

— Об этом не беспокойся! Для этого есть интернет.

Женька берет смартфон и, вбив в поисковик “самые модные клубы”, быстро определяется с местом, где мы планируем дальше веселиться.

— Предлагаю, оторваться так, как мы не отрывались в студенчестве! — заявляет она.

— Это как?

— Сегодня ночью мы ни в чем себе не будем отказывать. Договорились? Надо вытравить из твоей хорошенькой блондинистой головушки этого паразита Игоря. Ты готова?

Легко сказать “вытравить из головы”. Но ведь под действием алкоголя мне только острее хочется позвонить ему, потребовать объяснений, которых он мне так и не дал. Или элементарных извинений.

— Пока я даже не представляю, что конкретно ты имеешь в виду. Но если тебе нужно мое согласие, то да, я готова.

Спустя тридцать минут мы, выпотрошив шкаф Женьки, натягиваем на себя наряды времен ее студенчества — экстремальные мини-платья в пайетках. Делаем боевой раскрас и падаем в такси.

Дорога до клуба проходит незаметно. В крови пузырится Просекко, окрашивая мир вокруг не просто огнями ночного города, но и предвкушением какого-то чуда. Отчего-то я уверена, что именно эта ночь поможет мне хотя бы на короткое время забыть о том, что моя жизнь разрушена.

Такси резко тормозит у здания, сияющего ярче, чем новогодняя елка. Огромные дисплеи транслируют рекламу вечеринок в клубе, а бегущая по верху здания надпись “Пекло” не дает усомниться, что мы приехали именно туда, куда и планировали.

Пульсация басов, доносящихся из самого клуба, ощущается даже в салоне авто. Женька, не дожидаясь, пока я соберусь с мыслями, выскакивает из машины и тянет меня за руку. Стоит покинуть авто, и я чувствую под ногами пульсацию асфальта.

— Пошли, трусиха! — смеется она, стараясь перекричать шум.

Я спотыкаюсь на высоких каблуках, но ее крепкая хватка не дает мне упасть. Дверь клуба распахивается перед нами, и нас накрывает волной горячего воздуха, густого от ароматов духов, алкоголя и чего-то запретно-сладкого.

— О боже! — вырывается у меня, когда я оглядываюсь вокруг.