Юлия Герман – Порочный сын подруги. Нам горячо (страница 3)

— Тебе хватит!

— Ты как вообще тут оказался? — злится она. — Иди, куда шел! Правда, Ник? — смотрит на меня. — А мы идем танцевать!

Я не успеваю отреагировать на ее слова, как Женя растворяется в толпе танцующих тел.

— Женя! — кричу я, замирая с бокалом в руке.

— С ней все в порядке, — говорит Артем.

— Откуда такая уверенность? Она пьяна! — пытаюсь воззвать к его здравому смыслу.

— Мы найдем ее на танцполе, — он убирает из моих пальцев коктейль и тянет меня в ту сторону, куда ушла его мать.

Пальцы парня такие горячие и сильные, наверное поэтому я не нахожу в себе сил сопротивляться. Иду следом за ним на танцпол, словно во сне.

Музыка накрывает меня волной, когда мы пробираемся сквозь толпу. Артем не отпускает мою руку, его пальцы плотно сжаты вокруг моих, будто он боится, что я исчезну.

— Женя! — зову я, пытаясь перекричать басы, но мой голос теряется в гуле голосов и децибел.

— Расслабься, — Артем кладет руки мне на талию и поворачивает к себе спиной, его губы почти касаются моего уха. — Она уже вон там, — дыхание перехватывает, когда его грудь едва касается моей спины.

Я следую за его взглядом и вижу Женю. Она танцует с каким-то парнем, смеется, запрокинув голову. Выглядит так, будто ей плевать на все. И кажется, будто она даже забыла, что пришла сюда вместе со мной.

— Видишь? Все в порядке, — от его низкого голоса волоски приподнимаются на теле и кожа покрывается мурашками.

Хочу ответить, но слова застревают в горле, потому что в этот момент его руки опускаются на мои бёдра и он притягивает меня к себе. Наши тела соприкасаются, и я чувствую каждый его мускул сквозь тонкую ткань его рубашки. И жар, идущий от него, обжигает даже сквозь одежду.

Мозг путается, отказываясь думать о том, что это сын моей подруги и между нами разница в возрасте почти тринадцать лет. И все, что происходит здесь и сейчас, неправильно. Но мы ведь просто танцуем, верно?

— Артем… — говорю я, но слова застревают в горле, когда он начинает двигаться в такт музыке, увлекая меня за собой.

— Ты же хотела танцевать? — вжимается бедрами в мои ягодицы и выписывает круги, и я отчетливо чувствую каменную эрекцию под его ширинкой, которая напоминает мне, что он уже совсем не мальчишка.

Я не могу сопротивляться. Его движения уверенны, грациозны, и я ловлю себя на том, что повторяю за ним, двигаясь синхронно. Его руки скользят по моей талии, опускаются ниже, и я чувствую, как по спине бегут мурашки.

— Что ты творишь? — шепчу я, но мой голос дрожит. — Я подруга твоей матери! Лучше найди себе молодую девочку для танцев.

— Не хочу девочку, — его губы касаются моего уха. — Хочу тебя. Я хочу, чтобы ты танцевала сегодня не только со мной, но и подо мной.

— Нет… — звучу неубедительно.

— Да, Ника. Ты же не хочешь, чтобы твоя подруга узнала, что ты лезешь в штаны к ее сыну?

— Ты не посмеешь? — замираю, надеясь, что он пошутил.

— Только если ты сделаешь все, что я захочу. И тогда я оставлю тебя в покое.

Порочные слова оседают тяжестью внизу моего живота. Мне нужно возмутиться, но он так двигается и пахнет, что это сводит меня с ума.

Наши тела сливаются в танце, и мозг окончательно отключается.

Его прикосновения вызывают дрожь и томление. Дыхание сбивается, когда его ладони соскальзывают мне на живот, а затем ползут выше и накрывают грудь. Я задерживаю воздух от неожиданности и тех ощущений, что вызывают его прикосновения.

Запах парня пьянит. Дорогой терпкий парфюм со свежими нотками и аромат его тела заставляют мой пульс бешено колотиться.

— Ника… — он произносит моё имя так, что внутри меня что-то сжимается. А низ живота наливается свинцом.

Я откидываюсь головой назад ему на плечо, и тогда он обхватывает мои щеки ладонью, задирая сильнее мою голову. Он наклоняется и накрывает мой рот своим.

Стоит его губам прикоснуться к моим, как у меня окончательно срывает тормоза. Приоткрываю рот, впуская горячий скользкий язык и позволяя ему дотронуться до моего. Его вкус заполняет мой рот, обволакивая. И вот я уже отвечаю ему. Вторая рука парня ползет вниз по моему бедру и задирает подол.

В голове что-то щелкает. Сын моей подруги лезет мне под юбку прямо посреди танцпола.

Это ненормально! Я вырываюсь из его рук, резко оборачиваясь и всматриваясь в глаза парня. Но вижу в них только желание. И теперь он не скрывает его, не маскирует за вежливостью. Его желание голое, жгучее, и я понимаю, что не хочу, чтобы он его скрывал.

— Мы не должны… — начинаю я, но он снова тянет меня на себя и перебивает поцелуем.

Горячие и влажные губы захватывают мои с такой уверенностью, будто знают, что я не оттолкну его. И я не отталкиваю. Наоборот. Мои руки впиваются в его плечи, я притягиваю его ближе, целую глубже, жажду большего, чувствуя, как в венах закипает кровь.

— Ты вся дрожишь, — говорит он хрипло, отрываясь на секунду.

— Потому что… это плохо.

— О нет, детка. Это очень хорошо. И будет еще лучше, я обещаю.

Он улыбается и в следующий момент крепко прижимает меня к себе, и мы движемся к выходу.

— Артем! — кричу я, но он не останавливается.

— Ты же хотела забыться? — бросает он через плечо.

И я с ужасом понимаю, что да. Хочу. И не с кем-то случайным, а с ним.

— А как же?.. — вспоминаю про подругу.

— Ни о чем не думай, — он заталкивает меня за какую-то дверь, окончательно слетая с катушек. — Сейчас я покажу тебе, как может быть сладко.

Глава 4

Слышу, как дверь захлопывается за нами, и мы оказываемся в небольшом подсобном помещении, заваленном коробками и бутылками. В воздухе пахнет алкоголем и пылью, но все это мгновенно перекрывает его запах, горячий, мужской, пряный и запретный.

Я чувствую рядом с собой мужчину. Он источает порок и похоть. И все мое женское начало сжимается от той сексуальной энергии, что исходит от него.

— Нужно вернуться… — шепчу.

— Поздно, — одним движением Артем сгребает меня в охапку и прижимает к стене.

Он такой сильный, что у меня нет ни единого шанса противостоять ему. Его тело будто высечено из камня. Проведя ладонями по торсу, я чувствую каждый гранитный мускул и прихожу в какой-то восторг. Потому что такие мужчины бывают только на картинках.

Между бедер пульсирует, когда я представляю его без футболки.

Молодое, физически совершенное, пышущее жаром тело вжимается в меня. Крепкие руки опускаются на мою талию. Артем не дает мне опомниться, не дает передышки, как его губы снова на моих. Жесткие, требовательные, лишающие остатков разума.

— Какая же ты горячая, Ника, — шепчет он, слегка отстраняясь, но его пальцы уже задирают мое платье, скользят по бедрам, животу, накрывают грудь.

— Хочу… — шепчет он мне в губы, лижет шею. — Хочу тебя трахнуть так, чтобы ты ни о чем не думала.

Моим ответом становится тихий стон, когда его ладонь накрывает меня поверх мокрых трусиков, там, где я уже пульсирую от желания.

— Течешь, — усмехается он, и его пальцы отодвигают промокшее кружево в сторону и проводят по скользким складкам. Я стону в его порочный рот еще громче и не сопротивляюсь. Не могу. Не хочу. Мозги в кашу.

Мне кажется, что все это происходит не по-настоящему. Это все видится во сне, в котором молодой горячий парень, с кем рада оказать любая красотка, ласкает меня так, что отключается голова, но зато пробуждаются самые чувственные точки на теле.

Кажется, что от его прикосновений остаются следы на коже. Он отрывается от моих губ, горячее дыхание обжигает шею, а зубы слегка прикусывают кожу, и его дикость будоражит меня.

— Артем… — его имя срывается с губ с хрипом.

Я не знаю, о чем его прошу. Хочется, чтобы он не останавливался. И он, будто читая мои мысли, накрывает пальцами чувствительный комок нервов у меня между ног. От одного его касания меня прошибает электрическим разрядом.

— Тёма…

— Хочу, чтобы ты кричала мое имя.

И я, словно заведенная, снова и снова шепчу:

— Тёма… Тёмочка…