Юлия Герман – Игры мажоров. Опорочить чемпионку (страница 6)
— Да, — растягивает губы в улыбке. — Мик! — объявляет торжественно, а мне салат попадает не в то горло, и я закашливаюсь. — Правда, классное имя, да?
Глава 5
— Дай воды, — слышу, как по комнате кто-то ходит, и понимаю, что больше не могу терпеть эту чертову наждачку у себя во рту.
Помимо того, что там так сухо, что язык может порезать небо, а горло сейчас ссохнется, есть еще чувство, будто мне кто-то нагадил во рту, иначе я не понимаю, откуда этот мерзкий вкус, пробивающийся сквозь ощущение сухости.
Шаги звучат громче. Хлопает дверь, а я думаю, что все происходит слишком медленно, потому что жажда такая сильная, хоть волком вой.
Но наконец-то моих губ касается холодный бокал.
— Пей! — гремит голос Амелии, и я делаю несколько жадных глотков, чувствуя, как влага напитывает сухую полость рта.
Осушаю бокал и отдаю ей его обратно, как рядом на тумбочке начинает вибрировать смартфон.
Переворачиваюсь на живот и забираю гаджет.
— Да, — принимаю вызов, слыша, как где-то то ли фыркает, то ли шипит моя подружка.
— Здорово, бро! — льется из динамика голос Дэна. — Ты как там? Еще жив?
— Вроде того, — скриплю, как старый паровоз.
— А ты где вообще? Я думал, ты поедешь ко мне, а потом ты испарился куда-то.
— У Амельки, — и снова где-то в комнате раздается фырканье.
— Кхм, — кашляет Дэн. — Это как?
— Ну, как-как, на такси, наверное. Да, Амель? — приоткрываю глаз и смотрю на брюнетку, скрестившую на груди руки и смотрящую на меня слишком странно.
— Я понятия не имею, на чем ты притащился, — рявкает она, чем заставляет меня проснуться окончательно. Потому что я ни разу не видел ее в подобном состоянии.
— Дэн, я перезвоню, — сбрасываю вызов и переворачиваюсь на спину, потирая ладонями глаза. — Так, — пытаюсь вспомнить предыдущую ночь, но в голове вакуум. — Я где-то накосячил?
— Накосячил? — вспыхивает она и делает шаг ко мне.
Смотрю на ее разъяренное лицо, и у меня не остается сомнений. Видимо, я снова назвал ее чужим именем.
— Малыш, — это самое безопасное обращение, — давай без загадок. Ты скажешь, что я натворил, мы сладко помиримся и войдем в этот день с прекрасным настроением.
— Гордеев, ты совсем спятил?! — кричит она, да еще и называет по фамилии, и это тревожный звоночек.
Видимо, мой косяк оказался чуть крупнее, чем мне кажется. И мне надо это немедленно с ней замять, потому что я не хочу потом видеть в универе ее злобное лицо.
— Амель, — закидываю руки за голову, улыбаясь максимально очаровательно, насколько я вообще способен. — Иди лучше ко мне, малыш. Ты такая секси, когда злишься.
— Ты что, реально думаешь, я настолько тупая дура, что запрыгну на тебя после того, как ты у меня на глазах сначала зажимался с какой-то курицей, а потом трахал ее прямо в коридоре клуба?
— Чего? — моя вера в то, что все можно решить оргазмом, мгновенно тает. — Ты что несешь? — смотрю на нее, стараясь понять, придумала она это или нет.
— Это я несу? — скрещивает руки на груди, зло усмехаясь.
— Как бы я тогда оказался у тебя? — кажется, что это мой единственный разумный довод против того бреда, что она решила на меня навесить.
— А этого я сама не поняла, Гордеев! — глазами мечет молнии, способные меня убить насмерть. Ну просто фурия.
При взгляде на нее такую у меня дергается в паху, и я все же допускаю мысль, что смогу ее уломать взять у меня в ротик, после чего я трахну ее в благодарность.
— Как так? — почему-то кажется, что она что-то недоговаривает. — Мы же вместе были в клубе, верно?
— Нет, не верно! — рявкает она. — Ты. Обещал. Приехать!
— Я же приехал, — снова улыбаюсь. — Так в чем проблема?
— Какой же ты все же мудак! — морщится она в отвращении.
— Раньше ты считала это моим достоинством, — чешу ребра слева.
— Думаешь, приятно сидеть и ждать тебя голой весь вечер, словно я дура какая-то? А потом из сторис узнавать, что ты тусишь в клубе!
— Подожди, Амель. Я точно помню, ты там была.
— Я приехала, уже когда ты вовсю зажигал с этой сисястой курицей.
Точно! Теперь в памяти вспыхивает образ девчонки с трясущейся четверкой, что ритмично терлась об меня. Даже думая о ее сиськах, я возбуждаюсь. Немудрено, что я не устоял перед таким богатством.
— Ну, подумаешь, потанцевал. Ты когда успела стать такой собственницей?
— Ни хрена себе у тебя танцы! — злится она еще сильнее. — Сначала я потеряла дар речи, когда увидела, как вы там пожираете друг друга прямо на танцполе, а потом и вовсе… ты даже не удосужился помещение найти, чтобы ей засадить.
— Хочешь сказать, я у тебя на глазах отымел первую встречную? — хоть и кажется бредом, но, учитывая количество выпитой текилы, вполне может быть правдой.
— Я одного не пойму, Гордеев! Какого хрена ты завалился посреди ночи ко мне? — переходит на ультразвук Амелька.
— Так обещал же, — улыбаюсь ей.
— Ну ты… — надувает она щеки, как рыба фугу.
А я всеми фибрами души не выношу женский крик. Откидываю одеяло, под которым я без трусов, и поднимаюсь на ноги.
— Даже не смей подходить ко мне! — рычит она.
Но я-то знаю, что все ее недовольство потому, что я обделил вниманием ее накануне.
— Иди ко мне, малыш, — притягиваю ее к себе и, сжимая в объятиях плохо сопротивляющуюся Амелию, целую ее взасос.
Не проходит и пяти минут, как она стоит передо мной на коленях, обрабатывая мой ствол пухлыми губками.
А спустя час я покидаю оттраханную и довольную подругу, попутно набирая Дэна.
— Прости, бро. Только сейчас получилось перезвонить.
— Только не говори, что она дала тебе после того, что ты вчера устроил?
— Хочешь мастер-класс? У нас не эксклюзивные отношения. И хороший оргазм может решить любые разногласия.
Слышу в динамике ржач друга.
— Ты, блядь, просто Сигма, — ржет этот конь.
— Ты только за этим позвонил? — вижу свою тачку, благодарю Небеса за “трезвых водителей” и падаю за руль.
— Не забудь, что сегодня идем на концерт.
— Бля, спасибо, что напомнил. Я уже забыл.
— Я так и подумал. Значит, до вечера.
— Увидимся, бро, — сбрасываю вызов, а затем принимаю входящий от брата. — Чего тебе?
— И тебе доброе утро!
— Ага. Так что ты хотел?
— У тебя остались еще свободные билеты?