Юлия Герман – Игры мажоров. Опорочить чемпионку (страница 8)
Я стараюсь смотреть прямо перед собой и не обращать внимания на то, что происходит чуть позади нас с Виком. А там Сашка практически оседлала Мика и продолжает поедать его рот и при этом двигаться слишком непристойно.
Не знай я о том, что они познакомились лишь накануне, и о том, какая он свинья, а она легкомысленная и ветреная, то, возможно, могла бы за них порадоваться.
Но даже если бы между ними были настоящие чувства, подобное поведение для меня просто недопустимо. Более того, это омерзительно.
Но это не должно меня касаться, верно? Это совершенно не мое дело.
Правда, то, как они ведут себя, бесит безмерно, но я держу себя в руках и стараюсь этого не демонстрировать.
— Иди сюда, — вытягивает меня с места Вик, поднимая на ноги, и обнимает со спины, медленно покачиваясь. — Слышала эту песню? — спрашивает, когда мелодия меняется и звучат аккорды новой песни, что кажется мне смутно знакомой.
— Возможно… — говорю неуверенно, потому что мне мешает жжение на лице. Я отчетливо ощущаю на себе пристальный взгляд, который не получается игнорировать.
Вик опускает руки мне на живот, плотнее прижимаясь со спины.
— Расслабься, — говорит он мне, касаясь губами уха и пуская мурашки по коже. — Просто слушай.
Я откидываю голову ему на грудь и пытаюсь сосредоточиться на происходящем на сцене. Зрители включили фонарики на телефонах и подняли их вверх, превращая спортивную арену в звездное небо, и это невероятно завораживающее зрелище, сопровождаемое красивой балладой.
Кажется, даже Санька успокоилась и отлипла от Мика, ведь именно поэтому он пытается прожечь во мне дыру глазами? Потому что ему скучно.
Скулу печет так, что я провожу по ней рукой, пытаясь смахнуть неприятное ощущение, и все же смотрю в его сторону.
Наши глаза встречаются, и он мне подмигивает, вызывая во мне новую волну злости.
— Что-то не так? — осторожно интересуется Виктор.
— Все супер, — улыбаюсь в ответ и до самого конца шоу больше стараюсь не замечать брата моего парня и мою лучшую подругу.
— Вау! Это было просто потрясающе! — Саша фонтанирует восторгом после концерта, когда мы наконец-то покидаем арену. — А тебе, Мик? Понравилось? Скажи, что тебе понравилось?
— Неплохо, — лениво отвечает этот озабот, следуя рядом с нами.
— Неплохо? — спрашивает его белобрысый ёжик. — Это было о-ху-и-тель-но! — выходит он вперед и пятится задом. — А как они “Волны” сыграли вживую?
— Дай угадаю, — спрашивает его другой, кажется Тим. — Ты кончил?
— Я был на грани, старик, — усмехается он под шутки своих друзей.
А у меня уши в трубочку сворачиваются от их разговоров. Потому что это похоже на треп каких-то малолеток, а не парней — студентов престижного вуза.
— А тебе как? — тихо спрашивает Вик, держа меня за руку, когда мы отстаем от его друзей.
— Мне понравилось…
— Но?.. — он будто чувствует мои эмоции.
— Давай в следующий раз пойдем вдвоем, договорились?
Я не умею притворяться и тем более играть роли. Все мои эмоции обычно написаны у меня на лице. И как правило, людям не нравится то, что они там видят. Потому что мне мало кто симпатичен. А если я испытываю неприязнь, то это особенно сложно скрывать.
— Не обращай на них внимания. Они просто… еще такие дети, — говорит с легкой улыбкой на губах.
— Они старше меня, — усмехаюсь.
— Ты же знаешь, что мальчики взрослеют позже девочек, верно? — продолжает улыбаться.
— Да, но это не значит, что до самой старости нужно отставать в развитии.
— Твоей подруге нравится их уровень, — кивает он на Сашу, что виснет на руке Мика и заливисто хохочет.
— Ей много что и кто нравится, — не хочу звучать как сука, но такова правда. И если у нас с Виком все серьезно, то почему я должна скрывать это от него?
— Значит, можно не переживать, что Миха разобьет ей сердце? — теперь в его голосе нет и намека на улыбку.
— Думаю, она быстро справится с этим потрясением.
Дальше мы идем молча, и только гул толпы, что направляется к парковке и метро, не дает мне почувствовать себя неловко.
— Ты совсем не переживаешь за нее? — внезапно говорит он.
— Ари! — в этот миг Сашка оборачивается, пятясь назад, не выпуская при этом руки Мика. — Ребята едут в клуб! Давайте с нами!
— Прости, утром тренировка, — радуюсь тому, что у меня есть железобетонный аргумент, против которого не поспоришь.
— Черт, — вырывается из нее с сожалением. — Никакой нормальной жизни с твоими тренировками, — вздыхает она, но меня это совершенно не трогает. Потому что мысленно я уже нахожусь на корте и слежу за мячом.
В ответ я лишь пожимаю плечами, не собираясь в очередной раз доказывать, что у каждого свое представление о нормальности.
— Ну, может, ненадолго?
— Да ладно, малыш, — обнимает ее за талию младший братец Вика. — Не все умеют кайфовать и получать наслаждение от каждого прожитого момента.
— Не переживай, малой, когда подрастешь, то поймешь, что в жизни много всего прекрасного без пьянок и кутежей, — вступается за меня Вик.
— Чуешь? — тянет носом воздух Дэн. — Скуфом запахло. А можно перевод со скуфского на нормальный? — смеется он.
Но вместо ответа Вик показывает ему средний палец, после чего вся компания начинает хохотать в голос.
— И девочку не обижайте! Иначе я с вас три шкуры спущу! — бросает им на прощание Гордеев.
Парни и Саня уходят дальше в поисках их машины, а мы забираемся в салон авто Вика.
— Ты спрашивал, не переживаю ли я за Сашу? — решаюсь ответить на его вопрос, когда мы трогаемся с места. — Конечно переживаю. Но дело в том, что ей не нужны мои переживания. Ей нравится такой образ жизни, и, возможно, чтобы он изменился, она должна хотя бы раз серьезно обжечься.
— Ты хочешь, чтобы она обожглась? — хмурится Вик.
— Я просто хочу, чтобы она поумнела и начала уважать себя. Потому что… ты не обижайся, но я скажу правду. Связываться с таким, как твой брат, с тем, кто сношается с первой встречной и даже не берет у девушки номер телефона после, — это дно. И если ей нравится барахтаться в этой грязи, то невозможно заставить ее полюбить чистоту. Понимаешь?
Вик молчит, бросая на меня озадаченные взгляды.
— Я понял тебя, Ари. Мне повезло, что ты далека от всего этого. Потому что… ты права. Такие, как мой брат, они живут в поиске острых эмоций. И рано или поздно все это сыграет с ними злую шутку.
Глава 8
— Ты чего скис? — выныриваю из мыслей, когда Дэн толкает меня в бок. — Девочка для тебя старается, а ты сквозь нее смотришь.
Только теперь я вспоминаю, что Саша танцует прямо передо мной сексуальные танцы, стараясь показать, какая она горячая штучка.
— Я все вижу, — подмигиваю белокурой нимфе с зачетной четверкой, что колышется в такт ее движениям, и на несколько мгновений позволяю себе залипнуть на этом зрелище.
Как там говорят? Бесконечно можно смотреть на то, как горит огонь, как течет вода и колышутся сочные женские сиськи. На этом правда можно залипать целую вечность.
Саша продолжает танцевать, стараясь вроде для меня, но позволяя наблюдать за собой всем остальным, и это меня почему-то нисколько не задевает. Да и чему тут задевать, если я вижу ее только второй раз в жизни и точно знаю, что она не из тех, кого я поведу знакомиться с родителями.
— О, Вик! — громко тянет Гарик, и я вздрагиваю, мгновенно перевожу взор на брата и сканирую пространство рядом с ним, проверяя, один ли он. — Куда дел свою цыпу?
— Ари отдыхает, — падает на диван брат, закидывая руки на спинку, и я моментально теряю интерес к нему. Потому что его новая сучка сдалась и отправилась домой. Хотя мы могли так весело покусать друг друга.
— Царевишна отдыхает, — усмехается Игорян. — Слушай, Вик. Ну ты словно не с соской молодой встречаешься, а с бабулей.
— Ты бы язык держал за зубами, когда говоришь о ней, — твердо заявляет брат. — Проявляй уважение к девушке.
— У-у-у, как все запущено! — разливает по бокалам виски Гар. — Кажется, кого-то посадили на короткий поводок. Ты там проверь, яйца твои все еще на месте или Ари их с собой под подушку забрала.
Вижу, как Вик играет желваками, и понимаю, что Власов напрашивается.