Юлия Фирсанова – Тиэль: изгнанная и невыносимая (страница 44)
Новое обличье милой Теноби имело габариты крупного медведя. Маленькая шеилд получила способность к трансформации и теперь по желанию могла менять облик. К счастью, дар к обратному преобразованию и длительному пребыванию в миниатюрном виде лиловоглазая мастерица сохранила в полной мере, как и мелодичный голосок в любой из форм.
– Красавица! – вполне искренне похвалила подругу Тиэль, подтверждая старинное убеждение иных рас: вкус эльфов – это отдельная и очень причудливая песня.
Стоило Тиэль откинуть полог, как «малышка»-хвастунишка закружилась в танце, демонстрируя все свое великолепие. Из брюшка выстрелили мощные нити пружины. Теноби подхватила их на лету и свила изящную копию прикроватного кресла. Тиэль, одеваясь, пощупала поделку, поразилась ее упругости, превосходящей дерево, и даже не отказала себе в удовольствии испытать предмет меблировки, присев на него и попрыгав. Кресло чуть пружинило и оказалось куда комфортнее образца.
– Ты настоящая мастерица, дорогая. И я рада твоей новой способности к смене облика. Вот только, боюсь, теперь яичной диеты будет маловато, а воры к нам нечасто заходят на огонек. Кроликов придется покупать.
Теноби издала очередную переливчатую трель, сопровождаемую мысленным посылом следующего содержания: часто питаться ей теперь не нужно, а если хоть изредка в ловушки будет попадать кто-нибудь нехороший, то на жизнь хватит. Но и на кроликов, в порядке исключения, она тоже согласна, пусть разумные негодяи вкуснее и крупнее.
Милую девичью беседу о вкусной и здоровой пище прервало почти вежливое покашливание призрака, прибывшего с одной маленькой новостью.
Адрис проинформировал подругу:
– Там тебя в приемной дракон недобитый ждет. Я его впустил, только наказал по особняку не шастать. Оно, конечно, на драконах наша девочка в рост еще быстрее пойдет, да только, кажется, ты к этому изгнаннику какую-то симпатию питала.
– Определенно. И в сферу питания для Теноби дракона переводить не желаю, – согласилась Тиэль, завершая утренний туалет и гадая, что могло понадобиться от нее исцеленному дракону.
Неужели размышлял три дня и три ночи и решил-таки вернуться к родичам, а теперь зашел попрощаться? Расставаться с Криспином было бы жаль.
Однако вид друга, не ставшего рассыпаться в вежливо-ритуальных словесах, заставил пересмотреть изначальную версию.
– Милости богов, Тиэль, – обратился к хозяйке особняка дракон. – Я возвращал себе память крыльев за пределами Примта, когда увидел
– Я не жду и не приглашала гостей из Дивнолесья. А им незачем искать общества изгнанницы, – покачала головой Тиэль без особой грусти или горьких сожалений о загубленной жизни. – Но благодарю тебя за предупреждение. Было бы неприятно неожиданно столкнуться с соотечественниками.
– Если понадоблюсь, пришли весточку; ты всегда и во всем можешь рассчитывать на мою помощь, Тиэль, – предложил Криспин. – Я буду в лавке. Кажется, у моего подмастерья в разгаре брачный сезон по чьей-то остроухой милости, потому лучше не оставлять торговлю без пригляда.
Тиэль переливчато рассмеялась, принимая вину за наводку на невесту, и выбросила из головы мысли об эльфах. Куда интереснее ей сейчас было вдвоем с паучихой изучить все возможности новой формы Теноби. Кинтер и Адрис с готовностью подключились к экспериментам. Да так рьяно, что кое о каких прочих обязанностях подзабыли, вернее, отнеслись к ним наплевательски.
Глава 23
Цветочная загадка
Тиэль о проделках компании деятелей узнала слишком поздно. Набатным колоколом дурной вести стал появившийся на пороге особняка старый знакомый. Тот самый Миграв, просивший помощи Тиэль более полугода назад и с той поры время от времени захаживающий к ней по долгу службы.
Коротко стриженные волосы оборотня напоминали Тиэль больше мех волка, чем прическу человека. Раскосые желтоватые глаза, широкий нос и узкие длинные губы дополняли картину. Весь внешний вид стражника говорил о том, что в детстве и отрочестве, той поре, когда закладываются черты лица, паренек проводил куда больше времени на четырех ногах, нежели на двух. Вот волчий облик и наложил неснимаемый отпечаток. Учитывая факт принадлежности к династии стражей, Тиэль допускала намеренное воздействие на мальчика старшими родственниками. Из Миграва готовили стража, способного чуять и слышать в любом обличье. Критерий внешней красоты никого в этом процессе не волновал. Пах обычно оборотень большим надежным зверем, а вот выглядел для особого взора эльфийки не волком, а ростовым щитом, за которым легко укрыться и на шипастую крепь которого сподручно принять врага.
Сейчас стоящий у дверей стражник был скорее раздосадован, нежели зол, и явно взволнован. Едва Тиэль открыла, он выхватил из-за пазухи листок бумаги и, потрясая им перед носом Тиэль, сердито рыкнул:
– Как это понимать, лейдин?
Эльфийка чуть приподняла тонкую бровь и аккуратно, двумя пальчиками, позаимствовала предмет у визитера. Подозрительно знакомый предмет. Тиэль развернула лист и нахмурилась. На бумаге ее почерком был выведен короткий список и указания по поиску тайников Шкурника, ставшего пищей для Теноби. Там же, на обороте странички, имелась собственноручная приписка Тиэль – передать Миграву. На чистой стороне листа уже другим почерком было выведено: для старшего стража Миграва, сына Бъертира. И более – никаких пояснений.
– Неужели ты думала, что я не узнаю твоего запаха? Да и не пишет никто в городе больше на такой «бумаге». К чему эти шутки, лейдин? – все еще рассерженно, но видя явную озадаченность эльфийки, уже тише прорычал стражник.
– Милости богов, лейдас. Нет, я не шутила с тобой. Проходи, и мы постараемся выяснить вместе, кто и что думал, вручая тебе эту писульку без надлежащих пояснений, – промолвила Тиэль, впуская оборотня в дом.
Одним слитным движением Миграв перетек за порог, привычно принюхался и не удержал горлового рычания, идущего из самой звериной сути существа. При этом, надо отдать должное настоящему стражу и защитнику, он попытался задвинуть Тиэль себе за спину, поближе к выходу.
– Что-то не в порядке? – в свою очередь насторожилась и эльфийка.
– В особняке витает запах шеилд, – сжимая рукоять оружия и готовясь пустить его в ход, напряженно поведал страж. Разок Миграву доводилось спускаться в катакомбы Илта. Выйти живым – вышел, но лишь чудом. Потому никакого желания повторять самоубийственную эскападу не возникало и теперь, спустя пару десятков лет.
– Да, конечно, шеилд – это Теноби, – спохватилась эльфийка, позабывшая предупредить гостя. – Она живет с нами. Очень полезная соседка. Ловушки графу Адрису помогла обновить, мне полог на кровать связала, кухарке – скатерти и салфетки. Такая искусная мастерица!
– Укус шеилд смертелен, – на всякий случай, хоть и понимая, что может выглядеть глупо, сообщая очевидные факты, предупредил Миграв.
– Точно, ее яд уникален по своему составу! Как только будет время, непременно исследую его свойства и найду применение. Думаю, он станет важнейшим компонентом во многих целительных снадобьях, если правильно подобрать дозу, – одобрительно согласилась Тиэль.
Объяснив очевидное невероятное, эльфийка за рукав аккуратно потянула оборотня в сторону зала для приема посетителей, продолжая лекцию на ходу:
– Собственно, листик с записями, угодивший к тебе в руки, и есть результат стараний Теноби. Я уже упоминала про обновленные ловушки. В одну из них на днях попала знатная добыча. Тот самый неуловимый Шкурник, на чьем счету, как ты мне говорил, были жертвы в Примте, Киране и даже столице Кавилана – Венсаре. Справедливая насмешка богов. Ныне от самого убийцы осталась лишь шкура, остальное стало пищей для нашей маленькой паучихи. Перед кончиной со Шкурником по душам побеседовал Адрис. Убийца поведал о тайниках, где хранил поживу – плоды своих преступлений. Мы решили передать эти сведения страже для распределения среди пострадавших от рук убийцы.
– Так, стоп, лейдин, давай по порядку. – Оборотень, присевший было на стул в зале под давлением маленькой ладошки собеседницы, снова вскочил и, взъерошив короткий ежик волос на голове, уточнил: – Ты нашла общий язык не только с домашним призраком, но и с ужасом из катакомб Илта? И еще вы ухитрились поймать Шкурника?
– Теноби – очень воспитанная и милая девочка. Если ее не обижать, она никому не причинит вреда. По просьбе графа Адриса Теноби помогла ему с ловушками, хранящими домашний покой, – горячо вступилась за любимицу эльфийка. – В сети попал вор. Что это именно Шкурник, граф узнал при допросе и так рассердился, что страже, сами понимаете, передавать было нечего.
– Он умирал в муках? – кровожадно понадеялся оборотень, слишком близко к сердцу принявший то кровавое дело и до сих пор мучимый совестью.
– Да. Адрис попросил Теноби об особой услуге.
– Какая полезная зверушка! Не могу сказать, что огорчен, – признался Миграв, чуть расслабившись, хоть и продолжал незаметно принюхиваться к пестрому букету ароматов, витающих в особняке. Преобладали растительные, но какие именно? Оборотень не смог опознать и трети. Самолюбие было задето. – Что же случилось дальше? Признаться, не улавливаю точной связи и не хочу строить догадок.