Юлия Фаро – Дело № 3. Вертеп санаторного типа (страница 52)

Зиночка молча зыркнула на полный графин, стоявший на столе.

Кольцов схватил стеклянную ёмкость и, набрав воду в рот, выпустил фонтан на истеричку.

— Или вы рассказываете всё по порядку, или встаёте и покидаете комнату, — подытожил он. — Только без лишней патетики, рекомендую перейти сразу к сути…

— Эллада полюбила меня, как только увидела! Она сказала, что мы созданы друг для друга… — пылко заговорила Белла. — Она помогла мне избавиться от навязчивой Гали, которая шантажировала меня и не отходила ни на шаг. Это Эллада нашла исполнителей. Я не знаю, кто они, — честное слово, не знаю! — кто и как убил Гунарас! Я только помогла сбросить труп с крыши. Эллада — то есть Эд, я звала её Эд — сказала, что общая тайна нас сблизит… Это так по-настоящему, когда любящий человек готов для тебя на всё… Вы даже не представляете, что я пережила! Подлая Гунарас пыталась заразить меня СПИДом. Хорошо, что Панаётис смогла достать экспериментальное лекарство, блокирующее распространение болезни в течение трёх дней!

— Скажите, пожалуйста! Чудодейственное экспериментальное лекарство! — ехидно заметила Зиночка. — И где же его производят?

— Где производят — не знаю! Но выкупала я его через фонд «Солон 21 века»…

— Ну надо же быть такой глупой! — ударила по больному Князева.

— Тихо! — приказал Фёдор. — Не отвлекайтесь, Белла, дальше рассказывайте!

— Она помогла мне, но просила, чтобы и я ей помогла! — всхлипнула Синельникова.

— Интересно, в чём? — полюбопытствовала Зиночка.

— Несколько лет тому назад Панаётис очень нужны были деньги, она ведь очень талантливая. Она — настоящий музыкант! Но у неё даже на приличную скрипку не было… Тогда Эллада согласилась на откровенные съёмки. Вы же видели, какая она красавица?!

— Гадина она и садистка! — не выдержала Шталь.

— Эмма, — Зиночка подошла к подруге и обняла её плечи. — Не стоит… Тем более что она мертва.

— А через время её пригласили принять участие в реалити-шоу с приличным призовым фондом. По сценарию несколько девушек соблазняли одного мужчину. Побеждала та, которой он отдавал предпочтение. Запись видеосъёмки велась круглосуточно. Зрители видели только самые пристойные моменты. Уже через неделю она стала фавориткой главного героя. Но остальные соперницы решились на заговор. Они объединились против Эллады и ночью, когда она спала, напали… Они издевались и глумились… И никто! Никто её не защитил! Они силой побрили её налысо! А этот урод, этот главный герой ничего не сделал! Он просто отказался от Эллады! Когда она хотела заявить в органы на устроителей шоу, то ей никто не поверил! Все участники стояли на своём и давали показания, что она в эту ночь покинула съёмочную площадку. И о том, что с ней произошло, никто не в курсе. А парень заявил, что она всех обвиняет из-за того, что он потерял к ней всякий интерес. Кроме того, организаторы пригрозили ей штрафом за то, что она скрыла от них, что делала операцию по изменению пола… То есть совершила трансгендерный переход…

— Чушь! — не сдержался Фёдор. — Она — пострадавшая.

— Чтобы не отвечать перед законом за безобразия, творящиеся на съёмках, устроители шоу смонтировали отвратительное видео, заставив Элладу молчать.

— Беспредел, — прошептала Зинуля.

— Неважно, называй как хочешь, но мне было с ней хорошо! Я тоже не верю в людскую порядочность! — с вызовом произнесла Белла.

— Продолжайте, не отвлекайтесь, — попросил Фёдор.

— Прошлой осенью она получила бандероль с тем самым смонтированным фильмом. Некто — Ле Местр — намекал, что если она откажется на него работать, то её карьере придёт конец.

— Она познакомилась с Ле Местр? — строго спросил Кольцов.

— Не знаю… — Белла обвела присутствующих опухшими глазами. — Правда, не знаю… Но она очень боялась этого человека. Мне было её жаль! Я не знала, что делать, тогда она предложила мне бежать! Бежать вместе с ней в Австралию. Она сказала, что у неё есть знакомые в научном международном фонде «Солон 21 века», и если я переоформлю ценные бумаги или вложу деньги в этот фонд, то мне будут начислять хорошие проценты. Кроме того, у нас не возникнет трудностей с вывозом капитала за границу… Да и фонд посодействует в переезде, изначально зарегистрировав нас с ней научными сотрудниками, переведёнными на службу в австралийский филиал. Всё так удачно складывалось до тех пор, пока вы не решили дать показания в полиции…

— Я внимательно слушала всё, что ты нам тут рассказала, — с презрением заговорила Князева. — Но знаешь, мне тебя не жаль… Больше скажу: я ни одного слова не услышала о твоём сыне, которым ты прикрываешься, пытаясь вызвать жалость и сострадание. Ты же в Австралию бежать собиралась, ты же решила бросить сына… Мой тебе совет: езжай к семье и там вставай на колени. Проси прощения у тех, кого предала. И ещё скажу: дела, которые наше агентство имеет с твоим мужем, направлены на то, чтобы как-то отмежевать господина Синельникова от всего того дерьма, в котором ты тонешь по своей инициативе да ещё и тащишь его за собой. Поэтому: как он решит с тобой поступить — так тому и быть.

— Я пыталась с ним поговорить… Но он велел ехать на вторую дачу и сидеть там не высовываясь.

— Значит, езжайте и сидите, — посоветовал Кольцов.

— Ну… Вы хотя бы не рассказывайте ему подробностей, — простонала Белла. — Хотя бы не добивайте меня, не мешайте вымолить прощение.

— Это — обещаем! А теперь уходите, нам нужно ехать, а мы ещё не собирались…

— Такое впечатление, что в выгребную яму нырял. Грязь сплошная! — заявил Фёдор, когда Синельникова убралась из номера. Затем демонстративно отключил диктофон, вытащив его из кармана. — Но и Вадим этот тоже по заслугам получает. Не фиг было за счёт женитьбы капитал наращивать. Женился бы по любви и жил в своё удовольствие…

— Знаешь, как сейчас молодёжь говорит? — отозвалась Зина. — «Без любви прожить можно, а без денег — нет!»

— Ну и дураки, — констатировал сыщик.

«Господи! До чего хорошо вернуться домой! — подумала Зинуля, переступив родной порог. — Не хочу больше никуда уезжать. Обожаю Озёрное!»

Она выгрузила вещи из чемодана в стиральную машинку, заварила свежий чай.

«Буду сидеть все выходные дома», — размечталась Князева, но тут же вспомнила о предстоящей свадьбе подполковника.

С подарком вопрос не стоял. Они с Нилом и Фёдором решили, что лучшим подарком для Молина будет предоставленный материал, добытый людьми Синельникова. С такими доказательствами ему не составит труда вывести на чистую воду всю банду альфонсов и их идейных вдохновителей.

«А невесте что подарить? Чем новобрачную порадовать?» — недолго раздумывая, она набрала Молина.

— Ваня, я буквально секунду займу. Скажи, как твоей Леночке угодить? Сижу, голову ломаю, свадебный подарок придумываю, — скороговоркой выпалила Князева.

— Зин, брось это дело. У меня Лена — она за материальное не цепляется. Она у меня очень умная и возвышенная девушка. Я таких раньше и не встречал! Уверен, что подружитесь! — гордо произнёс Иван. — И вообще, кроме своего хорошего настроения брать ничего не надо.

«Глупо получилось, — укорила себя Князева. — Нужно было догадаться, что Ваня именно так и ответит. Ладно, придётся самой выкручиваться. Эх, посоветоваться бы с кем-нибудь…»

Зинуле захотелось выйти на воздух. Она нацепила старенький пуховик и, вооружившись лопатой для уборки снега, выползла во двор.

— Добрый вечер, Зинаида Львовна, чего это вы на ночь глядя решили снег убирать?

По дорожке в направлении своего коттеджа шла Изольда Викторовна Крапивина.

— Вот, две недели отдыхала, а тут навалило так навалило, — пожаловалась Зинуля, соскребая снег со ступенек террасы. — Вы к ребятишкам ходили?

— Да, на усадьбе была.

Изольда — как и все жители Озёрного — называла местный семейный детский дом усадьбой. Заправляла там Валентина — бывшая няня Крапивиных — вместе со своим мужем.

— И как? Всё в порядке? — поинтересовалась Зиночка.

— Спасибо, всё отлично! — Изольда свернула с дорожки и подошла к Князевой. — Чувствую, спросить хотите? — вкрадчиво поинтересовалась экстрасенсша. — Спрашивайте.

— Ох, Изольда Викторовна, всё забываю про ваши эзотерические способности, — рассмеялась Зина. — Думаю, вы знаете, что Иван Молин женится?

— Ну тут и ясновидящим быть не нужно, — хохотнула пожилая дама. — Сын… Янчик мой уже сказал, что торжество у него в «Ласточке» отмечать планируется.

— Точно! — Зина в шутку стукнула себя кулачком по лбу. — Действительно в «Ласточке». А Ян случайно невесту не видел? Какая она? Я, честно говоря, даже не знаю, что же ей подарить.

С лица Крапивиной сползла дружелюбная улыбка и, пристально гладя в глаза Зинаиды, она вкрадчиво произнесла:

— Ничего дарить не придётся. Я и Янчика предупредила, что никакой свадьбы не будет…

— Как это — не будет? — Зиночке стало страшно. — Вы что, думаете, беда какая-то произойдёт? Ваня хоть жив останется?

От страха ноги налились свинцом, и Зиночке показалось, что она не может пошевелиться. Внезапно заныло в левой стороне груди.

— Изольда Викторовна, не молчите! По какой причине свадьба отменится?

— Ты, Зиночка — причина. Ты свадьбу отменишь!

И, не дожидаясь реакции на свои слова, Изольда попрощалась.

— Ерунда, — пробормотала ей вслед Зинаида. — Полная ерунда, сейчас только с Иваном разговаривала, и всё у него было нормально.