Юлия Фаро – Дело № 3. Вертеп санаторного типа (страница 36)

— Ты что, до Загорской области собрался? — удивилась Князева.

— Пока нет. У нас с Иваном там армейские связи имеются. Попрошу ребят, чтобы по адресочку сгоняли, понаблюдали…

Всю дорогу до санатория Нил никак не мог согреться. От духоты у Зиночки уже начинала болеть голова, но Моршин пресекал любую попытку убавить температуру в салоне.

— Жар костей не ломит. Грейся, Зинаида Львовна…

Он уже сдавал задом, занимая своё излюбленное место на парковке при въезде в санаторий, как из распахнувшихся кованых ворот показалась колоритная троица.

Среднего роста сухопарый мужчина — в распахнутом длиннополом пальто на норковой подкладке — шествовал с непокрытой головой. Рядом в пуховиках вышагивали два амбала, по сравнению с которыми Шрек выглядел бы просто первоклашкой.

Только сейчас детективы агентства «Ринг» заметили два чёрных «Гелендвагена», занимавших половину предназначенной для личного транспорта сотрудников площадки.

Колоритная троица уже было повернула в сторону машин, как из будки охранника выскочил дежурный и, темпераментно жестикулируя, стал указывать рукой в сторону автомобиля Нила.

«Барин» — так Зинуля про себя окрестила обладателя шикарного пальто — дал какое-то распоряжение одному из громил и в сопровождении второго бодигарда уселся в одну из машин. Второй «Гелендваген» тут же вспыхнул фарами.

Не успел Моршин вытащить ключ из замка зажигания, а следившая за троицей Зинуля отстегнуть ремень безопасности, как огромный подручный «барина» ловко схватил долговязого Нила и, вытащив из-за руля, легко пересадил на заднее сиденье. Сам тут же разместил свою тушу в водительском кресле, отодвинув его настолько далеко назад, что «прижатый» на заднем сидении Моршин еле успел сдвинуться вправо, подперев Зиночку.

— Что происходит? — гневно спросил Нил.

Зинуля схватилась за дверную ручку, но амбал заблокировал замки.

— Прости, братуха! Всё в полном поряде! Вас Вадим Григорьевич Синельников в гости приглашает. Его загородный дом поблизости. Разговор к вам, уважаемые детективы, у моего хозяина. Мы вас тут долгонько ждали… А вы — вот они… Кстати, меня зовут Виталий, а Валька — мой близнец. Заметили, поди?

Он повернул круглую шишковатую голову к Моршину и, весело подмигнув, нажал на газ. В этот момент «Гелендвагены» вырулили на дорогу, Виталий пристроился сзади, и машины рванули по снежной трассе.

— Вы чего так печку раскочегарили? — поинтересовался незваный водитель. — Девушка мёрзнет? Убавить-то можно?

— Убавляйте, вы же нас в заложники взяли. Так зачем спрашиваете? — зло сверкнула глазами Князева.

— Какие-такие заложники?! Вы — гости! Просто я за руль сел, чтобы дорогу не объяснять. Зачем обижаете?!

До шикарного дома Синельникова доехали за десять минут. Въехав во двор, Зиночка удивилась чистоте и сухости широких дорожек.

— С подогревом… — пояснил Виталик, имея в виду идеально выложенную тротуарную плитку по всей территории поместья.

Пока подоспевшие от крыльца «дворянской усадьбы» лакеи открывали дверцы простенького «Фольксвагена» «дорогих гостей», Синельников стоял поблизости, дожидаясь, когда Нил и Зиночка выйдут из машины.

Зиночка остолбенела, присмотревшись повнимательнее.

Ну как тут не верить в переселение душ?!

Вадим Григорьевич Синельников был просто вылитый Дени Дидро, сошедший с полотен восемнадцатого века: очень высокий лоб; зачёсанные назад седеющие русые волосы; выпуклые проницательные глаза под слегка опущенными веками; ироничный рот, словно изогнутый в насмешке…

— Приношу свои извинения! Но пришлось действовать сообразно ситуации. У меня сегодня заседание в законодательном собрании, поэтому не стал тратить время на уговоры, — спокойно пояснил хозяин приятным баритоном. — Надеюсь, обед в моём доме будет лучшей компенсацией и составит достойную альтернативу блюдам санаторной столовой. Проходите в дом, господа!

— Может мне ему врезать? — прошептал Нил на ухо напарнице.

— Не очень хорошая идея, — отрезала Зинуля. — Пойдём, послушаем, что нам расскажут.

Потрясающий особняк поразил друзей своим богатым интерьером. Дизайн был выполнен в классическом стиле с доминированием светлых тонов. Дорогая элитная мебель и эксклюзивные элементы декора придавали убранству оживлённый и выразительный вид. Шикарная гостиная — высотой в два этажа — впечатляла своей изысканностью и комфортом. Мраморные колонны, уникальные картины и старинная люстра только подчёркивали респектабельность и элитность жилья.

«Они совсем не подходят друг другу… — думала Зиночка, пока мыла руки и поправляла волосы перед выходом к столу. — Их даже трудно представить вместе. Он такой вальяжный, словно знатный дворянин, а Белла-Белка… Словно постаревшая травести[15] из местного ТЮЗа. Истеричная, нервная, лишённая женского шарма и обаяния. Понятно, что он женился на ней только из-за родительских денег и теперь вынужден терпеть её дурные наклонности…»

Обед проходил в молчании: не считая вопросов относительно вкусовых предпочтений, о делах не было сказано ни слова. И только когда подали чай, Вадим Григорьевич удалил из гостиной всю прислугу, приказал Виталику и Валентину охранять плотно запертую дверь с обратной стороны и приступил к разговору.

— Позволите? — он указал глазами на сигару.

Зинуля равнодушно пожала плечами, а Нил сдержанно кивнул головой.

— Предпочитаю без «реверансов», поэтому — сразу к делу, — начал хозяин. — В этом году я баллотируюсь от нашей области в Государственную думу. В принципе, вопрос уже решён на самом верху. Единственным пятном на моей репутации является Белла, — он поморщился и провёл пальцами по лбу. — Я навёл о вас справки и доподлинно знаю, что вы в состоянии правильно понять мою озабоченность и оказать мне содействие, напрямую связанное с вашей профессиональной деятельностью. Про грязные пороки моей супруги вам уже известно. Всё, чего хочу я, — это развод, но без какой-либо шумихи сразу после выборов. Поверьте, то, что рассказывает Белла, — это ложь. Я не собираюсь лишать её денег, наоборот, я даже готов предоставить ей значительное содержание, если она не будет противиться моему переезду в столицу вместе с сыном. Многократно я пытался поговорить с ней об этом и шёл навстречу, исполняя все её прихоти. Не знаю, что она вам там наплела — когда обратилась за помощью, — только считаю, что вы обязаны выслушать и моё мнение. Итак, с её пристрастием к женскому полу я давно смирился, я просил лишь об одном, чтобы она потакала своей похоти где-нибудь подальше от Кумска. Как вы понимаете, её участие в нашем бизнесе весьма условно. По факту она только тратит заработанные мною деньги. Мы пытались прийти к консенсусу, я даже устанавливал для неё определённую сумму, в пределах которой она могла делать всё что заблагорассудится. Но Белла оказалась не только порочной, но и глупой. Она постоянно попадала в зависимость к хитрым вымогательницам и шла у них на поводу. Конечно, мои юристы и адвокаты могли бы заткнуть рот любой зарвавшейся гадине. Но! Я категорически против, чтобы мои подчинённые вникали в подробности её сексуальных похождений. Я лично откупился от шантажистки Гунарас кругленькой суммой, запретив Белле впоследствии любое общение с этой аферисткой. Однако она, наплевав на все мои предупреждения, вызвала любовницу в Кумск, поселившись с ней в санатории «Грёзы». Предполагаю, что эта Гали заранее запланировала добить глупую Беллу и установила в своём номере видеокамеры. У меня есть подозрение, что, помимо неё, в этой гнусности принимал участие и кто-то из персонала учреждения. Потому что именно после смерти Гунарас видео пошло гулять по рукам, а сама Белка попала под воздействие более опытных шантажистов. Теперь она даже боится покинуть этот чёртов санаторий и сидит там постоянно, продлевая путёвку. Бред! Она просит ещё и ещё денег, она переписала свой дом в Греции на какую-то Элладу Панаётис. Трясётся как осиновый лист! Её последняя просьба составляет три миллиона евро! Она заверяет меня, что это последняя сумма, после которой она согласится со всеми моими условиями и до конца выборной кампании исчезнет из Кумска… Да и вообще — из страны. А после предоставит мне развод без всяких эксцессов, расторгнув по своей инициативе брачный контракт. В принципе, я склонен согласиться! Но кто гарантирует мне, что это будет действительно последний взнос?! Я решил поговорить с вами, чтобы узнать: с какой ещё просьбой моя пока ещё жена обращалась к вам за помощью, — мне это поможет понять направление мыслей вздорной бабёнки…

Вадим Григорьевич замолчал и пристально посмотрел на сыщиков.

Настала очередь Зиночки.

— Для начала скажу, что мы отказали вашей супруге. Отказали по нескольким причинам: во-первых, она не могла чётко сформулировать цель, которую ставила перед детективным агентством «Ринг»; во-вторых, потому, что в реестре наших услуг лжесвидетельство не предусмотрено. Да мы вообще не занимаемся противозаконной деятельностью!

— Похвально! — произнёс Синельников и тут же заинтересованно спросил: — А что именно вы должны были засвидетельствовать по просьбе Беллы?

— Она просила опровергнуть подлинность видеозаписей. Ей нужно было, чтобы я свидетельствовала о том, что во время, зафиксированное камерой при съёмке, она находилась в моей компании в другом месте. И чтобы наше агентство выдало заключение о подлоге записи, разоблачив грубый монтаж и подтасовку фактов.