Юлия Фаро – Дело № 3. Вертеп санаторного типа (страница 32)
Спустившись к ужину, она увидела плачущую у стойки ресепшен полную женщину лет сорока. Около расстроенной незнакомки хлопотали два менеджера в униформе.
Зиночка замедлила шаг, она не сразу заметила, как около неё остановилась Синельникова.
— Бывшая Гарика, — прошептала Белла. — Вот ведь судьба. Вчера сообщили, что он погиб, говорят, замёрз в лесу. Что он там делал? На охоту ездил, что ли?
Зина сделала вид, что не обращает внимания на слова Беллы. Та негодующе хмыкнула и поспешила на ужин.
Один из дежурных, поддерживая Лейкину, подвёл её к креслу и помог сесть.
— Ждите, сейчас горничная принесёт вещи покойного, — сказал он и вернулся на рабочее место.
Зиночка направилась в сторону женщины и, усевшись напротив, сочувственно произнесла.
— Сожалею! Такое горе…
Лейкина благодарно посмотрела на Зинаиду и, достав платок, громко высморкалась.
— Мы хоть и в разводе были, но всё равно нормально общались. Если у Гарика трудности какие — так я помогала всегда… Не отказывала. Как это произошло? Он сроду ни в какие походы не ходил… А тут угораздило же его! Представляете, даже могилы не будет! — она горестно всхлипнула. — Думаю, хоть вещи на память заберу. Я ведь его очень любила.
— Конечно, конечно… — торопливо произнесла Зинуля. — Вещи забрать надо.
— Я сестре его дозвониться никак не могу. Сначала думала её за вещами послать, но раз не дозвонилась, то решила сама…
— Правильно, что решили, — покивала Зиночка. — Это нехорошо: оставлять чужим вещи близкого человека, с которым вас многое связывало.
Появилась горничная, в руках она держала пакет, который молча положила на столик перед вдовой.
— Вот всё, что у него в подсобке нашла.
— Спасибо, — дрожащим голосом поблагодарила Лейкина и открыла пакет.
Словно в забытьи она вынимала наружу несколько потрёпанных книг, шарф, крем для рук, несколько картонных коробочек, сланцы и ещё всякую мелочь.
— Он такой смешной был… — сквозь слёзы улыбнулась женщина. — Всякой ерундой увлекался. Мы один раз даже поругались на этой почве. Представляете, записался на курсы пикапа… Ну, типа… Как девушек соблазнять… Я сначала обиделась ужасно, но Гарик мне объяснил, что это — курсы для тех, кто в дальнейшем сам будет преподавать, мол, он не для себя, а для своей подготовки, чтобы тренером стать…
Зиночка невольно подняла бровь. Но собеседница, увлечённая воспоминаниями, не придала значения изменившейся мимике сердобольной слушательницы.
— Вот! Вот посмотрите, ему там эту книгу подарили, — она протянула Князевой аляпистый том.
«Как соблазнить женщину за пятнадцать минут», — молча прочитала заголовок Зинаида.
— Вы откройте, откройте! Там дарственная надпись.
Зинуля открыла, исполнив просьбу Лейкиной. «Моему лучшему ученику с пожеланием удачи! Игорю Гнойникову от автора», — значилось на форзаце[13].
Зиночка не поверила своим глазам.
— Но тут написано, что Гнойникову? — она подняла глаза на толстушку.
— Ой! И не говорите, ужасная фамилия! Мы когда расписались, то Игорёк сразу же мою фамилию взял. Лейкина — это моя девичья фамилия.
К счастью, у бывшей Гарика зазвонил телефон, и она, подхватив пакет с вещами, торопливо попрощалась с Зинаидой.
«Одной загадкой меньше, — подумала Зиночка. — Стало быть, егерь Храпунов труп родственника обнаружил. И промолчал! Да уж, работник охотхозяйства умом не блещет. Он что ж, думал, что никто не узнает?»
Задумавшись, Зинаида заметила, что многие отдыхающие уже выходят из столовой. Вот и профессор Сапов, удостоив её еле заметным кивком, прошёл мимо.
«Здорово! — обрадовалась Зинуля. — Не придётся за столом испытывать чувство неловкости за утреннюю сцену!»
Она ужинала почти в пустом зале. Мимо столиков сновали официанты, собирая со столов посуду и перестилая скатерти.
«А что, в этом есть своя прелесть… — размышляла Зиночка. — Раньше даже поговорка такая была: «Когда я ем — я глух и нем», а когда ты принимаешь пищу в окружении других людей, то тебе волей-неволей приходится поддерживать с ними беседу…»
Неожиданно из недр кухни, куда исчезали бегающие официанты, показалась скрипачка Эллада Панаётис. Вслед ей неслись какие-то хохочущие звуки и слова, смысл которых Князевой разобрать не удалось.
— Добрый вечер! — поприветствовала артистка Зиночку. — А я думала, что вы уже уехали: ни вас, ни вашего кавалера на моих выступлениях не видно.
Она рефлекторно пощёлкала пальцами, и Зиночка снова обратила внимание на её крупные руки.
— А вы, стало быть, на месте, — добавила Эллада.
Зиночке это уже показалось наглостью.
— Спасибо за внимание к моей персоне, даже не ожидала, что работники санатория — призванные разнообразить досуг отдыхающих — интересуются продолжительностью путёвки каждого из гостей. Но, тем не менее, — приятно. Ставлю вас в известность, что моё пребывание здесь оплачено до конца недели.
Эллада натянуто растянула рот в улыбке и, видимо, намеревалась выкрутиться из создавшейся ситуации, как из кухни вылетел Костик.
— Эд! Ну что за склероз! Ты свои таблетки снова забыл! Смотри, не выпьешь — опять мужиком станешь! — заорал он, но, увидев сидящую за столиком Зиночку, не на шутку испугался, покраснел и, заикаясь, промямлил. — Эллада, можно вас на минутку?
Не отрывающая взгляда от лица скрипачки Зина заметила, как у той кровь прихлынула к лицу. Панаётис поджала губы, покачалась на каблуках и, произнеся одно лишь слово «ладно», тут же пошла вслед за Костиком.
«Просто день открытий! — поздравила себя Зинуля. — А Кольцов предлагал сворачиваться… Вот и Эд обозначился! Как же я сразу не догадалась! Крупные руки, широкие плечи, мощный подбородок… По всей вероятности, не так давно Эд стал Элладой. Осталось вычислить: кто тут у вас загадочный Ле Местр?»
В номере Князева сразу же кинулась к ноутбуку.
— Ле Местр, Ле Местр, — бормотала она, забивая странное имя в поисковик. Но, как назло, «просвещённый Яндекс» не мог предложить ни одного путёвого ответа.
И чем больше мучилась Зинуля, тем явственнее это сочетание букв казалось ей знакомым. Что-то, где-то, когда-то — связанное с этим словом — она переводила. Был какой-то заказ, над которым она трудилась ещё в бытность сотрудника издательства «Марка».
Князева скосила глаза в нижний угол монитора — двадцать один сорок.
«Поздновато, конечно, но будем надеяться, что старенькая корректорша Светлана Владимировна ещё не спит…» — подумала Зиночка, набирая номер.
Мало того, что Светлана Владимировна не спала. Она ещё и тут же узнала Зиночку по голосу. После пятиминутных любезностей Зина наконец задала мучивший её вопрос.
— Это какие же мысли, голубушка, вас перед сном посещают? — удивилась старушка. — Помню, конечно, вы делали перевод с французского, нам эту скабрёзную статейку одна из жёлтых газетёнок заказывала. Платили, правда, хорошо, вот Марк Израилевич — царствие ему небесное! — и согласился…
— Так про что была статья? — теряя терпение, простонала Зиночка.
— Так про бордели, про всемирно известные вертепы, — с раздражением в голосе поведала корректорша. — Там про эту самую Марту Ле Местр и говорилось.
— Точно? — вскрикнула Зинуля. — Вы просто чудо! Всё! Спасибо огромное, я вспомнила… Как же я могла забыть? Марта Ле Местр!
— Да не за что, обращайтесь, — отозвалась старушка и, попрощавшись, отсоединилась.
Чтобы восстановить в памяти все подробности некогда переводимого ей текста, Зинуля повторила попытку поиска, теперь уже вбив полное имя без ошибок. И нашла…