Юлия Фадеева – Ночь Кровавой луны (страница 35)

— Так значит, ты и есть та истинная волчица, которую я искал? — довольно грубо произнес незнакомый ей мужской голос.

Глава 15

Эмили молчала, боясь сделать какое-либо движение — страх сковал ее тело, пригвоздив к месту, где она сейчас сидела.

"Ну что опять такое? Мало мне было на сегодня событий, так еще и какой-то псих, угрожающе приставил, на вид очень острое, лезвие к моей шее. За что мне все это? И зачем он меня искал? Хотя глупый вопрос, и так понятно — чтобы убить. Не зря же он держит свою железяку у моего горла." — судорожно вздохнув, размышляла она.

А между тем, незнакомец приказным тоном произнес:

— А теперь медленно, так, чтобы я мог видеть каждое твое движение, поднимись с земли и повернись ко мне — хочу видеть ту, кого мне приказано было уничтожить.

Эмили подчинилась его приказу и начала медленно, не делая резких движений, подниматься: уперлась обеими руками в землю, чуть приподнимаясь и вставая на колени, чтобы потом нормально подняться. Но Эми не учла одну деталь — на ней была одета лишь футболка, которую ей дал Джер, чтобы она смогла прикрыть свою наготу. И в тот момент, когда девушка встала на колени, эта самая футболка задралась выше бедер, открывая на обозрение незнакомца ее округлый и аппетитный… эм… в общем то, что находилось пониже спины.

Поняв, что, только что, произошло, Эми, вместо того, чтобы медленно, как и сказал ей мужчина, подняться с земли, подпрыгнула как ужаленная, резко одергивая на себе футболку вниз.

Мужчина, чуть приоткрыв рот от увиденного, и удерживая клинок в вытянутой, в сторону девушки, руке, смотрел на ее… ну, пусть это будут…ноги — удивленно и заинтересованно.

Эмили, заметив его взгляд, от чего-то смутилась, хотя, вместо этого, должна была испытывать ужас, ведь она догадалась, что перед ней стоит никто иной, как сам Охотник. Тот, о ком ей успели рассказать Джек и Джереми. Тот, кто не ведает жалости, не щадит никого, кто попадется на его пути, тот, кто уничтожил почти весь клан "Ночных Теней", тот, кто пришел за ее жизнью. Но она от чего-то его не боялась, наверное просто потому, что она устала от этого чувства. Ее страх пропал в тот самый момент, когда она прошла обряд инициации, став волчицей. Она изменилась.

И теперь, двое молодых людей стояли и как-то оценивающе разглядывали друг друга, до тех самых пор, пока их взгляды не встретились: его — мерцающий синий и ее — мерцающий зеленый.

Их обоих словно током ударило: сердце, пропустив пару ударов, начало неистово заходиться, точно после быстрого бега; внутри, где-то в области груди, начало разливаться приятное тепло, превращаясь в тысячи мурашек, которые на огромной скорости побежали по их телам, а душа словно воспарила, даруя легкость и ощущение абсолютного счастья.

Охотник, глядя на рыжую зеленоглазую незнакомку, выронил из вмиг ослабевших рук свой клинок, который с тихим "дзынь" упал в невысокую траву.

Он — высокий, мускулистый, красивый и синеглазый, и она — маленькая, хрупенькая, прекрасная зеленоглазка, сделали уверенный шаг по направлению друг к другу, не произнеся при этом ни слова.

Один короткий миг, и она подхвачена его сильными руками, чтобы их лица, их взгляды оказались на одном уровне. А потом произошло то, чего они так желали — поцелуй!

Поцелуй, при котором не замечаешь ничего вокруг! Будет ли это пожар, наводнение, землетрясение или же само небо обрушится на их головы — они этого не заметят, поглощенные друг другом настолько, что до остального мира им не будет никакого дела. Сейчас, в данный момент, существовали только он и она.

Джон, тесно прижимая девушку к своей мускулистой груди, неистово, со всей страстью, на которую только был способен, целовал ее мягкие и податливые губы, чувствуя, как ее нежные пальчики зарываются в его волосах на голове, невольно срывая этой безобидной лаской стон с его уст. Ее губы, глаза, даже запах тела, сводили его с ума, туманя разум. Тоже самое происходило и с Эмили — страсть и внутренний огонь наполняли всю ее сущность, заставляя еще теснее прижиматься с этому мужчине, отвечать на его, пьянящие разум, поцелуи, отдавать ему всю себя.

Их поцелуй прекратился только тогда, когда обоим уже не хватало воздуха: сердце билось с невероятной скоростью, в голове шумело, в глазах все расплывалось, а легкие стали наполняться свежим, пропитанный хвойным запахом, воздухом. Через минуту, в голове стало проясняться, а сердце начало биться ровнее. А Джон и Эми смотрели друг другу в мерцающие огнем глаза, находя в них свои отражения.

Первым тишину нарушил хриплый шепот Охотника:

— Что… что это было? Почему мы… я не понимаю. — Он все еще удерживал девушку в своих объятьях, глядя в ее завораживающие зеленые глаза.

— Я… я не знаю, — таким же, хриплым от страсти, голосом тихо ответила она, понимая, о чем он хотел ее спросить.

Мужчина, тепло улыбнувшись девушке, тихо произнес:

— Я — Джон.

— А я — Эмили, — тоже улыбнувшись, ответила она, глядя в его невероятные, мерцающие синим пламенем, глаза. А затем, хихикнув, прошептала: — Вот и познакомились.

— Да уж, какое-то странное знакомство у нас произошло, — произнес Джон, бережно опуская Эми на землю, но не выпуская ее из своих объятий. — Не знаю, что между нами произошло: я словно голову потерял от начавшей переполнять меня изнутри нежности, словно я обрел только что нечто очень важное и ценное для себя, словно я, наконец-таки, приобрел потерянную часть своей души. Эми, ты — моя душа, — с непередаваемой нежностью прошептал он, глядя сверху вниз в ее наполненные счастьем глаза.

— У меня… я, — тихо начала девушка, — испытываю те же чувства и эмоции. У меня такое ощущение, что ты, в один миг, стал очень близок и дорог мне, ты заставляешь мою душу парить от счастья. Такого еще никогда со мной не происходило, — призналась Эми, высоко приподняв свою голову, чтобы взглянуть в его прекрасные синие глаза, которые смотрели на нее.

Джон, нежно проведя пальцем по контуру ее прекрасного личика, тихо прошептал:

— Нужно убираться от сюда, и поскорее. Ты со мной, сокровище мое нежданное?

Положительно кивнув, девушка, с ухмылкой на лице, произнесла:

— Разумеется я с тобой, не желаю тут более оставаться ни минуты. Я ничем не обязана этим шавкам, и не мои проблемы, что у них на меня были какие-то грандиозные планы. У меня в приоритете другие желания, и я выбираю иной путь, нежели стать подстилкой Джека.

— Тогда идем. — Джон, выпустив Эми из объятий, наклонился и поднял свой клинок, лежащий в траве, и пряча его в ножны за спину. — Ты сможешь передвигаться так? — спросил мужчина, намекая на ее босые ноги.

— Не знаю, — ответила она, но, немного подумав, предложила: — А что, если мне обернуться волчицей? Так будет удобнее, да и быстрее намного.

Джон хмыкнул, и согласился с ней:

— Да, это очень даже неплохая идея.

Кивнув, Эми напряглась и… ничего не произошло. Она в полнейшем недоумении посмотрела на Блэка и спросила:

— А… Как это вообще работает, а?

— Погоди, — перебил он девушку. — Ты когда волчицей-то стала? — Во взгляде появилась некая подозрительность, от которой по телу Эми пробежали неприятные мурашки.

— Ну, сегодня, минут сорок назад. А что?

— Капец! — сокрушенно протянул он. — Ты же, получается, новообращенная. Неопытная совсем… Ладно, потом с этим разберемся, он в данный момент тебе придется бежать в человеческой форме. Ты вообще как, быстро бегаешь?

— Э-э, нет, бег и я — две абсолютно, ну вот совершенно, не совместимые вещи. С детства бегать ненавижу.

Джон, мрачно нахмурив брови, потер лицо руками и выдал:

— Плохо. Нужно обязательно тренировать тело. Бег — самое лучшее для этого упражнение. Как только мы выберемся из этого болота, в котором увязли по вине тех шавок облезлых, я сразу же возьмусь за твою тренировку. — И Джон, весьма довольный собой, широко улыбнулся.

Девушка, гневно взглянув на него, уперла руки в бока и уверенно произнесла:

— А вот фиг тебе! Не буду я бегать. Понял?

Удивленно вскинув брови, Джон по-новому взглянул на Эми.

— Противишься? О-о-о, ты ж моя строптивица. — Он, подмигнув ей, лукаво улыбнулся. — А теперь давай, все-же, свалим отсюда? А? Хочешь, я тебе свои ботинки дам, чтобы бежать стало комфортнее?

Блэк, не ожидавший от Эмили никакого подвоха, уже даже развернулся, чтобы покинуть эту, довольно симпатичную, поляну, когда услышал:

— А давай!

Мужчина медленно повернулся обратно и с недоумением во взгляде посмотрел на девушку, которая, гордо вскинув подбородок, решительно смотрела на него.

— Не понял — чего давать?

— Ботинки, говорю, свои давай. И нечего на меня так смотреть — сам предложил, так что давай, не заставляй девушку ждать. И вообще, у меня ноги замерзли.

Удивленно приподняв брови, Джон невольно восхитился:

— Наглая и дерзкая — далеко пойдешь с таким характером, если тебя раньше кто-нибудь не прибьет, я к примеру. Ну да ладно, не будем о грустном. — И Блэк, низко наклонившись начал… снимать свои ботинки, что сильно удивило Эми.

— Да ладно, ты чего, я же пошутила. Не нужны мне твои боты, я просто хотела проверить твою реакцию. Проверила и уверилась, что тебе можно доверять. Так что можешь оставить их себе, а мне и так неплохо.

— Ну уж нет, хотела — получи, — лучезарно улыбаясь, произнес он, протягивая ей, снятые с себя, ботинки, оставшись в одних черных носках. — Надевай. И не спорь.