Юлия Эллисон – Афера на троих (страница 5)

Мартин учится на экономиста, и сразу бросалось в глаза, что он пошел туда не по своей воле. Отец у него был управляющим банком, мать – заместителем директора в страховой компании. Родители хотели, чтобы чадо пошло по их стопам, но юношеская неусидчивость и сугубо позитивный настрой делал из парня далеко не самого прилежного ученика.

Как-то на кафедре мои коллеги обсуждали возможное скорейшее отчисление Мартина из-за неуспеваемости. Репутация не позволяла принять небольшое отчисление его родителей в бюджет университета. Новости вмиг разлетятся, так что из-за одного ученика было решено не рисковать. Поэтому я решила подтянуть его по предметам, а затем, увидев в нем подходящую кандидатуру, посвятила его в наши планы. Помню, как глаза Мартина чуть не вывалились от одновременного удивления и радости. Взяв обещание никому ничего не рассказывать, даже если его защекочут до смерти, мы приняли парня в команду.

Через месяц мы занимались всем уже втроем. Мальчики хоть и были ровесниками, долго привыкали друг к другу. Зато потом наше времяпрепровождение стало доставлять удовольствие всем – Рик подробно вдавался в детали своих задумок, я направляла его в нужное русло и по ходу объясняла Мартину математический анализ. Так и получилась наша шайка. Или банда. Пришлось в моем кабинете поставить еще один стул. Места еще меньше, зато доверия друг к другу больше.

Глава 5

Откусив самый краешек пирожка, где нет начинки, вышла из квартиры, и тихонько, будто задумчиво, пошла по лестнице. Сама же вслушивалась в разговоры соседей.

На втором этаже, прямо подо мной, жила женщина с двумя детьми – мальчиком семи лет и трехлетней девочкой. Милая, добрая, отзывчивая женщина, еле способная прокормить и одеть детишек. Днем она работала в садике, где воспитывалась девочка, а после того, как уложит детей спать, уходила мыть полы в школу, где учился сын. Ей было очень тяжело тянуть сразу двоих, тем более что отец совершенно не вспоминал об их существовании, решив, что развитие собственного бизнеса важнее семьи.

И все бы ничего, если бы хоть оплачивал счета свой покинутой семьи, однако вместо этого он обобрал бывшую супругу как липку, выгнав ее из квартиры и отсудив у нее старый кадиллак, годный разве что на помойку, гараж из-под которого он и использовал для варки своего мыла, что продавал в центре за бешеные деньги, злостно привирая насчет его эксклюзивности и полезности.

Иногда я сидела с детьми соседки. Мне было так жалко семью, что недавно мы с моими разбойниками все же разузнали кто и где их отец, взломали его почту, увидели договоры о поставках и зарплатах рабочих, узнали о гаражном производстве, установке тревожной кнопки. Вчера ночью даже проведали его магазин – Мартин проверил, есть ли где-нибудь оружие, Рик поискал скрытые камеры и посмотрел, что тревожная кнопка выключена, я пересчитала деньги в сейфе, благо код был сохранен все на той же почте, так что взламывать не было нужды. Ночью мы ничего не взяли, мы же не обычные воришки, наша цель – напомнить человеку о своей ответственности, пусть этим человеком и является пустоголовый усатый Билл. Сегодня утром он это вспомнил. Надеюсь.

Сейчас, проходя мимо двери своей соседки, я ничего не слышала. Уже поздно, и дети, скорее всего, спят. «Надо бы вернуться побыстрее, вдруг проснутся», – подумала я и быстрым шагом спустилась еще ниже.

Наш домик с квартирным фондом был совсем небольшим. На первом этаже жили алкоголики, которые ходили друг к другу в гости и пили вместе. На втором была только соседка с детьми, а напротив меня жил старенький бодренький дед. Потому насчет скрытности я не переживала. Все знали, что я преподаватель, занимаюсь репетиторством, так что подозрений не было, если ко мне кто-то приходил. Хотя Мартина и Рика я уже давно назначила своими племянниками для соседей, чтобы не было лишних сомнений.

Выйдя на улицу, вдохнула наполненный выхлопными газами воздух полной грудью. Мимо промчалось отчаянно бибикающее такси, кто-то невдалеке устроил локальную разборку, был слышен шум города. Нью-Йорк… Обожаю этот город! Город возможностей и мечты, хотя тех, кто не сумел с ним слиться, он совсем не щадит.

Глянула на мрачное небо. Как же быстро стемнело… Огни проезжающих машин как обычно слепили, заставляя щуриться. Двинулась по левой стороне улицы, высматривая в картонных коробках нужное.

– А вот и наш Фред! – радостно встретила я бездомную местную собаку, ради которой и вышла сюда, наклонилась к ней, погладила и, на всякий случай обернувшись поглядеть, смотрит ли кто на меня из окон собственной квартиры, дала бродяжке остатки пирожка. Я знаю, что мои окна в это время суток закрыты наглухо, но не могу на глазах Рика кормить бедняжку его выбором на ужин, если он случайно выглянет в окно.

Фред посмотрел на протянутую руку и выпечку в ней, понюхал и словно бы поморщился, шумно чихнув, хотя был совсем не привередлив.

– Кушай, дружок. Понимаю, это не то, что ты ожидал, но все же еда.

Безысходно вздохнув, собака лизнула мои пальцы забрала остатки еды и тихонько ушла к себе в угол около входной. Вот и ладненько.

Отряхнув руки от крошек, довольная собой, поднялась и пошла к пиццерии. Вечера еще оставались холодными, несмотря на то, что днем было довольно тепло. Поплотнее закуталась в пуловер и зашагала шустрее, огибая редких прохожих широкой дугой. Яркая вывеска с кусочками пиццы так и манила к себе.

– Добрый вечер, я за «Ананасовым раем», – зашла в теплое помещение, растирая подмерзшие пальцы. Надо было хоть юбку сменить на джинсы, но что сделано, то сделано. Замерзнуть совсем не должна.

– Да-да, мы уже поняли. Только вы ее и заказываете, – ответил продавец с улыбкой, показывая на большую коробку, подготовленную специально для меня.

Фыркнула, доставая из кармана юбки пару банкнот и забирая свой заказ.

Обратный путь занял гораздо меньше времени, чем я потратила на поход сюда, и я даже почти не отморозила себя пятую точку.

Ребята в квартире о чем-то возбужденно спорили, устроившись на кухонном островке, расшвыряв повсюду какие-то бумаги. Мартин с горящими глазами почти прыгал вокруг Рика. Рыжик, в свою очередь, сидел за столом и медленно отрицательно мотал головой, слегка сжав губы.

– Это не выйдет, это опасно, это сложно… – бормотал Рик, – ты не пролезешь.

– Куда это он не пролезет? – приподняв брови и откусывая долгожданный кусочек пиццы, спросила я, предлагая парням присоединиться к пиршеству.

Мартин тут же жадно схватил кусок, но не успокоился. Ананасы он не любит, как же… А то я не знаю моих разбойников! Рик присоединился к нам, тоже забирая себе кусочек, педантично достав для этого тарелку, чтобы не крошить.

– Да везде я пролезу, там свернусь клубком, вот здесь буду отталкиваться ногами, а здесь… – показывал в лежащие на столе бумаги брюнет, пока я его не перебила, рассматривая не слишком понятные мне чертежи. Но… захотят – расскажут.

– А здесь, – встряла я в разговор, глянув на время и поняв, что уже совсем поздно, – время ночь, так что быстренько убираем со стола и пора на выход, разбойнички. Мне еще приготовиться к завтрашней лекции надо, так что марш домой!

Пицца была уже прикончена, так что не приходилось переживать, что ребята голодные.

Мартин едва заметно скривился от моего указа – с родителями он все же не особенно ладил, а вот Рик лишь равнодушно пожал плечами. Он жил не так далеко от меня в выделенной ему комнате в общежитии кампуса, так что мог не слишком торопиться.

– Робин, мы нашли нового «клиента»! – наконец разродились оба, глядя на меня с ярким светом азарта в глазах.

Ухмыльнулась, двигая к себе ближе их чертежи. Что ж… посмотрим, что они тут нарыли.

Глава 6

Капитан Вильямс

– Привет, моя красавица! – устало поприветствовал я свою лохматую сожительницу. – Кушать хочешь, Клэри? Давай сейчас разогрею, поешь. Как прошел день?

В ответ послышался звонкий радостный лай, заставивший мое сердце порадоваться. Ко мне на руки беспардонно запрыгнула небольшая собака и всего облизала, словно я не на пару часов отлучался, а как минимум суток на трое. Нога заныла от неожиданного веса. Избитый коротким хвостом, поставил мохнатую на пол, потрепав дворнягу по голове.

– Да, я тоже соскучился. Давай пока иди погуляй быстренько, а потом возвращайся – ужинать будем. Сегодня у тебя говядина с овощами.

Приоткрыл дверь, давая ей выбежать в крохотный сад. Клэри мигом выскочила из дома. С улыбкой проводил ее взглядом и двинулся к холодильнику, порадовавшему меня полупустой банкой газировки и одинокой плиткой шоколада, непонятно как сюда затесавшейся. Негусто.

«Ничего страшного, если сам останусь голодный, но не накормить свою малышку, это грех страшный», – размышлял, открывая банку свежих собачьих консервов.

Как же хорошо, что я наконец дома. Пока чайник разогревался, скинул ботинки и рухнул на диван, глядя в потолок. Телевизора нет, да и зачем он мне. Есть радио, новости все слышно. Я снимал эту квартирку вот уже пять лет, впечатлившись именно отдельным выходом в сад, как раз для моей собаки. А так это была весьма тесная, крохотная студия, где всего одна комната для всего на свете, с такой же крохотной душевой, больше похожей на чулан.

Налив кружку чая, включил ноутбук, по привычке проверяя почту. Сразу же посыпались входящие от моих выпускников. Ой, сколько же фото! Как они любят делать селфи, а ведь вроде взрослые уже, офицеры полиции. «Ха, а вот это здорово получилось», – четыре выпускника сели на плечи к другим, надели плащи так, что получились четверо высоких здоровых полицейских, и брызгают водой из пистолетов в другие выпускные группы.