Юлия Эллисон – Афера на троих (страница 4)

– Здравствуй, Мартин! – ответила я, ставя рюкзак на стул в прихожей, ощущая настоящее облегчение, что все завершилось и все в порядке. В очередной раз. – В этот раз почти идеально, если не считать нескольких инцидентов. Представляешь, два раза столкнулась с полицейским, чуть не высыпала при нем деньги, сердце в пятки туда-сюда-обратно скакало. И да, в следующий раз поаккуратнее прячь рюкзак с вещами, а то я слишком много времени убила, пока его искала. Если бы полицейский не задержался где-то, то меня наверняка бы могли схватить.

– А что не так? – слегка иронично спросил Мартин, нахально фыркнув. Он иногда вел себя как настоящая задница, но я все равно его любила. – Я тихонечко его оставил за баком, где и договаривались.

– Ты швырнул его в спящего человека! – немного громче ответила я и приподняла бровь. – Тем более обманывать, как ты знаешь, не всегда хорошо. – Иногда я ощущала себя настоящей мамочкой этих двоих, хотя на самом деле была ненамного старше.

Щеки Мартина едва заметно покрылись краской, но внешне он никак не показал своего смущения, вскочив с большого синего дивана по центру гостиной. Этот предмет мебели определенно был моей гордостью – я купила его на распродаже в позапрошлом году, и он служил мне верой и правдой.

– Да кто ж мог знать, есть там кто или нет? По другой стороне улицы шли патрульные, они могли заметить, как я захожу с рюкзаком и выхожу без него. Подозрительно, знаешь ли! – виновато ответил брюнет, все же признавая за собой ошибку. – Поэтому по-быстрому выкинул его и ушел дальше.

Что ж, я и не собиралась над ним издеваться. Лишь немного пожурить, чтобы в следующий раз думал головой.

– Ладно, – успокоила его, – все бывает. Не страшно. Кстати, вот умора сегодня случилась с этим усачом! – с улыбкой сказала я. – Надо бы рассказать об этом и Рику. Где он, кстати? – обернувшись, посмотрела вокруг. Обычно эта парочка практически неразлучна, и я ожидала встретить их обоих у меня в квартире.

– Вышел купить еды. А то тебя не дождешься. Ты купила стручковую фасоль с помидорами? Сделаем салатик? – поинтересовался Мартин, подходя к кухонному островку и доставая большую стеклянную миску.

Этот парень определенно любил и умел готовить, часто балуя нас вкусной едой.

– Твоя еда была жестоко съедена голодным бездомным человеком, которого ты посмел разбудить моим рюкзаком, – весело улыбнулась я своему разбойнику, слегка виновато разводя руки в стороны. Надо было в самом деле зайти в супермаркет, что ли… Не подумала, признаю. Слишком хотелось попасть домой. – Так что у нас два выхода: либо мы ждем Рика и, как всегда, разочаровываемся в его выборе, либо заказываем пиццу. И так как времени у нас маловато – скоро ночь, и тебя снова потеряют родители, – выбираем пиццу.

– Пиццу! – уверенно откликнулся Мартин, убирая миску на место. Он так же, как и я, не любил, когда Рик покупал свои безвкусные консервы вместо нормальной еды. Не знаю, как можно есть эту гадость, но мой второй разбойник их просто обожал.

Я взялась за телефон, подходя к небольшому журнальному столику, рассматривая буклеты с доставкой.

– Добрый вечер, – сказала я уже спустя пару минут женщине на том конце провода. – «Ананасовый рай» огромную, наличка, самовывоз, – вежливо попросила я. – Через двадцать минут зайду, спасибо.

Пиццерия находилась за углом, так что я не видела смысла платить за доставку.

– Нет, Робин, опять ананасовая? Да сколько можно? – простонал Мартин, хватаясь за голову, словно я разочаровала его слишком сильно.

– Это тебе в наказание! – весело кинула в него сложенным пополам листком бумаги, должным изображать из себя самолетик. Но мое художество, как обычно, оказалось провальным. – Мне она тоже надоела, но когда дело будет проходить на отлично, тогда и поговорим о ваших супер-пупер острых с колбасами, сырами и оливками. А сейчас ставь чай.

Не успели мы доспорить, как входная дверь открылась и вошел Рик, тут же радостно улыбаясь, совсем как Мартин недавно.

– Здравствуй, Робин! Ну как все прошло? Мы тебя заждались, поэтому я купил консерву с тунцом.

Мы с Мартином переглянулись, сдерживая улыбки.

– Рик, ты в своем репертуаре! – насмешливо фыркнул брюнет. Однако я знала, что, несмотря ни на что, оба были друг за друга горой, а все эти веселые подколки и фырки – лишь напускное.

– Ты про консерву, или что я так долго ходил? – оправдываясь, опустил голову вниз наш компьютерный гений, тоже едва сдерживая улыбку.

– Не слушай его, он проголодался, поэтому так шутит! – разрядила обстановку. – Доставай, что принес. Сейчас будем дегустировать. Только мне нужно отлучиться минут на десять, а вы пока наливайте чай, все готовьте… Словом, скоро буду, – и я вышла из дома, не забыв прихватить с собой явно купленный для меня небольшой пирожок со все той же рыбой, подмигнув парням.

Если консервы я еще как-то выдержу, то всю эту сдобу, тем более с рыбой, я просто терпеть не могла.

Разбойники – это двое моих студентов. Первый – Рик. Этот рыжий парень был из детдома, родители оставили его в детстве по непонятным причинам. Я читала дело.

Его родители не были алкоголиками или преступниками, мальчика в год просто оставили у дверей с запиской и несколькими сотнями долларов, а сами пропали. В этой записке было имя, фамилия ребенка и возраст, также родители обещали найти и забрать Рика, как только будет возможно. Его дразнили из-за рыжего цвета волос, и вскоре ребенок стал замкнутым, поэтому очень много читал, коротая свое детство в одиночестве, все надеясь, что его и вправду заберут.

Но мальчик рос, и надежда с каждым годом все больше оставляла его. Рик рано повзрослел среди более старших ребят-хулиганов и девочек-задир. Тот детдом не был идеальным местом для воспитания личности, оттуда скорее выходили дети с полукриминальным прошлым и еще худшим будущим. Но Рик не хотел стать таким же, как и его сверстники, поэтому блестяще учился в школе, где я его и приметила, когда согласилась заглянуть с небольшим курсом от университета, чтобы заманить молодежь.

До сих пор помню тот день в деталях – была конференция среди учеников по разным направлениям. От биологии и химии до литературы и искусствоведения. Я сама только второй год преподавала информатику в университете, поэтому мне было интересно познакомиться с талантливыми детьми. На работе в те годы мне разрешалось учить детей только основам: строить таблицы и делать презентации, не более того. Дальше я и не лезла. Но все же хотелось знать, пусть и не от моих занудливых коллег, как движется наука информатики.

Рик выступал со своей работой об информационной защите предприятия. Он сделал все – от сайта и ежедневно сменяемых паролей до непосредственно физической защиты здания с кодовыми замками и паролями. Я слушала его с такими широко открытыми глазами, будто увидела огромный бриллиант. (Хотя почему «будто»? Я до сих пор считаю, что он лучший, кого знаю). Так оно впоследствии и оказалось.

К сожалению, в тот год жюри не оценило работу молодого таланта. Они посчитали, что в этом возрасте ребенок должен рисовать анимацию и писать несложные программы. И по причине того, что работа Рика была крайне сложная и интересная, его не посчитали автором, сказав, что работа украдена, скопирована, а то и просто сделана его родителями, чтобы получить грант в качестве награды за победу в конференции. Мальчик тогда на глазах у всей аудитории расплакался и убежал. А я догнала и сделала предложение, от которого он не смог отказаться.

Хах, до сих пор помню его огромные глаза, когда я предложила исправить несправедливость своим способом, проучив членов жюри: взломать их аккаунты в социальных сетях и слить парочку откровенных тайных переписок – не с женами, разумеется. И его удовлетворение, когда благоверные этих напыщенных снобов требовали раздела имущества. Я даже сводила его на суд по бракоразводному процессу одного из них.

Сдав на отлично вступительные экзамены, Рик поступил на кафедру информационной безопасности. Преподавателями у него были не те зануды, с которыми я начинала свою работу, а новые специалисты из именитых вузов, привлеченные к нам грантами и бесплатным жильем. Они уже по-другому вели свою работу с детьми, окуная их в омут возможностей программирования.

Людей в университете было много, но, к сожалению, мало кто общался с Риком, поэтому я часто оставалась вдвоем с ним на кафедре, где он рассказывал о своих трудах и планах. В учебных аудиториях стояли камеры, и было бы подозрительно постоянно зависать в их поле зрения. Другое дело кафедра – она состояла из прихожей, где сидел секретарь, стояло несколько компьютеров и принтеров для студентов; нескольких кабинетов для преподавателей и, конечно же, огромной приемной заведующего кафедрой.

Скольких же трудов стоило выбить себе один из этих кабинетов! Здесь мне помог Рик и его работы. Официально мы работали над новыми проектами, формально – искали наших «клиентов», изучали их, вскрывали почты и узнавали много нового, на чем можно заработать.

Второго разбойника, Мартина, нельзя было просто взять и не заметить.

Этот высокий брюнет был одним из заводил своей группы: постоянно организовывал походы, всевозможные вылазки, упрашивал администрацию университета открыть внеочередной доступ к спортивной площадке, где устраивались соревнования по волейболу, теннису и другим активным видам спорта, и это все за первые полгода учебы!