Юлия Ефимова – Никогда не играйте в смерть (страница 4)

– Мне это интересно, с чего это вам пришло в голову, что он ваш? На нем написано или как? – пыталась отвоевать свое пространство тетя Халя.

– Ну, конечно, мой: тот, кто сидит посредине, априори в неудобном положении, если у него еще и подлокотник один, то это вообще будет невозможное путешествие, – Гарик не собирался сдавать позиции, при этом еще немного работая локтем. – А вам с вашими габаритами вообще положено покупать два места в самолете, чтоб поместиться полностью и не мешать соседям.

– Да как ваш паршивый язык смел тронуть мои габариты? Даже мужьям, царствие им небесное, не всегда это было позволено, – тетя Халя вся покраснела и по причине волнения стала потеть.

От этого Гарик морщил нос и злился еще больше.

– Мне просто интересно, сколько у вас было мужей? – не унимался он.

– Своих или как? – очень естественно спросила тетя Халя, и было непонятно, издевается она над Гариком или правда уточнила.

– Вы всем довольны? – стюардесса, проверяющая ремни, заметила перепалку и решила помочь женщине поддержкой.

– А шо делать, тетя Халя гордая, тетя Халя довольна! – очень достойно и как-то по-философски ответила она.

Самолет тем временем плавно набрал высоту, табло «Пристегните ремни» погасло.

– Дайте выйти, я пойду узнаю, может, ваша сестра вспомнила о своих обязанностях и все-таки договорилась о замене мест и я наконец полечу в человеческих условиях? Боже, Елена, зачем вы таскаете с собой этот ужасный зонт? Он такой огромный, вы должны были сдать его в багаж, ну или, на худой конец, убрать на полку для ручной клади, – Гарик не собирался успокаиваться и, протискиваясь, перешел уже на Генку.

Пропуская его, она попыталась успокоить всех и нормализовать обстановку, как учила ее Ася, миром:

– Гарик Михайлович, давайте будем дружить, нас с вами так много связывает, – получилось немного неискренне, не так, как это всегда очень элегантно делает Ася.

– Глупости, кроме твоей сестры, работающей на меня, у нас нет и не может быть ничего общего.

– Как же, а первая буква в наших именах?

Но Гарик только хмыкнул в ответ и направился в салон бизнес-класса.

Тетя Халя решила воспользоваться тем, что ненавистный сосед ушел, и сходить в туалет.

Генка же сидела и мечтала, как будет купаться в голубом море, есть черешню и клубнику. Обязательно по вечерам в номере на балконе читать детективы. На втором месте после любви к сестре у нее были детективы. Она обожала всех авторов – женщин, мужчин, современных и классиков, но больше всех она любила, конечно же, Агату Кристи, стиль королевы детектива она называла вкусным и проглатывала ее книги, как пирожные из своей любимой кофейни «Волконский». Главным критерием, почему она считала их гениальными, было то, что их можно было читать даже по второму разу.

Вдруг загорелось табло «Пристегните ремни», стюардесса, предлагающая соки, оставив свою тележку, направилась узнавать у коллег, стоит ли продолжать обслуживание. Самолет все больше трясло, Гарик вышел из бизнес-класса жутко расстроенным и направился обратно на свое ненавистное место. С другой стороны, из туалета, вышла тетя Халя и, тоже испугавшись тряски самолета, решила поскорей добраться до места. Ее путь преграждала тележка с соками, оставленная нерадивой стюардессой. Но тетя Халя не привыкла сдаваться и решила снять тележку с тормоза, предполагая докатить ее до своего ряда и спокойно сесть в кресло, пока ненавистный коротышка не вернулся. Когда тележка оказалась без тормозов, самолет тряхнуло с такой силой, что Гарик, направлявшийся в это время по проходу, упал вперед руками, а тележка, вырвавшись из рук тети Хали, со скоростью паровоза рванула прямо на него.

У Генки было ровно три секунды на принятие решения, но даже за это время мысль «Гарик или зонт?» успела возникнуть у нее в голове, и, честно сказать, жизнь босса сестры победила с очень небольшим перевесом. Схватив свой зонт, она поставила его в проход между сиденьями как шлагбаум для тележки. Он выдержал, конечно, немного заскрипел и погнулся, но не подвел. Пассажиры, сидевшие и в ужасе наблюдавшие происходящее, начали хлопать и поздравлять всех участников события. Очумевшего от последних событий Гарика со вторым днем рождения, белую как мел тетю Халю, что не стала случайной убийцей, ну и, конечно, героя данного мероприятия – Генку – как главную спасительницу.

Жора

Он сидел в кресле самолета и ругал себя, зачем повелся на жалостливые рассказы помощницы директора, зачем летит туда. А все эта «правая рука» разжалобила его, осознанно или случайно затронув самые больные струнки в душе. И вот он, человек, который уже три года выходит из дома только для того, чтобы посмотреть новый фильм в кинотеатре, и то лишь исключительно ради очень хороших фильмов, летит в Крым. На соседнее кресло плюхнулся маленький человек с армянскими корнями и уставился на Жору в упор. Взгляд его не обещал ничего хорошего, это была смесь ужаса и презрения.

– Мы с вами знакомы? – не выдержал Жора.

Но сосед не поддержал разговора, вскочил и убежал в соседний салон.

«Боже, за три года затворничества я уже отвык от того, что в мире столько сумасшедших», – подумал Жора, поднимая папку, которую уронил его ненормальный сосед. На папке было напечатано: «Сериал “Никогда не играйте в смерть”. Сценарий».

– Добрый день, – приветствие прозвучало так неожиданно, что Жора вздрогнул.

– Здравствуйте, – ответил он молодой девушке с прической льва. Жора, скорее, по профессиональной привычке сразу оценил ее внешность. Девушка лет двадцати пяти, стройная, немного высоковата для среднестатистической девушки, как говорится, модельного роста. Лицо миловидное, но какое-то неухоженное, совсем без косметики. Да и прическа, скорее, «так получилось», чем «так задумано». Такое ощущение, что она проснулась как-то утром и решила: я не должна никому нравиться, надо срочно о себе забыть. Единственное, что девушка не смогла испортить на своем лице, – это глаза, огромные голубые глаза, они компенсировали все: и прическу, и неухоженность лица, и старенькую дешевую одежду. В эти глаза хотелось смотреть не переставая, подмечая в них то бездонность летнего неба, то глубину синего моря.

«Стоп, прекрати, тебе теперь этого не позволено», – оборвал себя мысленно Жора, пытаясь вернуться обратно из бездны красивых глаз своей соседки.

– Извините, но некоторое время я посижу рядом, – как-то уж очень неуверенно сказала она.

– Конечно, это ваше право, до вас тут сидел злой коротышка, но сидел недолго, так что я ни при чем, извиняться не стоит! – удивленно ответил он – голос у девушки был тоже очень красивым, глубоким и каким-то уставшим.

– Это был мой босс, но по определенным причинам он не может лететь в этом кресле, поэтому летит в моем. Вы просто его не знаете, он не злой, он добрый и беззащитный. Давайте знакомиться, меня зовут Ася, а вас?

– А меня зовут Жора, – представляясь, он протянул ей папку, – это уронил ваш босс.

– Жора – редкое имя, – произнесла Ася, переводя взгляд с папки на него. – Простите, если я сейчас ошибусь, но я не верю в такие совпадения. А вы, случайно, не наш сценарист?

От удивления она еще больше вытаращила глаза, на фоне ее прически это было очень забавно, и Жора рассмеялся:

– Да, скорее всего, ваш, а вы та самая Ася, которая вытащила меня своими уговорами. А где же ваша маленькая сестра или это была уловка? – смеясь, предположил он.

– Простите меня, – казалось, что Ася искренне радуется их знакомству, – я знаю, что это был запрещенный прием, но в свое оправдание могу сказать, что все, что я вам говорила, – чистейшая правда. Сестра сейчас сидит в соседнем салоне и развлекает моего босса. И благодаря вам мне это ничего не стоит.

Самолет набирал высоту, а Жора поймал себя на мысли, что ему приятно болтать с этой малознакомой девушкой и что уже давно он ни с кем так не болтал.

Сан Саныч

Новенький аэропорт Симферополя красовался на солнце. Волна, в виде которой был построен аэропорт, как и положено ей, переливалась и пыталась убежать. Сан Саныч встречал начальство и от этого чувствовал себя особенно некомфортно. Еще в армии он понял главный принцип благополучия: держись поближе к кухне и подальше от начальства. Так в последнее время он и делал, вел жизнь тихую и неинтересную.

– Все, навоевался я с ветряными мельницами, – говорил он жене, заседая по вечерам на кухне. – Теперь буду водить такси, а по выходным пить невкусное пиво.

Надо отдать должное, Сан Саныч не пил вообще никогда, но в последнее время нет-нет да и возьмет банку пива. Может быть, и пристрастился бы он, может, и спился бы в конце концов. Если бы не этот странный звонок, не это такое выгодное во всех смыслах предложение, а главное – тайна. После того как Сан Саныча Петрова уволили из органов, ему очень не хватало тайн.

– Приземлился рейс Москва – Симферополь, встречающих просим пройти.

Услышав это, Сан Саныч взял табличку «Киногруппа» и пошел встречать начальство. Почему-то у бывшего следователя, да и вообще неглупого мента было стойкое ощущение, что вот именно в эту секунду, с этой его встречи начинается что-то очень нехорошее. Начинается страшный спектакль, который неизвестно чем закончится.

Ася

Она первый раз за пять лет провела эти два с лишним часа как приятное развлечение, ибо в последнее время вся ее жизнь была расписана по минутам. Обо всем надо было подумать – на работе и дома. Подруг у Аси не осталось, так как интересы разошлись кардинально, просто так поболтать о жизни, о кино, о любимых актерах, о классике было не с кем, да и некогда. Этот сценарист Жора был шикарным собеседником, его хотелось слушать, ему хотелось рассказывать, с ним хотелось делиться и не бояться быть высмеянной. За время полета они выяснили, что им нравятся одни и те же фильмы. Ася с трепетом относилась к этому своему пристрастию к кинематографу. Узнав, что сценаристу тоже нравится фильм Витторио Де Сика «Похитители велосипедов», она была ошарашена и приятно удивлена. Сейчас редко смотрят черно-белое кино, тем более мужчины. С ним было что обсудить, о чем поспорить, о чем помечтать.