Юлия Ефимова – Никогда не играйте в смерть (страница 5)

В общем, два часа сорок минут пролетели незаметно и приятно. Ася даже забыла про разозлившегося босса. Когда после взлета тот понял, что ему не судьба сегодня сидеть в бизнес-классе, и, надув свои восточные щеки, ушел обратно на Асино место, она без зазрения совести вычеркнула его из памяти. Не обратила она внимания и на турбулентность, которая, как карусель, качала их в кресле то сильнее, то медленнее. Не придала значения и тому, как захлопали пассажиры, поздравляя кого-то с чем-то. Она просто наслаждалась беседой, смеялась, удивлялась и взахлеб что-то рассказывала, а такое забытое чувство свободы, когда ты никому ничего не должна и можешь просто получать удовольствие от жизни, на миг вернуло ее в то время, когда были живы родители и все было по-другому.

Поэтому приземление не было таким радостным событием как обычно, оно было как возвращение к обычным будням после радостного праздника. Самолет очень плавно коснулся полосы, город Симферополь красивым новым аэропортом встречал путешественников, как бы говоря: приветствуем вас, вы прилетели в сказку.

– Первыми выходят пассажиры бизнес-класса, – раздался голос стюардессы в динамике.

Ася встала, но пошла совсем в другую сторону, ей надо было забрать свои вещи, которые благополучно летели в эконом-классе. Уже подойдя к Генке, она обернулась, чтобы помахать своему новому знакомому, но увидела лишь скособоченную фигуру, опирающуюся на трость.

«Вот почему он не путешествует, – подумала Ася, – хорошо, что он не видит сейчас моего жалостливого взгляда, мужчины не любят, когда их жалеют. По крайней мере, таким был папа. В следующий раз я справлюсь».

Гарик

Как летели два с лишним часа, как выходили и получали багаж, как ехали в черном микроавтобусе два часа до Ялты, Гарик помнил смутно. Каждый раз в голове всплывала металлическая тележка, приближающаяся с неимоверной скоростью к его голове. Лишь в автобусе из беспрестанного стрекотания секретарши, чего, кстати, обычно за ней не водилось, он разобрал, что вампир, из-за которого Гарик не смог счастливо лететь в бизнес-классе, оказался их сценаристом и в гостиницу он уехал на заказанном личном трансфере. Эта новость вернула его в реальность.

– Вот ведь жук, – заорал Гарик, – мог бы и с нами поехать, а мне это все оплачивать. Ну, когда мы уже приедем в отель? У меня был жуткий день, и я пахну тетей Халей.

– Да вот уже приехали, – сказала испуганная Ася, давно она не видела, чтоб Гарик так орал, – только это не совсем отель, это пансионат. Они здесь и живут, и снимают. Для съемок арендовали на месяц отдельно стоящий домик у моря, а живут в корпусе.

Дверь микроавтобуса открылась, и перед ними предстал головокружительный пейзаж. Все трое встали, открыли рты и пытались переварить увиденное. Даже Сан Саныч, который вот уже месяц видел эту красоту каждый день, достав багаж, встал рядом и залюбовался.

Пансионат «Золотая гвоздика» располагался на скале, этажи спускались по ней, как лестничные ступеньки. А самая нижняя ступенька упиралась в каменистый пляж, который ласково облизывало синее море. Вокруг стояли столетние сосны, как бы защищая строения от всего на свете. Парковка машин была на самом верхнем этаже. Так как солнце уже садилось прямиком в море, то казалось, что оно блестящей дорожкой бежит по нему прямо к их ногам через пляж, через все этажи пансионата, бежит поздороваться с новыми гостями: привет я радо вас видеть, будьте как дома.

– Скажи-ка мне, Круглова, вот это что за… – чуть не выматерился Гарик, прервав эстетический экстаз, – прошу прощения, то есть ничего себе у нас живет киногруппа. У них ничего не треснет? И еще здесь кто-то с ума сходит? А этот кто-то не обнаглел?

– Гарик Михайлович, это все было указано в контракте и оплачено спонсорами. Вы тогда разводились со второй женой и, видимо, не придали документам особого значения, – начала оправдываться Ася.

– Всё, заселяться, в душ и пойдем наших отдыхающих приводить в чувство, – скомандовал Гарик, направляясь к ресепшен.

СМС: Заказчик – Исполнителю

«Действуйте согласно инструкциям, никакой самодеятельности».

Заливные

Анна и Роман Заливные были в браке вот уже двадцать пять лет. Как говорил Глеб Жеглов, у них была не просто любовь, а любовь с интересом.

Анна никогда, даже в молодости, не отличалась красотой, а сейчас была и вовсе отвратительна. К своему некрасивому лицу с маленькими глазками и лошадиной челюстью, а также чересчур высокому росту она добавила еще килограммов шестьдесят лишнего веса и стала совсем безобразна. Не помогали ей ни последние веяния косметологии, ни приклеенные ресницы, ни увеличенная грудь, ни красивейшие белые локоны, так искусно наращенные и уложенные лучшими парикмахерами Москвы. От всего этого она становилась еще безобразнее и смешнее. Но еще нелепее Анна выглядела из-за тупой уверенности в своей привлекательности. Во всех социальных сетях она выставляла фотографии, которым не мог помочь даже любимый «Фотошоп», с подписью: «Я обворожительна». Или на пляже, одевшись в какой-нибудь неимоверный купальник ядовитого желтого цвета и раскидав свои шикарные локоны по толстым плечам, она кричала на весь пляж: «Рома, ты куда пошел? Здесь столько мужчин, они начнут ко мне приставать! Ты хочешь меня потерять?!» Мужчины, посмотрев на эту огромную гору с ресницами и локонами, пугались и быстро ретировались, боясь быть неправильно понятыми самоуверенной дамой. Рома, который, может быть, и был бы рад потерять такую красоту навсегда, не мог себе этого позволить. Анна была кладезем денег в их семье – получив огромное наследство от отца, она умудрилась не только не промотать состояние, но и приумножить его. Сейчас, в сорок пять лет, раздобревший и похорошевший Роман стал самым настоящим красавцем, хотя в молодости даже этим похвастаться не мог. Увидев его в одном из институтских кафе двадцать пять лет назад, Анна, посмотрев на неправдоподобно худого молодого человека, сказала своей подруге:

– Он будет моим мужем.

На что та, пьяно захихикав, ответила:

– Зачем тебе этот заморыш, да еще и с дыркой в кармане?

– Я сделаю из него человека, а деньги у меня и самой есть, – ответила она и не обманула.

В свои сорок пять Роман Заливной был красавцем мужчиной, высоким и статным. Хотя Анна втайне подозревала, что муж обманывает и просто сбегает в спортзал отдохнуть от нее, но ежедневные походы давали свои результаты – тело было в исключительной форме. Седина же, серебрившаяся в идеальной прическе, придавала ему особый шарм и интеллигентность. В общем, все было при Романе, но только не деньги. Подписав брачный контракт двадцать пять лет назад, он подписал себе пожизненное рабство. Пару раз попытавшись соскочить с Аниного крючка, он понял, что не готов: он привык к деньгам, работать не любит, зато любит, как говорится в пословице, кататься на саночках.

– Боже, Рома, этот твой друг Леха Ронин, ну никакой фантазии, отмечать свой день рождения каждый раз в одном месте – это паранойя, – в Анином голосе улавливалась еле слышная истерика. Роман знал: это начало бури, и, если ее не предотвратить, о спокойном отдыхе можно забыть.

– Милая, ты же знаешь, мы все родом из этих мест, а Алексей настолько сентиментален, что сначала отмечает день рождения с родителями, – Роман запнулся, – на кладбище. Потом он очень страдает, и вот здесь мы, как настоящие друзья, должны поддержать его.

– Если бы он при этом не был нашим компаньоном в трех направлениях, меня бы здесь не было, – капризно сказала Анна.

– Ты забываешься, милая, – Роман не выдержал, – нас связывает нечто большее, чем совместная юность и общий бизнес. Если ты предпочитаешь это забыть, то не получится.

Психанув, он хлопнул дверью и вышел из их шикарного номера в коридор. Сегодня его Аннушка немного зарвалась, но для Ромика это только плюс, можно позволить себе обидеться и выпить чего-нибудь в баре, там такая чудесная барменша.

Для того чтобы попасть в бар, Роман Заливной должен был пересечь Холл, где располагался ресепшен. Там была какая-то возня и разговоры на повышенных тонах.

– Рома, ты? – услышал он в спину, так запросто его могли называть лишь несколько человек. Поэтому, оборачиваясь на голос, он знал, кого увидит.

– Гарик, дорогой, – Роман подошел и обнял директора киностудии «Обзалирон», по сути, своего подчиненного, а на деле старого друга, – вот так встреча. Ты к нам? Что-то случилось?

– Не переживай, ничего страшного, обычная работа, в этом пансионате «Обзалирон» снимает сериал. Я приехал проверить, как идут дела, и кое-что уладить. Ты не заметил здесь киношников?

– Мы здесь всего два дня, Анна не очень хорошо себя чувствовала после перелета, и мы пролежали в номере. А что за сериал?

– Давай позже отвечу на все твои вопросы, мне срочно нужно в душ. А не поужинать ли нам сегодня как в старые добрые времена, всем вместе, Ронины-то с вами?

Рядом стояли и переминались с ноги на ногу две девицы. Одну Роман припоминал, это была секретарь Гарика, лет двадцати пяти, немного неухоженная и всегда очень просто и даже бедно одетая. Сегодня у девицы была странная прическа, которая делала ее еще нелепее. Второй на вид было лет пятнадцать, она была яркой во всех смыслах этого слова, по-тинейджерски красивая, самоуверенная и очень стильная. В руках у девицы был огромный зонт-трость, погнутый и выглядещий плачевно. Девушка была расстроена этим и, не обращая ни на кого внимания, неуклюже пыталась его реанимировать.