Юлия Ефимова – Никогда не играйте в смерть (страница 3)

– Ну почему? Мы закажем для вас бизнес-класс, чудесную гостиницу с окнами на море. Вы не будете даже сильно себя перетруждать, дадите пару указаний режиссеру и все, а потом будете купаться в теплом Черном море.

– Это исключено, – еще раз, но более раздраженно ответил Жора, – дайте мне телефон режиссера, я ему позвоню и все, что касается сценария, с ним обговорю, а с глупостями пусть ваш босс разбирается.

Ася поняла, что бесплатные билеты для Генки растворяются в упорстве этого писаки, и решила пойти ва-банк. Обычно она так не делала, но билеты в самый сезон встанут ей в двадцать тысяч, это огромные деньги. Поэтому, заранее извинившись за свое поведение перед родителями, которые, она была уверена, все видели, решила все-таки ударить ниже пояса и разжалобить оппонента.

– Послушайте, Жора, у меня сейчас трудная жизненная ситуация, после смерти родителей я одна воспитываю младшую сестру. Начальство мне обещало оплатить билеты для нее в Крым, но только в том случае, если я вас уговорю поехать с нами. Моя маленькая сестренка, – продолжала нагнетать обстановку Ася, – не была на море уже пять лет, я попросту не могу себе этого позволить. Помогите мне, вам это не будет ничего стоить, а мне вы окажете огромную услугу. Поверьте, я буду очень благодарна, даже такие помощники, как я, могут быть очень полезны, я могу все последующие ваши сценарии относить в разные кинокомпании, не только в нашу. Пять лет в кинопроизводстве, пусть всего лишь секретарем, – это огромный срок, у меня куча знакомых, вы знаете, иногда полезней иметь знакомого секретаря, чем босса. Как говорит наша кастинг-директор, на этаж ниже все решается быстрее. Поймите, на следующий год у нее ОГЭ, и мы уже сто процентов не съездим на море, а тут такой шанс.

В телефонной трубке стояла звенящая тишина, Ася всем телом чувствовала, как на другом конце мучительно разрушаются сомнения, и боялась спугнуть.

– Хорошо, – так же хрипло произнес Жора, – билет я куплю сам, также пришлите мне название гостиницы, сам выберу номер. Счет на оплату билетов и гостиницы скину вам на почту. Встречать не надо.

– Спасибо, – прошептала в трубку ошарашенная Ася, но ее уже никто не услышал, сценарист положил трубку.

Ася с Генкой стояли в аэропорту и ждали Гарика Михайловича. Приехали они, очень рано, была у Аси такая привычка, она боялась опоздать, поэтому приезжала везде заранее.

– Да, систер, мы, как всегда, раньше пилота, три часа до вылета, нет, ну вообще это уже победа, – продолжала рассуждать Генка, – в прошлый раз мы приехали за пять часов, вот где был провал.

– Зато не опоздаем, – парировала Ася, понимая, что на самом деле, конечно, Генка права, сидеть в аэропорту то еще счастье. На улице накрапывал мелкий дождь, и Асины отросшие кудри вздыбились и приняли форму одуванчика. Сейчас, как никогда, Ася жалела, что все-таки не раскошелилась и не подстриглась, на море прическа одуванчика ей будет обеспечена постоянно.

– Генка, я очень смешно выгляжу? – немного печально спросила Ася. За пять лет она привыкла к своей прическе «под мальчика» и совсем разучилась ухаживать за локонами.

– Я понимаю, – сменив свой шуточный тон на серьезный, сказала Генка, – ты ждешь от меня утешения, но я не могу тебе врать, ты очень смешная с этой прической, – и, не выдержав, прыснула. Огромный зонт в виде трости упал и покатился по полу. Это была Генкина гордость, в прошлом году младшая участвовала в качестве волонтера в одном большом турнире, и по окончании соревнований всем добровольным помощникам подарили такие зонты. Конечно, ничего не скажешь, он был шикарен, с деревянной ручкой, цвета ясного неба, а через весь зонт красовалась большая надпись: «Спасибо, волонтер».

– Зачем ты его с собой взяла? – больше рассуждая вслух, чем ругаясь, спросила Ася.

– Ты что, такая вещь, вот увидишь, нам не раз пригодится, – возмутилась Генка.

– Веселенькое начало – ехать на море и ожидать дождя. Ты пессимист, сестренка.

– Здравствуйте! – Гарик подошел неожиданно, и Ася, как школьница перед учителем, вскочила с сиденья. – Что у вас за прическа, Круглова, если вы собрались отдыхать, спешу вам напомнить, что ваша сестра еще может себе это позволить, а мы летим работать. Кстати, а ваша сестра летит за мой счет или вам не удалось развести меня на благотворительность?

– Вы меня недооцениваете, босс, за ваш, конечно, сценарист летит точно, правда, время я не знаю, сказал, сам все купит, ничего покупать не надо, потом придется только счет оплатить.

Гарик был ко всему еще и жадным, поэтому немного поморщился от новости, что ему придется платить еще как минимум за двоих, и выдал больше из вредности, чем от души:

– И вообще, Круглова, эта прическа вам жутко не идет, вы выглядите как Бонифаций.

Ася хотела возразить и сказать, что она вовсе ничего не делала, а дождик и прирожденные кудри сделали все за нее, но от обиды все слова как-то испарились.

– Все, девочки, вперед, нас ждут великие дела, – продекламировал босс, развернулся на каблуках своих дорогих туфель и направился на регистрацию, как вождь народов, что прокладывает путь своим непутевым почитателям.

И закрутилось: регистрация, сдача багажа, зона досмотра. Когда добрались до самолета, Ася была вымотана окончательно и мечтала уснуть в кресле до самого Симферополя. Но этому не суждено было сбыться. Пилот уже объявил об окончании посадки, как вдруг объявился Гарик и с бешеными глазами уставился на Асю.

– Псс, псс, – попытался привлечь ее внимание начальник, – у меня проблема.

– Что случилось? – попытка не заметить босса, просто притворившись спящей, провалилась.

– Сосед мало того что в болотной рубашке, так у него еще и штаны болотного цвета, – наклонившись к ним, полушепотом произнес он, – не зеленого, не травяного, не салатового, а именно болотного, улавливаешь? – и, еще больше выпучив свои и без того огромные восточные глаза, замолчал, ожидая их реакции.

Ася закатила глаза, предвкушая самое ужасное.

– Он точно вампир, – Гарик сказал это и закивал головой, приговаривая: – точно-точно, я тебе говорю.

Генка, не зная про такую странность Асиного шефа, взглянула вопросительно на сестру и произнесла:

– Ася, зря мы бургеры в кафе ели, видишь, как Гарика Михайловича плющит. Систер, мне срочно нужен антидот, доставай аптечку, – говоря это, Генка переводила взгляд с сестры на ее шефа.

Но Асе некогда было объяснять сестре все тонкости психологии начальства. Отмахнувшись от Генки, она попыталась поговорить со стюардессой о замене места, но та была непреклонна, как Конституция России, плюс еще угрожающе намекнула, что если они сейчас же не сядут на свои места, то их высадят из самолета.

– Гарик, садись на мое место, оно абсолютно безопасно. Когда мы взлетим, я попробую что-нибудь придумать. Иначе нас сейчас снимут с рейса, – Ася, как могла, пыталась решить ситуацию миром.

На лице Гарика были такой страх и замешательство, что ей стало жаль его, но ситуация требовала срочного решения. Между комфортом бизнес-класса и собственной фобией Гарик предпочел второе, он сел рядом с Генкой.

Генка

Больше всего в жизни Лена Круглова любила свою сестру. Любила неистово и самоотверженно, ей всегда было обидно, когда кто-нибудь ее обижал, и хотелось наказать грубияна, но, слава богу, таких моментов было немного, так как Ася была аккуратным, добрым и культурным человеком. А еще Ася была очень расчетливой, или нет, неправильное слово, она всегда все планировала. Генка понимала, что, скорее всего, ее такой сделали обстоятельства: девятнадцатилетнюю девочку бухнули во взрослую жизнь, да к тому же еще с малолетней сестрой на шее, поневоле ей пришлось научиться считать. За это Генка любила сестру еще больше и во всем старалась ей помогать. Вот, например, сейчас, глядя, как этот маленький армянин свысока с ней разговаривает, а еще, хуже того, командует ею, Генка чувствовала обиду за сестру. Ася, такая умная, такая талантливая, должна выполнять придури этого гнома, а все из-за денег, из-за того, что им надо на что-то жить. В этот момент Генка пообещала себе, что, когда она вырастет и станет знаменитой актрисой (а в том, что так и будет, она ничуть не сомневалась), сестра никогда и нигде не будет работать. Генка будет ее полностью содержать. Ася поедет путешествовать по разным странам, как она иногда мечтает, сидя на кухне, отдыхать на морях, а Генке только счета для оплаты присылать. Она же будет их оплачивать регулярно и с большим удовольствием, приписывая: «Спасибо, родная, отдыхай, ты это заслужила».

Места у Генки с Асей были хорошие, двенадцатый ряд, одно посредине, другое у прохода. Так как Генка на правах младшей сестры уже заняла место у прохода, Гарику пришлось сесть на неудобное, по его словам, место посредине. С другой стороны, у иллюминатора, сидела тетя Халя, коренная крымчанка с красивой фиолетовой химией на голове и приличными формами. По сути, тетя Халя была прекрасным человеком и уже успела подружиться с Генкой, но с Гариком у них не случилась любовь с первого взгляда. Наверное, оттого, что тот был заведен и ругал все вокруг, не стесняясь в выражениях.

– Места между сиденьями мало, вы же, бесстыжие, заняли мой подлокотник, – продолжал ныть Гарик, а самолет тем временем, согласно расписанию, набирал высоту.