Yuliya Eff – Комбо (страница 23)
И вдруг, во время одной такой игры, словил картинку. Страшную картинку. Теракт на площади самой столицы. Воспоминание об этом захолодило душу. Теперь Егор знал, как оказался в игре. И даже был уверен, что когда откроет глаза, первыми увидит брата Степана, Федосова и того пацана из отдела «К», Максима Титова, который разрабатывал игру, восстанавливающую память у находящихся в коме с помощью нейросетей.
Конечно же, Егора никто не гипнотизировал. Последнее воспоминание из реальности — толпа на Болотной, гей-парад, чёрт бы их всех там побрал. Егор думал, что взрыв будет на Девятое мая, но промахнулся. И там, и там — флаги, яркие цвета, смех, улыбки, музыка. А когда увидел в толпе пацана в толстовке, наркомана, если судить по язвам на лице, почувствовал: это он!
Вдруг яркая вспышка — и всё, сначала темнота, потом — Безвременье, кисельный эфир. Но если он мыслит, значит, выжил, это было главное. Егор понадеялся, что и Данила Викарчук лежит где-нибудь на соседней кровати и точно так же проходит этот книжно-воспоминательный квест.
Восстановив всё до мелочи, Его вернулся в стартовую локацию и лёг на кровать. Теперь можно было отдохнуть.
Глава 10. Перезагрузка
— Какой-то он сегодня грустный, — сказала Милена, наблюдая за медленно передвигающимся игроком. — Наверное, он тоскует.
— Я ничего не могу сделать, — Максим увлечённо рисовал на планшете портрет собеседницы.
— Почему? А поднять ему настроение? Ты представляешь, что он сейчас чувствует? Он совсем один! Если бы ты оказался на его месте, что бы ты чувствовал?
Парень вздохнул, отложил планшет:
— Мил, я всё понимаю. Но что я могу поделать? Его вообще хотели отключить от аппаратуры. А сейчас он хотя бы в состоянии думать. Может быть, даже ловит кайф от чтения книг и музыки… Я на это надеюсь, во всяком случае.
— Но он же как Робинзон! Нарисуй ему собеседника! Пусть будет как Алиса, подбирать фразы. Хоть с роботом поговорит…
Максим посмотрел на длинные девичьи слипшиеся от навернувшейся слезы ресницы, покусал губы. И гора бы растаяла от такого сострадания…
— А хочешь попробовать сама с ним поговорить?
Хорошенький ротик округлился удивлённо.
— Как? — хлопнула ресницами Милена.
Максим потянулся к шкафу, вытащил из него сеточку проводов с зелёными присосками:
— Через motion capture. Я через этот модуль речь персонажам записывал.
Девушка осторожно взяла в руки провода, не понимая, что с ними делать. Максим отодвинул длинные волосы за уши с серьгами-кольцами и принялся лепить на замершее лицо Милены присоски:
— Видела хоть раз, как мультики 3D снимают? Сначала прорисовывают персонажей, потом подключают motion capture, через неё записывают движение. Я тебя подключу к Марианне. Будем ждать, когда Егор Василич мимо проходить будет, окликнешь его. Думаю, хуже не будет.
— Может, мне самой за ним пойти? Чтоб быстрее было.
— Не получится. Неписи привязаны к месту, это надо коды менять. Ты же не хочешь ждать?
Он подключил модуль к компьютеру, поковырялся в настройках. Ждали некоторое время. Набрав за сегодня тысячу кредитов, персонаж капитана неторопливо шёл в стартовую локацию. Как почувствовал, что его ждут. Или просто устал, решил на сегодня закончить.
— Говори, говори! — шепнул Максим, поправляя микрофон Милены.
— З-здравствуйте, — запинаясь, произнесла девушка, а вместе с ней красноволосая девица у двери в дом.
Персонаж остановился удивлённо.
— Вы меня слышите?
Пауза — и тихий писк аппаратуры у соседней стены. Максим округлил глаза, шепнул: «Продолжай, поговори с ним!» — а сам метнулся к лежащему телу капитана.
— Ч-что? — ошалел тем временем Егор.
— Меня зовут Милена. Я наблюдаю за вашей игрой.
Писк стал тише. Капитан вздохнул вполне отчётливо:
— А, опять ваши шуточки. Идите к чёрту! — и мужчина шагнул к двери в дом, взялся за ручку.
Максим, находившийся у кушетки, замахал руками девушке, делая знаки продолжать.
— А я знаю, что вас зовут Егор Васильевич, — выпалила Милена. — И я хочу вам помочь, честное слово!
Персонаж обернулся и застыл. Писк опять оповестил о сильном эмоциональном всплеске.
— Что вы сказали? Повторите!
Неизвестно, кому сейчас в комнате больше требовалось успокоительное: разволновавшейся Милене, капитану Матвееву, чьи показатели нервного возбуждения зашкаливали, или программисту Максиму Титову, который готов был стучать себя по голове тяжёлым предметом за тугодумство.
Но спустя минуты две Максим в который раз удивился психологической устойчивости капитана. Едва поняв, что происходит, тот дал ненадолго слабину, ругнувшись так, что у Милены щёки и уши покраснели от стыда. Затем быстро справился с эмоциями и начал задавать вопросы по делу, не отвлекаясь на подробности в духе: «Как же вы могли?!»
— Как мне выйти из игры?
— Вы должны очнуться, — это уже Максим, забравший себе микрофон. Девица-непись улыбалась с закрытым ртом, продолжая издавать звуки, подобно чревовещателю. Выглядело нелепо, но обеим сторонам — по разные стороны экраны — было всё равно.
— Может, шандарахнуть меня током? — предложил Егор.
— Опасно. Ваши показатели сейчас этого не выдержат. Я думаю, что ваша центральная нервная система справится самостоятельно. Вам только нужно настроиться.
Возникла пауза. Капитан думал.
— Это ты тот Макс Титов из отдела «К», который работал в «Мобайл Геймз»?
Максим заулыбался, а девица на экране повернула на бок голову и открыла рот.
— Я, товарищ капитан.
— Тогда слушай. Ты помогал Ермолаю Ильичу записывать видео изменённого континуума?
— Я…
Голос Егора стал строже:
— Ты должен передать ему, что нельзя вмешиваться. С каждым разом будет только хуже. Трансляторы не выдерживают нагрузки: мозг перегорает.
— Я-я-я… э-э-э… не могу…
— Почему?
Парень коротко рассказал обо всех изменениях в отделе.
— Вот как? — расстроился Матвеев. — Ясно. Позвонить моему брату можешь?
— Теоретически да, но это займёт время. Номера у меня нет, хотя… — Максим повернулся и открыл браузер на правом мониторе. — Сейчас поищем.
Капитан ждал, и во время ожидания, очевидно, что-то ему пришло в голову:
— Подожди. Он не поверит, посчитает за розыгрыш. Вы можете его привезти сюда, в клинику?
— М-м, я должен спросить… Не знаю, извините.
— Что такое?
— Мы не в клинике, — Максим вздохнул. — Мы на даче у вашего друга. Петра Юльевича. Мы, как бы это сказать, пошли на небольшое преступление, чтобы спасти вас от эвтаназии.
— Ну, вы, блин, даёте… — только и смог сказать Егор. — А с ним я могу поговорить?
— Конечно, я ему сейчас же позвоню.
— Хорошо, — Егор помолчал. — Сейчас я хотел бы подумать, собраться с мыслями. Это возможно?
— Да, конечно. Я вас отключу.
— Ненадолго. Часа четыре мне хватит.