Yuliya Eff – Комбо (страница 25)

Белая клякса щупальцами-резинками затирает пейзаж за окном, черноту вагона. Ещё несколько секунд — и она поглотит Егора. Чтобы выплюнуть на кушетку, что стоит напротив окна. Наверное, шторы распахнуты, и первое — что увидит Егор, будет не лицо Максима, или его девушки, или, возможно, даже Петра, самого лучшего Петра Булгакова на свете. Это будет небо, настоящее, с расцветающим летним утром. И ветками здоровой яблони, разросшейся до уровня второго этажа.

Свет заливает всё. И вдруг — боль в сердце.

Что-то происходит! Но что, он пока не знает. Надо ждать. Как странно… Ощущение пустоты. Он снова сжимает и разжимает руку — не то. Руки нет. Боли нет. Ничего нет, кроме растущих страха и разочарования.

Не получилось?!

Игра дала ответ на вопрос. Стены вагона растворились как-то незаметно. Перестук колёс тоже. Движение — оно разве было? Перед глазами яркий пейзаж с плывущим туманом, перекрывающим полосатые поля, лес по кромке горизонта. А за болотно-зелёной лесной пеной замок, горделиво подпирающий небосвод своими развевающимися стягами. Похожий на Московский Кремль.

Незнакомый голос заговорил, читая плывущие вместе с туманом слова:

«…И настали тёмные времена. Застонала Мать-Земля, выпуская из недр своих чудовищ. И стали править на людской земле волколаки да лешие, Анчутка да Лихо Одноглазое! Вымирать стал народ православный. Боялся каждый покидать свою деревню…»

Егор слушал и не слышал. Ещё пока надеялся: всё это — кошмар, который приснился после того, как пришёл в себя. Ведь было же, было! Он чувствовал и сердце, и руки!

Короткая легенда о земле, на которой установилась власть мифической нечисти, закончилась. Возникли большие буквы на картинке, как будто бы Егор стоял в кинотеатре и пялился на экран: «БОГОМИРЬЕ».

И вдруг, сбоку:

НАЧАТЬ ИГРУ?

ДА. ВЫХОД.

Что будет, если он выберет «Выход»? Возвращаться в Небытие было ещё страшнее. И он ткнул удлинившейся рукой в кнопку с двумя буквами.

РЕГИСТРАЦИЯ НОВОГО ИГРОКА.

СТАТУС: Новичок.

ВВЕДИТЕ ЖЕЛАЕМОЕ ИМЯ: _

— Что это? — оторопело разглядывал буквы Егор. — Что это, а? Почему? ПОЧЕМУ?!

И он закричал, как раненный зверь, окружённый охотниками. Но Игра бездушно вписала в строку с именем «Почему» и выплюнула следующие новости:

ИМЯ: Почему

УРОВЕНЬ — 1

МОНЕТЫ — 200

ПРОЙТИ ОБУЧЕНИЕ?

ДА. МЕНЮ. ВЫХОД ИЗ ИГРЫ.

Тупо смотрел на буквы. Сколько времени прошло — он не знал. Чувствовал, что много. Наконец заставил себя взять с руки, ткнул в «Да» — и игра потащила его по локациям средневекового мира, показывая, где покупать амулеты и артефакты, оружие; у кого собирать подсказки.

Он перемещался в игровом теле, как зомби, внутренне рыдая и рыча. Желая вернуться в Безвременье, чтобы никогда больше не просыпаться здесь, в этом пиксельном мире, если из него нельзя выбраться. Позволил себе две минуты слабости.

Когда игра отпустила в свободное плавание, постоял, растерянно оглядываясь. Вдруг вспомнил про наказ Максима идти в лавку артефактов, если что… Не пошёл— побежал туда: сейчас, когда Егор знал, что эта игра может стать его загробным миром, было ещё страшнее остаться в ней одному.

В лавке Система представила хозяина, белобородого низкого старичка:

СКАРБНИК

Уважение: 4

Два балла были заработаны во время обучающего ролика при покупке какой-то смеси, которая ускоряла ходьбу. Ещё два — за выполнение мелкого квеста-просьбы от Скарбника. Сейчас он предложил, как и в первый раз, свои услуги, показав меню с доступными покупками и вариантом заработать хэпэ. Егор отказался, и Скарбник посоветовал «бездельнику» убраться вон.

«Никуда я отсюда не уйду», — ворчливо подумал Егор и остался, лишь отступил к стене. Так и стояли, пялились друг на друга. Терпение истощилось быстро. Чтобы не сойти с ума от ожидания, взял у Скарбника задание вырастить пучок лаванды для настойки. Пока ходил на поле за границу городка, сажал, поливал и собирал, успокоился немного. Вернулся, получил свои два балла и решил ещё подождать. Опять прошло минут десять не меньше.

Скарбник вдруг дёрнулся и заговорил слабым голосом Максима.

— Егор Ва-си-лич, это вы?

— Я. Что случилось, Макс?

Скарбник помолчал, тяжело дыша.

— У меня … две новости.

— Начни с самой хреновой, — Егор догадался: что-то произошло там, в реальности, и с Максимом, вероятно, беда.

— Вы… умерли… Я… проверял.

— В смысле? Как умер? — если бы у персонажа Егора могла отвиснуть челюсть, она бы сделала это.

— Я… вам… видео закину… У меня… кажется… тоже мало… времени…

— Ты ранен?

— Да… Очень больно…Простите… мне очень жаль…

Егор дёрнулся от бессилия:

— Что произошло? Хотя нет, подожди, не говори! Как я могу тебе помочь?

Скарбник издал каркающий хрип:

— Никак… Егор Василич… простите… Я … чувствую ответственность … за вас… Нейросеть… Вы сами создали… себя… благодаря игре… Вы… практически… стали… искусственными… интеллектом… — паузы в речи бармена становились всё длиннее, а слова — сказанными с заметным усилием.

Егор ужаснулся и закричал:

— Сотри меня нахрен! Я не хочу такой жизни! Ты меня слышишь? Макс!

— Я… не могу… Не успею… все данные на сервере… облачном… Удалю… здесь… включат игру… и вы… снова…

«Ах, ты ж, гений сраный!» — мысленно взвыл Егор, понимая, что в этот момент надо думать о пацане, которому реально хуже. А он, Егор, получается, уже и не человек. Что-то типа компьютерной программы. Но почему тогда он чувствует страх, ярость, обиду? Почему?!

Скарбник начал издавать ещё и шуршание: по ту сторону монитора Макс что-то пытался сделать:

— П-послушайте… я бы себе… другой… участи… и не желал. Вы … сможете… видеть всё… что п-происходит… влиять… на мир… ракеты… операции… Б-бес-мер-тие… — Макс вздохнул и булькнул. Потребовалось время, чтобы он заговорил снова. — П-последняя прось-ба… П-посмотрите видео… Я отп-правил все… записи… Поймёте…

— Ты скорую вызвал? Эй! Не смей умирать!

Макс не слышал или не хотел отвечать:

— Н-надо… т-только… развиться… Там… в библиотеке… если… снова… дочитать… до… конца… книгу… запустится… скрипт… вы… получите… доступ… к инт-тернету… сможете … жить… без тела… но жить… я… тоже…Прос-с-с…

Слабый смех внезапно оборвался. За ним последовал глухой стук и тишина.

— Что за книга? Как называется? — на всякий случай спросил Егор, уже зная: ответа не последует.

Подождал некоторое время, хотел было уйти в библиотеку, чтобы посмотреть видеофайлы, но из образа хозяина лавки послышались другие шумы: как будто бы удары по мебели, топанье ног, приглушённые разговоры. Затем звук шагов рядом и удаляющихся, а спустя время много топанья и голоса.

Один из них принадлежал Степану, Егор не мог перепутать. Он замахал руками, надеясь, что привлечёт внимание. Как-то же Максим его видел, значит, в комнате было устройство для этого.

Вдруг кто-то отчётливо сказал:

— Гм, кажется, я его знаю! Он из этих… компьютерщиков… В прошлом году проходил по делу Графа свидетелем. Парень — компьютерный гений… Был…

И второй, тоже незнакомый:

— Максим Титов… Это он при нас тогда чуть сайт Пентагона не взломал?

— О, точно!.. Забавный парень, — голос отдалился, словно говорящий человек отошёл в сторону. — И как же эта сволочь нашла его? Погиб пацан ни за что…

Егор слушал жадно, дорисовывая в воображении происходящее. Люди, явно полицейские, снова туда-сюда, голоса то приближались, то снова превращались в бубнёж.