Yuliya Eff – Комбо (страница 12)
Вскоре принесли распечатку звонков и смс-сообщений, полученных телефоном Милены. Среди них, в 20.15, значился звонок с неопределившегося номера. Айтишники поковырялись полчаса и пожали плечами: прокси-сервер вёл в Австралию. Очень умным оказался Заказчик. Слишком даже.
Через два часа, а время уже клонилось к позднему вечеру, подполковник Ушаков, майор Матвеев и капитан Волошин снова находились в кабинете генерал-майора ФСБ. Только в этот раз отсутствовали представители МЧС и ГИБДД. Малышев обвёл взглядом присутствующих и объявил:
— Я поздравляю вас, товарищи, у нас появился серийный убийца-террорист. С манией величия.
Глава 5. Всё дело в кока-коле!
Безвременье приняло меня в свои холодные объятия дважды, прерывая игру, и с каждым разом пространственный равнодушный кисель усиливал чувство безнадёжности. Я почему-то для себя решил, что победить на ринге в игре очень важно и необходимо. Но снова и снова меня отправляли в нокаут, выкидывая поначалу в аптеку, а потом в библиотечный модуль, где я сохранял «талоны» каждые пять минут из опасения перед внезапным возвращением в Ничто.
В остальном всё было неизменно: бой — нокаут — утешительное чтение книги — магазин с пополняющимся ассортиментом — ринг — библиотека. Показалось или нет, на ринге двигалось легче с каждым разом не потому, что я стал ловче, а потому что с новым, более дорогим продуктом сил как будто прибавлялось. И я начал жульничать.
После магазина не сохранял опыт, топал сразу на ринг, там проигрывал, возвращался к началу, имея с каждым разом больше «талонов». Тем более хотел накопить на транспорт, чтобы испытать ещё и чувство скорости. Для разнообразия сходил в автомобильный салон, самый простенький мотоцикл стоил 800 кредитов, а гоночный автомобиль — 5000. Так что цели было как минимум две, если не считать самой главной — закончить квест, выйти из гипноза и начистить шутнику фейс до самых пяток.
В библиотеке, чтобы не запутаться, я решил читать в алфавитном порядке каталога с художественной литературой. На букву «А» оказалось 543 наименования, и в процессе чтения я сразу отказался от первоначального намерения читать каждую книгу до максимального количества талонов за неё. «Даже если это вынужденное интеллектуальное изнасилование, то я хотя бы должен получить от него удовольствие», — мрачно подумал повторно стал читать только те книги, которые ему понравились и напомнили что-то из реальной жизни.
Так был перечитан «Айвенго» Вальтера Скотта (до обнуления) и биография Альберта Эйнштейна (дважды). Особо выделил роман «Архипелаг ГУЛАГ» Александра Солженицына, показавшийся родным и убедивший меня в том, что моя Родина — непременно Россия, с её необъяснимым абсурдом, исторической жестокостью и умением народа выживать и приспосабливаться к любому дерьму.
Игра позволила мне расправиться с каталожной «А» и заработать на чтении 560 кредитов. Решил было добрать до шестисот, но быстро отказался от этой идеи: мозг был готов закипеть. А для боя в первую очередь необходима была концентрация. Поэтому отправился побродить по городку, подходил к персонажам, стоящим на улице, вспомнил про какую-то Энн, у которой никак не могла начаться вечеринка, ибо бар неизменно оказывался закрыт. Заскучал немного, потратил двести кредитов на вкус кока-колы, триста — на гамбургер и пошёл драться. В этот раз подвела самонадеянность и радость от неожиданной удачи: после серии ударов Громила зашатался, облокотился на канат, и нет бы его добить в этот момент, но я стоял, открыв рот и наблюдая за ослабевшим противником. А тот пришёл в себя за две секунды и вырубил балбеса, не к месту размышлявшего о том, что помогло — удары в солнечное сплетение или бутылка кока-колы.
Очнувшись в библиотеке на красном круге, я мысленно сплюнул, обозвал себя идиотом и от негодования на самого себя не стал читать ничего — вышел. Накатило бессилие. Так бывает: до победы остаётся одна попытка, но для неё может потребоваться больше решимости, чем за все предыдущие. В реальной жизни что бы я сделал в этом случае? Напился бы и лёг спать. Ах, если бы это сейчас было возможно! Но в магазине из напитков ничего крепче и дороже кока-колы не было. Вздохнул и пошёл домой, чтобы хотя бы прилечь на кровать и попялиться в потолок, если не получится заснуть.
У подъезда стояли знакомые лица. У Марианны ничего нового не появилось, а неприметный парень опять напомнил пословицу про чистоту.
— Чтоб вас вместе с вашим создателем! — пожелал нарочно вслух. Игра равнодушно промолчала.
Оказавшись в убогой обстановке, выругался ещё раз: на душе и без этого было паршиво. Лёг на кровать, но глаза отказывались закрываться. «Ссс-ка! — сказал вслух, рывком поднялся и решительно направился на кухню. — Чистота — залог здоровья… падла…» Подошёл к заваленной посудой раковине и взял тарелку с намерением попытаться её разбить. Но вдруг свободная рука сама потянулась к крану, увеличила струю воды — и через две секунды тарелка была чистой. Раздался тоненький дзынь, и она переместилась в подставку для тарелок. Тот, кто придумал этот квест, был либо женщиной, либо полным психом! Но раз начал — доделывай.
Когда последняя утварь заблестела чистотой, домик слегка встряхнуло, и где-то послышался гул.
Ошалевший от сюрприза, я вышел на улицу. Невидимое сердце застучало от предположения, что всё дело было в этой чёртовой посуде. Тем временем гул прекратился, но я решил оббежать все локации, чтобы убедиться в изменении. В библиотеке — всё то же. Сохранился на всякий случай, чтобы не мыть посуду второй раз. В аптеке, магазине и спортклубе — без изменений. На ринг лезть не стал, ибо непроверенными остался бар, автомобильный прокат и вокзал, знаменующий границу города.
На вокзале я потерял дар речи. В стенах слева и справа появился тоннель, явно для поезда, и даже где-то слышался гул. Попытка заглянуть в тоннель не увенчалась успехом: чёрные тоннели оказались просто закрашенным чёрным арками. Подошёл к зданию — на стенде, прежде покрытыми однотонным синим цветом, красовалась свежая надпись: «Ожидается прибытие поезда. Пожалуйста, купите билеты заранее!»
Подошёл к парочке манекенообразных пассажиров-неписей[15], и все они сказали одинаково:
— А вы не знаете, когда придёт поезд?
По всему выходило, что этот поезд и есть способ покинуть игру. Несомненно, новость радовала, но где найти подсказку? На вокзале ни один её не давал. Вдруг вспомнился чувак у подъезда. Ведь именно он намекал про посуду, но я тогда не понял его эзопова языка. Значит, начинать снова придётся оттуда. Маленькая победа окрылила, и я заторопился к дому.
Но по дороге безжалостная воронка вернула в Безвременье.
В следующий раз, едва перед глазами возникла знакомая надпись: «Кто много читает — тот много знает», — начал действовать по придуманному в прошлый раз плану. Сначала читал до одури, через каждые двадцать книг бегая в модуль сохранения, и только на выходе узнал, что заработал 244 кредита. В сумме с уже имеющимися можно было бы купить мотоцикл, я с трудом отказался от искушения: победа на ринге необходима была в первую очередь.
Потратил в магазине почти всё хэпэ на сэндвич и две бутылки колы. А по дороге в спортклуб, чтобы занять себя, вперемешку со взрывами вкуса в голове перебирал воспоминания о запомнившихся книгах, прочитанных сегодня. «Белого Бима» Троепольского перечитал дважды в попытке поймать ускользающее воспоминание о любимой собаке и её торжественных похоронах с местными пацанами. Кажется, даже кто-то из девчонок был.
Зато «Белого Клыка» Джека Лондона перечитал до максимального нуля, заслужив одобрение Кота-библиотекаря. «Бегство от свободы» Эриха Фромма, безусловно, оценил, но мусолить не стал, отложив намерение сделать это на неопределённый срок. Надо сказать, крайне было неудобно, что в библиотеке отсутствовала книжная полка, на которую можно было бы отставить понравившиеся книги, чтобы вернуться к ним в первую очередь.
В клубе до зубовного скрежета встретила всё та же надоевшая схема: напоминание рефери про высокий дуб, который не падает от первого удара, звук начала боя, появление того самого дуба. Подумалось, что я сойду с ума, если это не прекратится!.
Настроил себя на победу и затанцевал, пытаясь уклониться от ударов громилы. Пропустил один удар и озверел, разозлился на себя, вспомнил о своём желании отблагодарить гипнотизёра, подарившего эту «чудную» игру, и начал работать на износ, вкладывая в апперкоты, джэбы и кроссы весь гнев и силу, заметно тающую с каждым сильным ударом.
И всё-таки получилось: соперник зашатался, знакомо откинулся на канаты, вращая зрачками, и я в этот раз не растерялся — подскочил и нанёс серию акцентированных ударов в голову сползающего дуба. Едва тело громилы растеклось безжизненно на полу, глаза закрылись, рефери радостно объявил:
— Пришёл, увидел, победил! — разумеется, он сказал на латыни знаменитое «вени-види-вицы», но я, прокачанный сборником латинских пословиц, первёл их автоматически.
Послышался звук аплодисментов и улюлюкающей толпы. На полу — я успел попятиться — прямоугольный мат с лежащим на нём побеждённым соперником перевернулся. По центру ринга теперь находилась большая красная кнопка. Я подумал секунду и решительно встал на неё.