Юлия Добрева – Сердце для Тени. Полная версия. (страница 10)
Продажная, прекрасная. А у Наймона хороший вкус на женщин.
Мираллин больше не боялась. Меня окутывал приторный запах пряности, от которого туманилась голова.
– Хорошего тебе дня, – кивнул я ей и пошёл обратно в замок.
Напоследок обернулся и увидел, как девушка ищет в траве сорванное колье.
Одно дело сделано. А эти способности не так уж и плохи. Они отлично помогали искать слабости людей.
Теперь очередь за суринной.
Перед дверью отдал охране распоряжения.
В спальню я зашёл уже почти умиротворённым. Бешеная девка, увидев меня, опять начала шуметь, но я просто уселся в кресле, наблюдал.
В скором времени, кажется, она поняла, что не может больше вывести меня таким способом, и успокоилась, затихла. Даже приуныла.
– Всё готово, – вошёл доложить страж.
Я подошёл к девушке, подхватил её на руки и понёс в соседнюю комнату. Там уже висели цепи, приделанные к кровати по моему приказу.
Поставив суринну на пол, я мотнул головой охране. Мужчины тут же облепили нагое тело. Кто-то снимал верёвки, кто-то одевал платье. Но все они беспардонно лапали руками места, до которых могли дотянуться. После стали привязывать к кровати. Цепи звенели, девушка дёргалась, уворачиваясь от нежелательных ласк.
– Довольно! – скомандовал я, когда всё было готово.
С негодующими вздохами стражники покинули комнату, оставив меня лицезреть эту красоту. Я скрестил руки на груди и любовался.
– Вот так, милая. Теперь ты живёшь с вечными цепями в золотой клетке. Наверное, этого ты и хотела. Я ослаблю цепи, если будешь вести себя хорошо. И натяну так, что ты не сможешь двигаться, если выкинешь ещё какой-то трюк.
Она с ненавистью смотрела на меня, тяжело дышала и дёргала руками. Этот звон резал уши, но я смогу привыкнуть.
– В самой комнате, как ты видишь, ничего нет.
Из неё действительно вынесли всю мебель. Оставили только кровать.
– Снаружи тебя днём и ночью будет охранять стража. А окна… – Я подошёл и дёрнул за штору.
Там всё заколотили досками.
– Ты больше не увидишь ни света, ни тьмы. Будешь жить здесь. А если захочешь помыться… то только со мной. Тебе же так понравилось купаться в одном чане с альтиром?
Я сел на кровать и бесцеремонно положил ладонь на грудь, потом сжал её, отчего суринна выгнулась.
– Мне нравится твоё тело… Я подумаю… От твоего поведения зависит, дам я тебе капельку свободы или не дам. Мне очень хочется услышать твои мольбы, чтобы я трахнул тебя, как грязную шлюху, потому что это самое сладкое, что можно услышать от убийцы.
Я встал, подошёл к дверям и уже оттуда бросил:
– Зайду к тебе вечером. Будешь хорошей девочкой – развяжу рот, а если нет – у меня есть ещё несколько козырей в виде голодных стражников.
С этими словами я покинул комнату.
Мне надо сломать её, усмирить эту бешеную девицу, заставить со мной разговаривать. И я готов был дарить милость или бить плёткой. Что угодно, лишь бы она рассказала, как всё вернуть на место.
Глава 8
Вот поступила, не подумав, и теперь прикована цепями к кровати безумного альтира.
Сумасшедший сукин сын!
Я знала, что он меня не сможет убить, но не ожидала пыток. Перегрызу ему горло, как только выберусь из ловушки!
Клеймо привычно начало печь, я же не выпила зелье, а значит, с каждым часом боль будет становиться всё сильнее. Твари. И владыка, ненавидящий оборотней, и его колдуны, придумавшие ставить магический знак на суринн для того, чтобы те чувствовали присутствие звероликого рядом. И суринны, бросившие меня, когда я стала оборотницей.
Кто же знал, что клеймо, которым я гордилась, поступая на службу, станет прокажённой меткой, приносящей адскую боль? Ведь я сама оборотень, который всегда рядом!
Великий Вальгал от меня отвернулся, теперь я дочь Варрены, богини-матери всех звероликих.
С каждым часом боль нарастала. Вальтарион думал, что я сдамся из-за желания принять ванну или из-за угрозы изнасилования стражниками. Но с такими темпами я умру от боли. А он вместе со мной. Это даже смешно. Владыка тоже скоро встретится с Вальгалом. Остаётся ультар, надеюсь, что с ним расправятся другие оборотни.
Я закрыла глаза и тихо шептала про себя имена тех, кто был в моём смертном списке, каждый суринн помнит, кого убил. Ведь за эти смерти он отвечает перед богами, приходя на последний пир. Только я не попаду, ведь стала оборотницей.
– Что со мной происходит?! Мне нужны ответы!
В комнату ворвался недовольный альтир.
Я приоткрыла глаза, пытаясь направить внимание на него, ему, должно быть, тоже плохо и скоро он умрёт вслед за мной. Хотелось бы успеть посмеяться над этим.
Поняв, что попытка сломить меня не удалась, и он сам страдает, альтир вынул кляп.
– Что с тобой?! – закричал Вальтарион, хватая моё лицо. – И что со мной?
– Ты скоро сдохнешь! – рассмеялась я сквозь боль.
– Дрянь!
Он загремел цепями, но я провалилась в беспамятство. А открыв глаза, поняла три вещи: во-первых, неизвестно, сколько времени я так пролежала, во-вторых, не знаю, сейчас ночь или день, потому что в комнате темно и тихо, а в-третьих, боль отсутствовала.
Я пошевелила рукой и вместе с раздавшимся звоном цепей в дверях появился альтир. Злой, помятый и недовольный.
– Думала, что я умру в мучениях?! Но ты просчиталась!
– Ты всё равно сдохнешь, – пожала плечами я. – Оборотень не станет владыкой. Тебя убьют свои же суринны, как только узнают. А это вопрос нескольких дней, они же вернутся в замок.
Его глаза загорелись жёлтым, клыки выдвинулись и заострились.
Типичный молодой оборотень, не умеющий держать себя в руках.
Только он не знает того, что ведаю я.
– Альтир мечтал стать владыкой, а станет обезглавленным трупом, как все оборотни.
От моих слов Вальтарион не мог сдержать эмоции и начал превращаться. Выступили когти, ещё чуть-чуть и перекинется полностью в звериную ипостась и тогда я обрету над ним власть, ведь я его создательница.
Ещё немного. Самую малость.
Но стук в дверь нас отвлёк. Охрана доложила о пришедшей мираллин.
– Никуда не уходи, суринна, – ухмыльнулся Вальтарион. – Я скоро вернусь, и мы продолжим развлекаться.
– Не торопись, альтир. За две минуты ты, конечно, кончишь, но вот девушка не успеет ничего почувствовать.
Желваки заходили на лице, кулаки сжались, а глаза окрасились охрой. Он шагнул вперёд и навис надо мной, шумно дыша.
– Ты нарываешься, волчица! Я отдам тебя страже!
– Это в любом случае будет лучше, ведь не с тобой и больше двух минут.
Я думала, что он сорвётся и перекинется, но нет. Вальтарион закрыл глаза и медленно вдохнул носом, стараясь успокоиться. Через секунду он выглядел как обычный человек и, мазнув по мне взглядом, вышел прочь.
Я напрягла слух, но дубовые двери не пропускали голоса. Жаль.
Наверное, это пришла его любовница, ведь ни одна мираллин, если хочет сохранить честь, не зашла бы просто так в покои альтира.
Поняв, что ничего не услышу, я занялась другим вопросом: почему нет боли от клейма? Он догадался и дал мне зелье, чтобы самому не страдать? Но как? Неужели Вальтарион посвятил кого-то из лекарей или магов в свою тайну? Если так, то он глупец и скоро об этом прознает весь дворец.