Юлия Девин – Хранители слова (страница 2)

Лифт не работал. Слышно было, что его заклинило где-то наверху: двери открывались и закрывались без остановки, и на нажатие кнопки вызова он не реагировал. Снова… ТСЖ всё обещает, что в следующем году поставят новое оборудование, но «следующий год» так и остаётся из года в год следующим.

Я уже представил, как буду ковылять до пятого этажа со своей травмой, но тут Валентин Николаевич положил руку мне на плечо.

— Нога болит?

— Да, колено. Я упал, пока пытался оторваться от погони. И, судя по всему, неудачно. Очень больно, опухает просто на глазах.

— Пройдёт… — сказал сосед, наклонился и прикоснулся к ушибленному месту.

Я почувствовал, тепло и легкое покалывание, а потом боль начала утихать и постепенно сошла на нет. Заметив мой удивлённый взгляд, Валентин Николаевич слегка прищурился и с улыбкой сказал:

— Скоро всё узнаешь. Пошли.

В полной тишине мы поднялись на лестничную клетку. Он открыл дверь и жестом пригласил меня пройти внутрь.

Глава 2. Может быть, это сон?

Квартира у Валентина Николаевича оказалась совсем не такой, как я ожидал. Никакой вычурности: ни патефона, ни пластинок, ни кресла-качалки. Скандинавский лофт в светло-бежевых с чёрным тонах. Всюду минимализм и идеальный порядок. Ничего лишнего. Ни одного завалящего носочка под диваном, ни пылинки на шкафу.

Я вспомнил, какой срач у меня, и мне стало немного стыдно. Чуть-чуть. Со мной так бывает: меня штормит от педанта до грязнули. Бывают дни, когда я прихожу домой, на пороге скидываю всю одежду до трусов, переступаю через эту кучу и иду дальше, а на следующий день просто надеваю то, что валяется в коридоре, и выхожу на улицу. Ну а что? Я холостяк, мне можно.

А в другой раз у меня активируется педантичность lvl 100. Тогда я затеваю генеральную уборку: вымываю посуду до блеска, разгоняю восвояси всех пауков, разбираю и расставляю вещи — чуть ли не по алфавиту и цветовой гамме. Которая, кстати сказать, гораздо более пёстрая, чем та, что сейчас перед моими глазами.

Честно говоря, я не сильно разбираюсь в дизайнерских премудростях, да и словосочетание «скандинавский лофт» знаю только потому, что мой друг недавно делал ремонт, а я ему помогал. Только у друга получилась более пижонская атмосфера, а здесь царил дух аскетизма. И ещё очень приятно пахло сандаловыми палочками — такими, какие продаются в эзотерических лавках.

В студенческие годы я увлекался мистикой и частенько наведывался в подобные магазины в поисках разнообразных артефактов. Я искал ответ на вопрос: зачем я живу на свете? Какое моё предназначение? И был уверен, что люди рождаются не только для того, чтобы продолжать род, производить и потреблять. Если рассматривать человеческую жизнь поверхностно, то смысла в ней нет: я родился, чем-то всю жизнь занимался, а потом умер — рано или поздно. Физически я ничего не принёс, когда появился на свет, и ничего не заберу в момент смерти. Тогда зачем всё это? Зачем добиваться чего-либо, если в итоге я умру и мне будет всё равно? Причём никто не знает, какой срок ему отмерен… Но внутренне я всегда чувствовал, что существует некий «ключ от всех дверей». Что-то, что даёт доступ ко всей информации и позволяет управлять течением жизни. Я искал его долго, во многих направлениях, но не нашёл и в итоге забил, вернувшись к «мирской» жизни.

Но несмотря на это, до сих пор сохранил тягу к неизведанному. В играх чаще всего выбираю мага в качестве персонажа, обожаю фэнтези и могу бесконечно смотреть «Властелина Колец» или «Звёздные войны». Всю жизнь хотел научиться использовать Силу, как джедаи, а Энакин Скайуокер — мой кумир навсегда. Детский сад? Возможно. Но веру в сказку у меня никто не отнимет!

В гостиной Валентина Николаевича целая стена была завешана множеством рамок с фотографиями и репродукциями портретов разных времён. Сотни лиц разных национальностей. Но, несмотря на этнические различия, во всех них было что-то общее. И это «что-то» заключалось в выражении глаз — они как будто излучали свечение. Даже на старых репродукциях улавливалось сходство. Внизу, под рамками, стоял небольшой позолоченный столик с увесистыми резными ножками, на котором были размещены символы различных мировых религий и те самые сандаловые палочки, так приятно пропитавшие всю квартиру. Я подошёл поближе, рассматривая фотографии. Некоторые лица были мне знакомы, но таких оказалось немного. Это были духовные учителя, книги которых я читал. Остальных я видел впервые.

— Великие люди… Ты наверняка кого-то из них знаешь, — сказал Валентин Николаевич, подойдя ко мне. — Все они приходили в этот мир, чтобы быть проводниками света. Кто-то даже создавал учения и школы, но в основном они вели тихую жизнь, собирая возле себя небольшое количество последователей и передавая им сокровенные знания и свой опыт. Время от времени я добавляю на стену новые портреты, но хотелось бы делать это почаще… Пойдём на кухню, я расскажу тебе всё, что ты захочешь узнать.

Кухня тоже была оформлена в стиле скандинавского минимализма. Я даже подумал, что она метра на два больше, чем моя, что в принципе невозможно. Пространство казалось просторнее за счёт кухонного гарнитура: чёрные фасады снизу, бежевые навесные полки и светлая столешница. Возле стены слева стоял чёрный стол и два бежевых стула. Рискованный ход, но, судя по всему, мой сосед — большой педант, и для него это не проблема. Так же как и в гостиной, здесь царил идеальный порядок.

Валентин Николаевич поставил чайник и спросил, какой чай я буду. Я не пью чай, только кофе и в огромном количестве. Поэтому сказал, что любой, такой же, как и ему. Какая разница, какой чай не пить?

Мой спаситель молча кивнул, достал две кружки, насыпал туда чай из жестяной баночки, повернулся к окну и задумчиво уставился вдаль. Повисла пауза, было слышно только шипение газа на плите и тиканье часов. Я сидел на стуле и ковырял пальцем ладонь, гадая, как завязать диалог.

Когда звенящую тишину нарушил свисток чайника, Валентин Николаевич развернулся, выключил газ и произнёс:

— Честно говоря, я не хотел, чтобы этот разговор между нами случился сейчас. Ты ещё не готов слушать и слышать. Но раз это происходит — значит, так тому и быть.

Я очень много лет путешествую по свету… И был свидетелем тысяч человеческих судеб: головокружительных взлётов и стремительных падений, безграничной доброты и жестокости, от которой стынет сердце, смертных грехов и великих искуплений, подлого предательства и безоговорочной верности. Для многих я был наставником, для некоторых — учителем, и для пары-тройки человек — другом. Но раньше всё было иначе…

Времена меняются, Юра, и меняются очень стремительно. Эпоха Рыб закончилась, ей на смену идёт Эра Водолея. Ещё никогда за всю историю человечество не было настолько интеллектуально развито. Мы погружаемся всё глубже во внешний мир в стремлении постичь его, даже нашли «частицу Бога», как называют её учёные. Но вместе с тем человек никогда не был настолько далёк от своей внутренней сути. Учения древности основывались на сочетании материального и духовного, а также на сбалансированном развитии обоих этих направлений, но эти знания оказались утеряны в современности. Поглощённые иллюзией внешнего мира, мы забыли, кем по сути являемся. Мы забыли, как пользоваться умом, и стали его рабами. Огромное количество доктрин и концепций — существовавших ранее и рождающихся ежедневно — находят своих последователей, ещё больше поляризуя мир.

Посмотри вокруг, что творится сейчас? Разгораются всё новые конфликты, вся планета охвачена огнём войны. Можно сказать, что вся человеческая жизнь превратилась в борьбу — с болезнями, террористами, наркоманией, алкоголизмом, другими расами, идеологиями, природой, со всем сущим.

— Это все, конечно, интересно, но просто хотел купить курицу и гречку… — оборвал я соседа на полуслове. Какое мне дело до глобальных свершений, я маленький человек и меня это совершенно не касается.

Глубоко вздохнув, Белозар продолжил:

— Мы не признаём мнения, отличного от своего, и на основании собственного мировоззрения делим окружающее на хорошее и плохое. Ежеминутно мы выступаем как судьи, вынося вердикты всему, что нас окружает: погоде, людям, объектам, обстоятельствам — всем изначально нейтральным проявлениям мы придаём негативную или позитивную окраску, реагируя на раздражитель точно так же, как инфузория или моллюск в раковине.

Причина этого — базовая программа поиска удовольствия и избегания боли, заложенная в каждом живом существе, и полная отождествлённость со своим Эго. Заметь: до сих пор мы не выиграли ни одной битвы. Рак и ВИЧ не побеждены, бактерии эволюционируют, и на них не действуют антибиотики; терроризм поглощает уже совсем юных; разочарованные жизнью люди ищут утешения в алкоголе и наркотиках больше, чем раньше; мира во всём мире не существует.

Если отстранённо посмотреть на происходящее, это может показаться полным безумием и тьмой, но именно так и происходит эволюция человечества. Через страдание прорастает зерно осознанности. Цветок лотоса вырастает из грязи и ила, поднимаясь с самого дна. Когда душевная боль достигает своего пика, Эго сдаётся и опускает руки. И именно в этот момент у персоны появляется два пути: совершить самоубийство или прекратить сопротивление жизни и принять всё, что в ней происходит. Первый путь ведёт назад в сансару: снова рождение, снова поиски счастья и удовольствия, снова утраты, фрустрация и очередная смерть. Второй — освобождение от обусловленности мира.