Юлия Давыдова – Принц империи демонов III: Чёрное солнце. Часть II (страница 11)

Арис снова сжал его плечи, глядя в глаза:

– Мельседей растил Нардэна в ненависти. Он сделал всё, чтобы наследный принц возненавидел учение Мармагона, всех нас и наш уклад жизни. Вен-ваиму нельзя испытывать гнева и ненависти. Иначе, владея природными энергиями, мы несём смерть всему. А сердце принца Нардэна за столько лет заполнилось лютым гневом ко всей империи. Он уничтожит нас.

– Ты этого не знаешь, – хрипло вздохнул Рамстей. – Это предположение.

– Он не питался... – зарычал Вейк, – с шестнадцати лет! Не выполнял учение с шестнадцати лет! И вот он отправился в Намру – последний оплот вен-ваимов, и вернулся оттуда полным сил и намерений стать наконец наследником империи. И посмотри с чего он начал? Он явил женское солнце! Он уже начал исполнять обещание Мельседея! Или ты не узнал явление старой веры, Тар?

Арис вогнал пальцы в плечи Рамстея так, что тот ощутил жар с его грессов.

– Мельседей ведёт на трон вен-ваима, полного гнева и готового к мести, – прошипел Вейк. – Готового вернуть старую веру. Знает ли он её сам? Знает ли на что способен? Этому его никто не учил. А даже если бы учил, то это ничего не меняет. Силы чёрного солнца безмерны, и они подавляют разум вен-ваима. Никому и никогда не удалось справиться с ним. Я не знаю будущего, ты прав. И может, просто уничтожив всех, кто причинил ему боль смертью матери, принц Нардэн успокоится. Но если нет, то когда нас не станет – уже некому будет сдержать новое чёрное солнце. Ты готов сказать мне, Тар, что этого не случится? Что ты уверен в том, что принц Нардэн, взращенный в ненависти и гневе, не погубит наш народ, а город, на который ты так любуешься...

Арис показал за окно, куда недавно был направлен взгляд Рамстея.

– ...город не утонет в расплавленном песке, забрав с собой тысячи жизней.

Тишина стала тяжёлой после того, как Вейк умолк. Мрачные мысли давили на всех.

– Что ты намерен делать? – тихо произнёс Тар.

Арис отступил от него и, взглянув на видимые вдалеке сигнальные огни воздушного порта, ответил:

– Нардэн похитил Обрана сегодня сразу после разговора с императором. Я думаю, когда они вернутся, он выдвинет обвинение. По нашему плану его наложница должна была оказаться у тебя на допросе. Сегодня я пришёл бы к тебе, чтобы просить задать вопросы, которые обличили бы веру принца. Но у нас не получилось, и теперь он нанесёт свой удар. Я уверен, что Нардэн заставит Обрана рассказать всё, что он знает, и воспользуется этим в самое ближайшее время. Ближе всего – заседание, которое ты назначил. Скорее всего, именно там наследник обвинит императрицу и нас в заговоре против него. Когда это произойдёт, мы с Эритемом признаемся в том, что хотели доказать его вину в исповедании старой веры. Мы выдвинем ему своё обвинение и скажем, что наложницу и бреган нужно вызвать на допрос. От них ты получишь доказательства вины принца. Дальше, нужно допрашивать Мельседея. Если он попытается спасти Нардэна – ты уличишь его в покрывательстве. Ты сам обвинишь его, как глава судебного совета. А далее уже мы выдвинем обвинение императору. Будь готов принять его. Мы поймаем Мельседея в ловушку. После двух первых обвинений выдвинем и третье – в слабости. Правитель, совершивший одно страшное преступление в прошлом и совершающий другое уже много лет – не достоин трона.

Тар стоял в раздумьях и, наконец, разомкнул плотно сжатые губы:

– Я услышал тебя. Я приму ваше обвинение.

Верховный судья обвёл взглядом обоих владетелей:

– С момента, как оно будет заявлено, правитель Азор-суры и наследный принц будут под судебным следствием. Но у меня нет права арестовать императора. Поэтому я дам вам охрану. Прямо в зале заседания. Судебные приставы будут с вами всё время. Чтобы не возникло соблазна поручить идемам ваше убийство.

– Благодарю, Тар, – Арис поклонился. – Этим ты спасешь наши жизни.

– Это не всё, – Рамстей не торопился принять благодарность. – Вас по-прежнему двое. Либо сделайте так, чтобы Мельседей признал свою вину, либо так, чтобы принц открыто явил старую веру. Так чтобы видели все, и никто не мог сказать, что не видел. Тогда доказательства неоспоримы. Иначе, судебное следствие может закончиться оправданием обоих. А для тех, кто обвинил императора и проиграл эту схватку с ним...

– Я знаю, Тар, – заверил Вейк. – Но мы исполняем истинную волю Мармагона – уберечь наш народ от чёрного солнца. Мы не проиграем этой схватки. Боги этого не позволят.

***

За Эр-Менталой мелькнули небольшие деревни, и довольно скоро под летакором раскинулись зелёные леса. Нардэн отлично знал местность вокруг столицы и давно облюбовал себе несколько укромных местечек, куда иногда убегал из дворца. Чаще всего он отправлялся на море Ирмеды, но туда они сейчас не успеют. Времени на всё очень немного.

Нардэн поглядывал назад на брата. Брегане не слезали с него. Самбир крепко держал ремень, затянутый уже вокруг шеи Обрана, и следил, чтобы тот не задохнулся. Но всё равно лицо младшего принца становилось всё белее от нехватки воздуха.

Нардэн выбрал самое близкое из своих мест. В плотном ковре зелёного леса появилась прогалина, и принц направил летакор на снижение. Шасси-опоры корабля мягко встали на бело-песчаный берег большого озера с бирюзовой водой.

– О-о-о! – радостно выдал Самбир, увидев блеск мелких волн и густые заросли. – Вот это красота. Давно пора было выбраться на прогулку! А то всё город, город...

Нардэн нажал кнопку открытия люка и спуска трапа, и брегане встали, поднимая Обрана. Тот не сопротивлялся, только оглядел обоих кровавыми глазами. Варваров такое не тревожило, и они спокойно повели младшего принца на улицу.

Элюзаль посмотрела на мужа:

– Что ты будешь с ним делать?

Нардэну было нужно ещё мгновение, чтобы набраться душевных сил.

– То, что должен был сделать уже давно, – ответил он. – Идём.

Принц подал жене руку, и, ухватившись за его ладонь, она встала и зашагала за ним. На свежем воздухе, возле летакора, брегане крепко держали Обрана с обеих сторон.

– Ну что, высочество? – позвал Самбир, когда Нардэн и Элюзаль показались на трапе. – Что дальше?

– Отпускайте, – приказал принц.

– Уверен? – засомневался бреганин. – Может, сначала руки сломать? Чтоб не ударил?

– Не ударит, – усмехнулся Нардэн. – Я не позволю.

Цангр кивнул сыну. Оба отпустили Обрана и отошли от него, но следили пристально. Принц медленно распрямился и вынул, наконец, изо рта пряжку. Вслед за этим по губам потекла кровь, ведь металлические края изрезали дёсны и нёбо.

Сняв с шеи ремень, Обран бросил его на песок, а потом поднял глаза на брата. Всё тот же взгляд, полный ненависти, и улыбка-оскал, словно от боли. Младший принц тяжело дышал, и его пальцы чуть играли. В гресс-жилах на ладонях вспыхивали искры, потому что он ждал удара и готовился его отразить.

Нардэн покачал головой:

– Не надо. Не бойся.

Улыбка Обрана стала шире, и губы приоткрылись, выпустив шипение:

– Моя смерть ничего тебе не даст. Только ещё больше ненависти от моей матери и тех, кто знает правду о тебе... старовер.

– Во-о-от... – потянул Самбир. – А ты, высочество, говорил, что они только подозревают. Оказывается, очень даже знают. Как догадались?

Принц, конечно, не ответил бреганину, прожигая глазами Нардэна.

– Они уничтожат тебя, – голос тонул в горле Обрана, и он сплюнул кровь, мешающую говорить. – С твоей наложницы они только начали, и никто не остановится, пока ты не сдохнешь...

Нардэн отпустил руку Элюзаль. Девушка осталась на трапе, а принц направился к брату. Гресс-жилы Обрана немедленно воссияли токами от губ до самых бёдер, и вокруг проявился купол его энергополя. Брегане шагнули назад, видя это. Младший принц явно собрался дать отпор.

Нардэн остановился перед братом, наблюдая за страхом и яростью, искажавшими красивые черты его лица. А в следующее мгновение из двух этих чувств победителем стал страх, потому что воссияли грессы на руках Нардэна, и густое свечение его энергокупола накрыло полусферу, созданную Обраном.

Младший принц хрипло зарычал. Поле более сильного эгрессера поглощает поле более слабого, а уничтожив поле – вбирает и токи тела. Обран задрожал, но не сдался и резко вскинул ладони, формируя удар, но внезапно...

– Победивший чудовищ перед богами, заступись и за меня перед ними...

Младший принц замер, услышав, что произнёс Нардэн.

– Проси Кай-алая и Авастар, пусть мой брат простит меня.

– Что? – поражённо прошептал Обран.

Нардэн сделал к нему шаг:

– Всё, что случилось – только моя вина, не твоя. Я предал тебя. Я позволил тебе страдать. Я оставил тебя в одиночестве. Вся твоя боль – это моя вина. Я должен был стать тебе братом и не сумел. Я так виноват перед тобой.

Обран стоял на месте, словно ноги вросли в песок, и он перестал чувствовать их. Перестал чувствовать всё своё тело.

– У меня были причины, – Нардэн смотрел в широко открывшиеся голубые глаза брата. – Но ни одна из них не оправдание мне. Я был слаб. Когда я остался без матери, я потерял ориентиры и не знал, куда мне идти. Моя вера стала мне опорой, но и стеной, отгородившей меня от тебя. Ведь я боялся за свою жизнь. Если о моей тайне узнают – я погибну.

Принц сделал ещё один шаг, и Обран отступил, чувствуя энергополе брата. Мощное и плотное, оно касалось его жил, обжигая.