Юлия Четвергова – Бывший монстр по соседству (страница 4)
Ярость, горькая и ядовитая, поднимается откуда-то из недр. Топит сознание, лишая его здравомыслия.
Весело Стасу, значит. Всё у него прекрасно, с каких сторон не посмотри: успешный айтишник, куча бабла и друзей, девушки, которых он меняет, как перчатки каждый день, судя по стонам после вечеринок. А я тут сижу одна с сообщением «пятьдесят на пятьдесят» и куском сыра дорблю в холодильнике.
Нет. Так не пойдёт.
Моя месть случится сегодня. Прямо сейчас. И начнётся она с Воронова, который не воспринимает меня и мои просьбы о тишине всерьёз. А закончится Артёмом, который слишком поздно поймёт, что в этой жизни важно правильно расставлять приоритеты.
Застегнув сапог, который всё это время уныло свисал с голени, подхожу к зеркалу. Поправляю волосы и одежду, натягиваю кривую ухмылку, и отправляюсь прямиком в участок.
Раз Воронов не понимает по-хорошему, будет по-плохому. Моему терпению пришёл конец.
Но, видимо, сегодня не мой день.
В участке приходится просидеть до самой полуночи. А после два часа расписывать участковому – уставшему и абсолютно безразличному к чужим проблемам – свою проблему и почему он должен принять меры и моё заявление прямо сейчас.
Я в красках рассказываю ему про систематические вечеринки, музыку, превышающую установленные законом децибелы и мешающую спать и работать. Говорю про полное отсутствие реакции на мои просьбы. Мужчина лет пятидесяти с уставшим взглядом и фиолетовыми кругами под глазами, кивает, как болванчик.
А под конец моей пламенной речи вздыхает:
— Девушка, я вам, правда, очень сочувствую. Но вы же понимаете, что это ни к чему не приведёт? Куча бумаг, разбирательства, — машет перед собой руками, жестикулируя, — вы будете бегать в участок, потом ваш сосед, а потом вас ещё и дергать будут по поводу и без.
— Но… — начинаю поспешно, понимая, что он не собирается принимать моё заявление.
Вот только участковый и слушать меня не желает.
— Де-вуш-ка, — произносит по слогам, словно несмышлёному ребёнку. — Послушайте меня ещё раз. Внимательно. Сейчас праздники. Новый год на носу. Я прекрасно понимаю ваше негодование, но и вы поймите. Подобные жалобы поступают к нам по сто раз на день. И если бы мы разбирались с этими пустяками, то не осталось бы времени на дела, которые действительно требуют нашего внимания.
— П-пустяками? — повторяю за ним растерянно.
— Попробуйте договориться с ним. Сами. По-хорошему. А то мы начнём разбирательство сегодня, куча бумаг, отчёты, наряд – людей дёргать. Поймите же, на первый раз это будет просто предупреждение. Максимум – штраф. И что вашему соседу с этого? Испортите ему настроение ещё больше, и всё. Завтра он опять возьмётся за своё. В таких ситуациях лучше самим договариваться. По-соседски как-то. Он же мужчина, — кривится снисходительно. — Улыбнитесь ему, принесите пирог в знак примирения. И всё наладится.
Задыхаясь от гнева, я подскакиваю с места. Упираюсь ладонями в стол, нависая над мужчиной.
— Знаете что?
— Девушка… — тянет уже слегка раздражённо.
— А не пойти бы вам всем, дяденька! — выпаливаю я и едва ли не выбегаю из участка.
С ощущением полнейшего фиаско, останавливаюсь на улице посреди тротуара.
Хочется топать ногами и рычать от злости – даже закон на его стороне! Вернее, на стороне праздного беззакония.
Чёртов Воронов! Чёртов Артём с его пятьдесят на пятьдесят!
Усилившаяся метель теперь кажется не чем-то волшебным, а последним гвоздём в крышке гробика моих надежд, настроения и планов, которым не суждено сбыться. Холод безжалостно пробирается под пальто, в котором было довольно тепло днём. И мне приходится унять свою злость и срочно вызывать такси.
Выходя из машины у своего проклятого подъезда, я мысленно уговариваю себя смириться с поражением:
Всё, Лена. Ты проиграла. Вселенная глуха к твоим мольбам о справедливости. Будешь слушать «бум-бум» до самого Старого Нового года. А потом, возможно, сойдёшь с ума и начнёшь выплясывать под его же музыку.
Но зайти в дом не успеваю. Подъездная дверь распахивается и из неё вываливается компания парней со знакомой рожей по центру.
Я даже подумать толком не успеваю. Действую на автомате: резко ныряю в тень и прижимаюсь к шершавой бетонной стене.
Парням весело.
А вот меня переполняет ядовитая злоба и желание кого-нибудь придушить.
Они громко смеются, что-то обсуждая, и один из друзей Стаса толкает его в бок. На лице пернатой сволочи появляется очень знакомая улыбка. Беззаботная, красивая. С ямочками.
Я раньше так её любила. Глаз не могла отвести от этих милых ямочек, преображающих его суровое лицо…
Поймав себя на том, что невольно засматриваюсь на Воронова, яростно лохмачу волосы руками.
Да что со мной? Нашла время!
Компашка меня не замечает, рассаживаясь в подъехавшее такси. И спустя пару минут машины одна за другой выезжают со двора.
Я выхожу из тени, бездумно глядя им вслед.
Похоже, я зря послала участкового. Он, по сути, мне одолжение сделал. Спас.
Ну, кто же знал, что Стас решит свалить куда-то именно сегодня?!
Вне себя, я делаю шаг в сторону подъезда и тут наступаю сапогом на что-то твёрдое. Останавливаюсь. Присаживаюсь на корточки и поднимаю… ключ от квартиры Воронова.
Как я поняла, что это ключ от его квартиры? Всё просто: на связке висит брелок в виде ворона, который я когда-то давно дарила Стасу на день всех Влюблённых.
Зачем он до сих пор хранит его?
Сердце делает кульбит и начинает стучать быстро-быстро. Но не от щемящего чувства, а от ледяной, хищной решимости.
Вселенная, наконец, меня услышала! Это мой шанс! Квартира пуста. А у меня в руках билет в чудесное путешествие под названием «да свершится месть».
О, да! Это чувство…
Я прикрываю глаза от наслаждения.
Как он там сказал? «До твоего первого нервного срыва, кошечка»?
Хмыкаю и, скалясь, подбрасываю ключи, как трофей.
Сейчас эта кошечка с удовольствием устроит тыгыдык по твоей квартире. И посмотрим, у кого из нас теперь будет нервный срыв, сволочь пернатая!
ГЛАВА 4. ДА ЗДРАВСТВУЕТ ХАОС!
Я захожу в подъезд. Сердце бешено стучит от предвкушения, заглушая даже мысли: безумные, в какой-то мере преступные, и всё равно невероятно притягательные.
О, этот сладкий вкус мести!
Нет, я не собираюсь заниматься порчей чужого имущества. Мне нужно что-то элегантное, но при этом изощрённое. Такое, чтобы Стас раз и навсегда запомнил одну простую вещь: со мной нужно считаться. Ни одна его выходка не останется безнаказанной – бумеранг прилетит за всё!
Поднявшись на восьмой этаж, первым делом быстренько захожу к себе. Кидаю в рюкзачок сыр с плесенью, шиммер и ещё парочку вещичек, которые могут пригодиться.
Чего-чего, а фантазии мне не занимать!
Надеваю тапочки вместо сапог с каблуками, оставляю пальто на вешалке в прихожей. Размышляю над тем, надеть ли мне перчатки на всякий случай. И, в итоге, решаю, что да. Нужно.
Отпечатками лучше не светить.
Натянув на руки жёлтые резиновые перчатки, которые использую для уборки, выхожу на лестничную клетку.
Ну, прям домушник на вылазке.
Знала бы мама, чем я занимаюсь в свободное время…
Несмотря на воинственный настрой и воодушевление от предстоящей мести, я какое-то время всё же стою перед дверью с номером восемьдесят восемь, решаясь.
Пусть только попробует предъявить мне за проникновение без взлома. У меня лапки! А у участкового полное отсутствие эмпатии и лень в доминирующей фазе. Так что мне точно ничего не грозит.
Не позволяя себе передумать, вставляю ключ в замок. Он поворачивается с тихим, покорным щелчком. Я замираю на пороге, вслушиваясь в тишину.
Никого.