Юлия Четвергова – Бывший монстр по соседству (страница 5)

Ступив на вражескую территорию, и не думаю включать свет. Мигающих гирлянд вдоль стен хватает, чтобы свободно передвигаться по незнакомой квартире и не убиться при этом.

Стоит сделать шаг, и ядерная смесь дорогого парфюма, выпивки и пиццы моментально ударяет в нос. Я морщусь от запахов, разглядывая квартиру: стильный минимализм в сочетании с новогодним вайбом портит шлейф хаоса после вечеринки – пустые бутылки на столе, куча бокалов, распахнутые коробки с неаппетитными остатками пиццы в них.

Несмотря на то, что на фантазию я никогда не жаловалась, первой мыслью было устроить ещё больший кавардак и сбежать. Но это слишком просто.

Месть детсадовского уровня в мои планы не входит.

Всё должно быть грандиозно! Эпично! Непредсказуемо!

Первым делом крадусь в гостиную. Тщательно изучаю помещение. И только потом приступаю к операции.

Объект №1: Колонки.

Будучи полным профаном в правилах пожарной безопасности, Стасик не только не погасил гирлянды, уходя из дома, но и оставил комп включённым. Мне даже усилий прилагать не приходится.

Парочка щелчков мышки и я качаю замечательный плейлист для его следующей вечеринки. А потом заменяю все треки в папке «Фор пати» на цикличную запись стонов замечательных актрис с сайтов восемнадцать плюс и выставляю громкость на максимум.

Теперь, когда он вернётся (наверняка с очередной девушкой) и попытается включить музыку, его ждёт сюрприз.

Отряхнув руки, отправляюсь на кухню.

Кто знает, как долго Стаса не будет дома? А мне надо о-очень много чего успеть!

Если останется время, вернусь в гостиную, довершить одно грязное дельце.

Объект №2: Холодильник.

Это почти священнодействие...

Я достаю кусок сыра «дорблю» из прихваченного с собой рюкзачка и с блаженной улыбочкой на губах вскрываю его. Нахожу дощечку и нож. Нарезаю сыр на кубики и раскладываю его по всем отделам холодильника. А самый маленький кусочек прячу в микроволновку под тарелку для разогрева.

Пусть насладится ароматами.

Хочу уйти, но в последний момент, как фотограф, заметивший, что горизонт завален, понимаю, что в моей композиции чего-то не хватает.

Слишком мелко. Надо мыслить шире.

Сощурив глаза, постукиваю по нижней губе указательным пальцем. Около минуты изучаю открытый холодильник. Думаю.

Нет. Мне всётут не нравится.

В гостиной у него, значит, хаос, а тут – идеальный порядок!

Непорядок!

Гаденько хихикая себе под нос, меняю все продукты местами. Достаю молоко из дверцы и убираю его в кухонную тумбу. Яйца отправляю в ящик с овощами, овощи – на лоджию, соусы – в морозилку. Сырое мясо перекладываю на центральную полку, открываешь холодильник – и вот оно. Сразу бери и готовь.

Гении властвуют над хаосом! А Воронов далеко не гений…

Хе-хе.

Спустя десять минут перекладывания продуктов, столовых приборов и баночек для спортивного питания в места для них непредназначенные, ловлю себя на том, что не могу остановиться.

Мой творческий гений только-только разогревается! Квартира Стаса – это чистый холст, а я – Ван Гог с обострённым чувством справедливости.

Объект №3: Ванная.

Под весёлое мерцание гирлянд я прокрадываюсь в ванную. Стараясь не трогать стены и ни к чему не прикасаться лишний раз, несмотря на перчатки, нахожу любимый шампунь бывшего.

Даже представлять не хочу, чем его гости, да и он сам, тут занимаются…

«Кедр и морозная мята». Столько лет прошло, а Воронов до сих пор не изменил своему шампуню. Шампуню! Зато девушек меняет, как я свои перчатки для уборки.

Вам тоже кажется, что Воронов что-то перепутал в этой жизни?

Открутив крышку того единственного, чему Стас хранит верность, достаю из рюкзака ещё одно орудие мести и добавляю его в шампунь. Тщательно взбалтываю и возвращаю флакон на место.

Полтюбика ярко-розового блеска для тела! Как тебе такое, Воронов?

Уже завтра его волосы будут сверкать, как кожа «убийцы» из «Сумерек». А каждая девочка знает, что блёстки – это то, от чего не избавишься без дополнительных мучений.

Муа-ха-ха!

Мой творческий гений подмывает сделать ещё кое-что, прежде чем покинуть локацию. Глазки сами косятся на тюбик зубной пасты.

Где-то я видела пищевой краситель, пока превращала кухню Стаса в ад перфекциониста.

Спустя несколько минут и не без усилий с моей стороны, зелёный пищевой краситель всё-таки оказывается внутри тюбика.

Первая полоска на щётке будет такого же ядовитого цвета, как лицо этого козла, когда он учует расплавленный дорблю.

Объект №4: Спальня.

Чем дольше я нахожусь в квартире Стаса, тем выше риск быть пойманной на месте преступления. Но азарт всё равно ведёт меня обратно в гостиную, а оттуда в святая святых – в спальню.

Что уж говорить, на своё логово Воронов не поскупился: кровать королевского размера, чёрный атлас, встроенный шкаф вдоль стены, подсветка, среагировавшая на моё вторжение, плотные шторы, прикрывающие выход на лоджию, соединяющуюся с кухней.

Если бы умела свистеть, то обязательно бы присвистнула.

Воображение тут же рисует, как Стас устраивает здесь романтик, чтобы обольстить свою очередную жертву. Вокруг мерцают свечи. На стеклянном столике – вино и фрукты.

Я почти наяву вижу, как Воронов заходит в комнату. Он только что из душа. На лице – обаятельная улыбка, на бёдрах – одно лишь полотенце…

Ой, что-то меня не туда унесло!

Тряхнув головой и проморгавшись, резко разворачиваюсь к шкафу. Распахиваю створки. Нахожу ящик с носками, разложенными по ячейкам. И… выворачиваю наизнанку каждый носок. А после соединяю их вразнобой.

Теперь каждое утро Стасика будет начинаться с маленькой головоломки.

Небольшой серый блокнот, лежащий на прикроватной тумбе, привлекает моё внимание следующим. Хочется вырвать страничку и оставить этому гаду записку прямо на подушке. Но это бы спалило меня сразу. Он слишком хорошо знает мой почерк.

Раньше я часто писала ему милые письма. В век технологий это было старомодно, но, как мне тогда казалось, Воронову нравилось. Он хранил каждое в своей любимой книге.

Что-то меня опять не туда понесло…

Раскрыв блокнот прямо посередине, беру ручку и пишу огромными буквами:

«ПОМНИ! ТИШИНА – ЗАЛОГ ДУШЕВНОГО СПОКОЙСТВИЯ И ПОРЯДКА В ДОМЕ».

Я собираюсь убрать блокнот обратно на тумбу, но из него выпадает что-то. Присев на корточки, поднимаю с пола фотографию. А развернув её лицевой стороной, едва не теряю дар речи.

Там мы со Стасом стоим в обнимку на школьном стадионе. Я – в его огромной куртке, он – в дурацкой шапке. Мы не смотрим в объектив. Мы смотрим друг на друга. И если не знать то, что Воронов ответил своему другу на вопрос «А что у вас с Ленкой?», можно сказать, что парочка на фото любит друг друга. Искренне и по-настоящему.

Зачем он хранит нашу фотографию? А брелок с вороном?

Напоминание о том, каким идиотом был? Или…

Горло сдавливает спазм. Щеки опаляет жаром. От ярости.

Я злобно запихиваю фотографию обратно в блокнот.

Ну, уж нет! Этому пернатому меня не одурачить! Я здесь не для того, чтобы предаваться ностальгии. Что было – не вернёшь.

Я здесь ради мести. Он сам объявил мне войну!

Меня вдруг посещает сильное желание вырезать дырки на стратегических местах трусов хозяина квартиры. Это стало бы финальным аккордом моей справедливой кары. Заключительным штрихом на картине.

Конец ознакомительного фрагмента.