Юлия Бузакина – Она еще твоя, майор (страница 4)

Вздыхаю. Что ж, пора наведаться в место, где разбилась моя семейная жизнь.

Поворачиваю ключ в зажигании, и машина срывается с места. Вливается в поток таких же автомобилей, а у меня перед глазами тот день, когда мы с Мариной получили развод. И почему-то такое чувство, что мы не разведены до сих пор. На бумаге печать, а в душе чувства, которые так и не угасли. Все эти годы они тлели, а сейчас как будто кто-то подкинул свежих дров в этот уже почти осенний костер…

 Глава 6. Марина

Бабушка встречает нас с истинным гостеприимством. Она рада нас видеть. В отличие от моей мамы, у неё есть сердце, и правнука она принимает, как самого родного человека.

- Ты смотри, да это ж Влада сын! - раскрывает свои теплые объятия Тимурке. - Иди сюда, мой хороший, познакомимся. Я твоя прабабушка, Зоя Викторовна.

- Чего ты радуешься? Отродье ментовское, - фыркает мама.

- Мама! - обрываю ее грозно. Сжимаю кулаки. Убить готова, честное слово, за такие слова.

- Что мама? Что? Кто виноват, что ты с ментом связалась? Я? Неееет, милая, не я. Ты и виновата. Ты! Если бы не связалась, нашла бы мужа себе в Стамбуле, и жили бы припеваючи! Но нет. Мы ребёночка вместо этого родили. И от кого? От этого…

Мое сердце больно сжимается.

- Заткнись, слышишь?! - рвется из груди вскрик. - Каким бы он ни был, я его любила!

С маминых губ срывается презрительный смех.

- Да что там любить можно было?! Мент он и есть мент!

- Валя! - грубо обрывает маму бабушка. - Ты очумела, что ли? Такую ересь при ребёнке несешь?

Мама затыкается. Бабушка у нас кремень. До сих пор как кулаком по столу стукнет, так мама сразу в кусты.

- А ну, иди сюда, мой мальчик, у меня для тебя сюрприз есть, - бабушка подзывает к себе правнука. Хватает Тимурку морщинистой рукой за локоть и увлекает за собой в спальню.

Мам привычно проходит на небольшую кухню и включает чайник.

- Дом, милый дом! - произносит с сарказмом. Закатывает глаза к потолку, по которому расплываются коричневые разводы от того, что когда-то кухню затопили соседи. Побелить потолок так и не успели.

Я приказываю себе молчать, чтобы не разжигать конфликт. Знаю, отчего она злится. Поклонник, которого она завела назло Кемалю Челику не предложил ей свое крепкое турецкое плечо. Просто помахал ручкой, назвав на прощание «Наташей». Для мамы это самое большое оскорбление. Все равно, что дамой легкого поведения назвали.

Мама ещё не знает, что по дороге сюда я приняла твердое решение разъехаться. Как только выйду на работу, быстро подберу маленькую съемную студию. Хватит из меня жилы тянуть.

«Только бы повезло с работой», - молю провидение мысленно, а сама перебираю в голове контакты из прошлого. Была у меня здесь подруга Лида Терентьева, тоже переводчик. Работали вместе, преподавали в школе иностранных языков в далеком прошлом. Телефон ее у меня остался. Может, подскажет что? В сердце немедленно вспыхивает надежда. Если не поможет, то хотя бы направит в нужное русло. Я ведь семь лет спустя, как слепой без поводыря.

Я затаскиваю чемоданы в гостиную, достаю полотенца и халат. Хочется душ принять с дороги.

Опережаю маму, закрываюсь в ванной, пока она причитает на кухне рядом с чайником.

Включаю старенький душ и ныряю под него с головой. Хочу смыть с себя все. Тоску смыть хочу. Сначала бы все начать.

«Вот бы Лида Терентьева меня не забыла», - вздыхаю с надеждой.

После ванной комнаты, замотав мокрые волосы в полотенце, выбираюсь с мобильником на застекленный балкон. Когда-то здесь была зона лаундж, но за семь лет все пришло в упадок. Бабушка сюда натащила ненужные вещи, теперь не развернуться - сплошной хлам до потолка.

Набираю Лиду Терентьеву с надеждой в сердце.

- Лид, привет. Это Марина Каверина. Помнишь меня?

- Марина? Божечки… конечно, помню! Вот это сюрприз! Ты что, вернулась?

-Вернулась, ага.

- И как там, в Турции? Мужа богатого нашла?

- Какого там мужа, Лид…. - отмахиваюсь беспечно. - Работу ищу. Не подскажешь, куда обратиться можно? Столько лет прошло, я совершенно дезориентирована.

- Слушай, ну, ты как чувствуешь! Мне как раз тут вакансию подогнали - требуется переводчик турецкого в одну фирму.

- А занимаются чем?

- Шмотками брендовыми занимаются. Ну, турецкими. А язык совсем не знают. Владеет фирмой богатый турок, денег куры не клюют. Только он бабник . Пятьдесят с хвостиком, а не одну юбку мимо не пропустит, хоть и женат. Так что ухо востро надо держать.

Я улыбаюсь.

- Лид, меня турками не напугать. Пуганая я, семь лет с ними бок о бок прожила.

- Слушай, ну отлично. Если хочешь, могу вакансию тебе подогнать. А вообще, что мы с тобой по телефону такие проблемы обсуждаем? Давай встретимся, и я тебе все расскажу?

- Давай.

- Приезжай через час? Я тебе адрес нашего офиса дам. Сможешь?

Я стягиваю с волос полотенце.

- Да, да, конечно, смогу. Сейчас такси вызову, и буду у тебя. Скидывай адрес.

- Тогда до встречи?

- До встречи.

Я, как ненормальная, врываюсь в гостиную. Судорожно выдергиваю фен из чемодана, расческу для укладки и несусь в ванную комнату.

Собираюсь за пятнадцать минут. Румяна, блеск, немного туши…

- Марин, а ты куда? - изумленно смотрит на меня мама.

- На встречу с подругой. Вроде у неё горящая вакансия есть, - сообщаю вскользь. - Тимура покормите, ладно? Я буду через пару часов.

Возмущение на лице у мамы не передать словами.

- А сама покормить его не хочешь?

«Все, съезжаю, однозначно», - произношу, как мантру. Если с Лидой дело выгорит, пущу часть сбережений, о которых маме неизвестно, на съемную квартиру.

Кидаюсь на кухню, распахиваю холодильник.

- Иди, Мариночка, - слышу голос бабушки. - Я лапшу куриную сварила с утра. Ждала вас. Покормлю твоего богатыря, не переживай.

Оборачиваюсь. Бабушка с Тимуркой сидят за столом. Бабушка улыбается.

- Ой, шибко он на отца похож, - произносит с каким-то особым трепетом. Гладит Тимура по голове. А тот распаковал бабушкин сюрприз - пакет с шоколадными конфетами, и рад их все умять.

- Спасибо, бабуль, - чмокаю ее на бегу в щеку и уже на ходу вызываю такси.

 Глава 7. Влад

Я пересекаю небольшой мост и сворачиваю в микрорайон «Западный». Миную перекресток и оказываюсь во дворе, который образуют четыре девятиэтажки. В одной из них мы с Мариной имели неосторожность поселиться во имя экономии денежных средств, и совершили свою самую главную ошибку всех молодоженов.

«Здравствуй дом мой, вот и я», - хмуро посматривая на обшарпанные и изрисованные граффити стены, произношу про себя слова песни.

В сердце бушует ураган из эмоций. Нахожу место для парковки, ставлю машину и выбираюсь на тротуар. Про розу и тортик не забываю. Я же не совсем сухарь? Как воин перед сражением, расправляю мощные плечи и уверенно делаю шаг навстречу своему прошлому.

Возле подъезда материализуется какая-то женщина с сумками, и я ныряю в подъездную дверь за ней следом.

На лифте поднимаемся вместе.

- Мужчина, вам кто эту розу всучил? - с сочувствием посматривает на меня попутчица.

Я хмурюсь: «Вас забыли спросить».

- Вы если в гости едете, то лучше выбросьте розу, обидится именинник, - посматривая на торт, советует она.

Впиваюсь в нее взглядом.