Юлия Бонд – Удержи меня, если сможешь (страница 20)

— Хочу.

— Тогда говори. Я зря осталась, что ли?!

— Твоя одежда так и не высохла.

Она закатывает глаза с громким вздохом, мол, это был не настоящий повод остаться ночевать у меня.

Да знаю я! Знаю, что она осталась не из-за мокрой одежды. Взрослой девочке просто захотелось секса, да и я всегда «за», но блин… Мы ходим по одному и тому же кругу. Много лет! Странные у нас отношения, дурацкие! Мы не вместе, но и не врозь. И если честно, то для здоровья я бы нашел овер дофига других вариантов, только Мартынова почему-то не хочет это понимать или просто делает вид.

— Сонь, я устал от таких отношений. Честно.

— Я — тоже, — неожиданно выдает.

— Правда? Ты понимаешь, что я имею в виду?

— Угу, — кивает головой.

— Тогда почему ты держишь дистанцию? Почему не хочешь подпустить к себе ближе? Ну хоть чуть-чуть, Сонь…

— Понимаешь, Кирюша, — прочищает горло, устремляет взгляд на мое лицо. — Я боюсь.

— Меня?

— Нет, конечно же, — закатывает глаза. — Я боюсь снова тебе поверить. Ты разбил мне сердце и вот здесь, — тянется рукой к груди, — болит, стоит только вспомнить.

— А ты не вспоминай!

— А не получается. Чем сильнее я стараюсь забыть, тем больше вспоминаю. Вот никак не могу понять. Почему ты тогда мне изменил? Это был единичный случай или все-таки…

— Это было один раз.

— Угу, один раз, когда тебя поймали с поличным.

— Всего один раз, Сонь!

— Почему? Почему ты это сделал, Кирюш? Конечно, я понимаю, что мы тогда сильно поругались и решили взять паузу. Я специально уехала в другой город к бабушке, но когда я решила, что не хочу тебя отпускать — ты все испортил!

— Я был пьяным.

— Ты говорил это много-много раз. Это не оправдывает тебя, Кирилл.

— Знаю, поэтому я прошу тебя забыть прошлое. Представь, что того периода в нашей жизни не было.

— Представить? Как? Не представляется, — вздыхает.

— А если я пообещаю, что никогда больше тебе не изменю?

— Ты уже это обещал.

— Но ты ведь так и не согласилась быть со мной.

— А сейчас я с кем? — глотает смешок, — вроде, лежу в твоей постели.

— На полу лежишь.

— Да пофиг! Главное — рядом с тобой!

— Мартышка, ты опять за старое. Спи давай и лучше вернись на кровать, а то утром будет болеть спина.

Она поднимется с пола. Крутится на кровати, ворочаясь с боку на бок. Я тоже не могу уснуть. И дело не в том, что на полу жутко неудобно. Просто из головы не выходят дурацкие картинки: мужик в клубе, женатый Доманский, а затем жирдяй в ресторане. Получается, она согласна дать шанс любому, кроме меня! Я, типа, совсем безнадега — здесь и пробовать не стоит!

Засыпаю не сразу. И, наверное, лучше было бы вообще не спать, ведь мне снова снится она и тот дурацкий раз, наш фаталити:

«Мы снова ругаемся. Соня опять не нашла общего языка со свекровью. Поругались. Мама строит козни, жена обвиняет, что промолчал и не заступился за нее. А я устал от их дурацкой войны! Ну, подумаешь, дома нечего есть. Соня еще студентка, много времени проводит за учебой, а после универа сидит за курсовой. Не успела приготовить ужин, но я же не умер. А защищать не стал, потому что достали меня эти бабские батлы!

— Кирюша, возвращайся домой. Мы с папой очень сильно по тебе скучаем, — мама обнимает меня за плечи, глотая слезы — Соня опять была с ней резкой.

— Мам, я дома, — пытаюсь улыбаться.

— Вот зачем тебе она? Она же — никакая! Ей нужны только деньги! И связи наши!

В комнату врывается разъяренная Соня. Влетает, как вихрь. Замирает в дверном проеме, скрещивает руки на груди и смотрит в нашу сторону уничижительным взглядом:

— Никакая? Думаете, от вашего сына мне нужны только деньги?

— А что тебе еще нужно? Ты даже ужин не можешь ему приготовить! Хозяйка сраная, — парирует мать.

Не выдерживаю. Поднимаюсь с дивана и, схватив с тумбочки пачку сигарет, выхожу на балкон.

За спиной слышится скрип. Отворяется дверь и на балконе появляется Соня.

— Почему ты промолчал, Кирилл?

— Сонь, иди занимайся своей курсовой. У тебя скоро защита.

— Подожди-подожди, — выставляет руку. — Не уходи от темы!

— Я не хочу ругаться.

— А придется, Орлов! Объясни мне, почему твоя мама приходит к нам почти каждый день?

— У нее есть ключи.

— Аргумент, — ухмыляется. — Почему ты не заберешь у нее ключи? Почему она приходит, как к себе домой, и каждый раз меня «поносит»? Соня — никакая, Соня — ушлая прошмандовка…

— Хватит, — резко обрываю. — Мама приходит к себе домой. Ты забыла, в чей квартире мы живем?

— Но это не дает ей права так себя вести!

— Ты ведешь себя не лучше.

— А знаешь, что?

— Что?

— Давай, я пока поживу отдельно, а ты разберись уже со своей мамой и сделай так, чтобы она больше не лезла в нашу жизнь…».

Глава 20. Сдавайся

Я просыпаюсь раньше Кирилла и, стараясь его не разбудить, аккуратно убираю со своей талии мужскую руку. Еще приходится стащить с бедра тяжеленную ногу, но даже в этот момент Орлов не шевелится.

Вылез из постели, смотрю на бывшего мужа сверху вниз и улыбаюсь. Какой он все-таки хороший. Уступил мне место на кровати, а сам полночи проспал на полу. И дело не в том, что я его туда отправила. Просто Орлов решил держать дистанцию — ему нужно больше, чем просто секс! Да и мне… Мне это тоже нужно! Я семью хочу и детишек.

Тихо ступая, захожу на кухню. Оглядываюсь по сторонам, рассматривая, где и что лежит, а затем открываю холодильник.

Принимаюсь за готовку. На сковороде жарятся блины, в маленьком чайничке заваривается чай, а я напеваю себе под нос любимую песенку и совсем ничего не слышу.

Ощущаю на спине тяжелый взгляд. Медленно оборачиваюсь и встречаюсь с Кириллом взором. Он стоит в дверном проеме, опираясь плечом о стену. Обнаженный по пояс. Руки скрещены на груди, голова слегка опущена вниз. Он смотрит на меня в упор, откровенно рассматривая. В черных глазах полыхает пламя, а губы растянуты в ленивой улыбке.

Я не могу не смотреть. В памяти слишком много воспоминаний, а в сердце — играет волнительная музыка. Тату. Большое. На всю грудь с правой стороны. То самое, что набивали вместе. Какие-то непонятные вензеля, причудливые узоры. А у меня… Скромный, маленький бантик на правом бедре. Орел хотел бантики на обеих ногах, но я тогда не выдержала. Было о-че-е-нь больно!

— Доброе утро, — я нарушаю тишину, а он, кивнув головой, опускает руки и медленно движется вперед.

Слежу за каждым шагом. Скольжу взглядом по сильным мышцам, бугрящимся по плечам. Опускаюсь ниже и сглатываю, пересчитав кубики на плоском животе.

Вот как он так делает, а? Он еще не подошел. Еще не дотронулся, а у меня уже спирает дыхание. По позвонкам бегут мурашки, пульс учащается. Волнуюсь в предвкушении, как десять лет назад, когда мы только-только познакомились. Он был таким… Таким фантастическим, нереальным и моим!

А сейчас?