Юлия Бонд – Удержи меня, если сможешь (страница 12)
Вспыхиваю румянцем, и стоит сказать, совсем не от смущения! Злюсь. Вот так сразу, да? Конечно, я купила «ребристых» целую пачку, но если честно, то заниматься сексом на первом свидании — боже упаси, мама меня не так воспитала!
— Андрей, а ты зачем пригласил меня в клуб?
— Танцевать, — ухмыляется. — Ну, ты же понимаешь, что на самом деле…
— Нет. Не понимаю!
Гортанно смеется. Берет у бармена коктейль и протягивает мне.
— Выпей. Расслабься.
— Что-то расхотелось. Прости.
— Не хочешь? — отставляет в сторону коктейль, пожимает плечами. — Ладно. Давай закажем что-то другое.
Поднимаюсь со стула. Открыв сумочку, достаю пару купюр и кладу на барный стол — мне не нужны подачки от каких-то там мужиков!
Андрей ничего не понимает, а потому, когда я демонстративно шагаю к выходу, хватает меня за запястье. Останавливаюсь.
— Я не понял, — пытается перекричать музыку. — А ты куда собралась, красивая? Не хочешь коктейль, ну ладно. Закажем что-то другое.
Качаю головой. Какой же ты тупенький, юноша. Правду мама говорила. Мужиков надо выбирать по уму, а не красоте.
— Мне не коктейля расхотелось, а знакомства с тобой. Пока, инструктор!
Не знаю, идет он следом или нет. Пофиг! За красивой оберткой скрываются настоящие какашки. Фу быть таким: пригласить девушку на свидание, опоздать на полчаса, а потом, как ни в чем не бывало, предлагать секс. Он меня считает полной дурой? Или я настолько плохо выгляжу, что согласна запрыгнуть ему в койку, потому что не делала этого лет сто? Да плевать, что думает этот придурок. Для здоровья у меня есть Кирюша. Он-то уже родной и проверенный годами: венерическими болезнями не награждает, нервы практически не мотает, не женатый, не жадный, меня целует везде, где надо.
Сбежав от Андрея, выхожу из ночного клуба и облегченно вздыхаю. Нет. Больше не смотрю на красивых мужиков. Этим кобелям, кроме секса, ничего не нужно. Придется все-таки послушать маму и присмотреться к умным мужикам. Может, зря физика бортанула?
— Что-то ты быстро, Мартынова, — слышится за спиной.
Медленно оборачиваюсь и прихожу в шок, увидев Орлова. Этот гад стоит в нескольких метров от меня. Белая рубашка с закатанными по локоть рукавами и темные джинсы. Красивый, не хуже того Андрея. Я сосредотачиваю взгляд на крепкой шее, понимая, как хочется схватиться за нее двумя руками и не отпускать.
— Следишь за мной?
— Слежу.
Закатываю глаза. Значит, я все-таки не параноик и Кирилл меня реально преследовал, поэтому мерещился его образ в каждом прохожем.
— Делать больше нечего, Орлище?
Кирилл движется в мою сторону, и я замолкаю.
— Сонь, я думал, ты хочешь серьезных отношений, но это, — кивает на ночной клуб, — точно не твой вариант.
— Откуда ты знаешь, какой вариант — мой?
— Знаю, — нагло ухмыляется. — Тебе нужен морально взрослый мужчина, а не одноразовый секс.
Фыркаю, кивая головой, мол, говори-говори, а я послушаю!
— Устала? — неожиданно соскакивает с темы.
— Так заметно?
— Ты не дышишь в этом платье, — устремляет взор на мои босоножки, — и каблуки высокие напялила.
— Красота требует жертв.
— Дурацкие жертвы, мартышка!
— А как иначе? Вам же, мужчинам, нравятся привлекательные женщины.
Орлов откровенно ржет. Подходит впритык и, не спросив разрешения, поднимает меня на руки.
— Кирилл! — верещу на всю улицу. — Отпусти. Немедленно. Отпусти!
Игнорируя протесты, бывший муж усиливает тиски пальцев на моем теле и несет до самой парковки.
— Я никуда с тобой не поеду! — заявляю на полном серьезе, когда этот гад ставит меня на землю.
— Поедешь, — подмигивает, — а потом еще и дашь.
— Облезешь, Орлов! — показываю язык. — Халява закончилась. Ищи другую дуру!
— Зачем? — изгибает бровь в дугу. — Других таких нет.
— Хочешь сказать, я — единственная дура на целом свете?
Закатывает глаза и тянется к дверце автомобиля.
— Хочу сказать, что мне другие не нужны. Сонь, садись в машину. Завтра на работу. Не выспишься же.
— Какие мы «заботливые», Кирилл Витальевич, — произношу с сарказмом и все-таки делаю шаг вперед.
Глава 13. Дурная привычка
Малышка злится. Повернув голову вправо, смотрит в окно, делая вид, что меня нет. Бросаю взгляд на ее силуэт и едва держусь, чтобы не сказать что-нибудь такое, за что она снова зацепится. А так не хочется молчать. Хочется остановить машину, стащить с брюк ремень и связать эту строптивую кобылку по рукам и ногам. В клуб она пошла! Неужели я такой фиговый, раз какой-то там Алеша, или как зовут этого поклонника протеина, привлек внимание Мартыновой?
— Ну, чего молчишь, София Аркадьевна? — произношу спокойным тоном, хотя внутри все колошматит.
— Не хочу говорить.
— Да ладно, — тянусь рукой к женскому бедру.
Соня медленно поворачивает голову в мою сторону и так гневно смотрит, будто размазывает по лобовому стеклу вместо дворников.
Убираю руку и возвращаю на руль. Мартынова по-прежнему молчит, а я добавляю громкость на музыкальной панеле:
— Выключи этот похоронный марш, — требует, а не просит.
— Не нравится?
— Терпеть не могу такие песни.
— Ты не типичная девушка, Мартынова, — переключаю другой трек.
— Господи, Кирилл! Что за бред ты слушаешь? Похоронный марш, рэп из девяностых. Шатунов будет?
Пожимаю плечами.
— Понятия не имею. Это флешка Толяна.
— Тогда все понятно, — громко фыркает и вырубает магнитолу. — Лучше уж тогда тишина, чем насильственный секс моим ушным раковинам.
Улыбаюсь, но молчу. Колючая, как дикая роза. Что с нее взять?
Через полчаса торможу напротив многоэтажки. Соня спешит открыть дверцу, но я вовремя блокирую центральный замок. Не убежит.
— Не смешно, Орлище. Двери! — кивает на дверцу.